mk.ru : Московский комсомолец

В прошедшее воскресенье в интернете появилась новость о том, что сюжет программы «Центральное телевидение» о похищениях в Чечне сотрудниками силовых ведомств снят с эфира для европейской части России.

Пресс-секретарь телеканала НТВ Мария Безбородова пояснила, что «руководством было принято решение отправить его на доработку».

При этом в информационных сообщениях отмечается, что Безбородова не смогла ответить на вопрос, какие именно недоработки и неточности содержались в сюжете и не пояснила, выйдет ли сюжет в эфир, когда он будет доработан.

Это уже и не важно, ведь сюжет прошел на Дальнем Востоке и Урале и довольно быстро появился на youtube.

«И вроде бы сейчас там строят дороги», - говорит в подводке к сюжету ведущий программы Вадим Такменев, - «возводят небоскребы и пышно празднуют день города, но означает ли это внешнее благоустройство порядок на самом деле?».

Далее страшные кадры интервью Ислама Умарпашаева, скрывающегося в «центральной России» молодого чеченца, несколькими годами ранее похищенного силовиками и подвергавшегося жестоким пыткам на базе ОМОН. Присутствуют и комментарии матерей, у которых люди в камуфляже уже в «мирное время» похитили сыновей…

Всего несколько недель назад я тоже был в эфире НТВ и тоже в программе «Центральное телевидение». Сюжет наш благополучно вышел в эфир и еще долго барражировал в разделе «Эксклюзив» на главной странице сайта телеканала. Мы тоже говорили о Чечне, но Чечня из нашего сюжета была мало похожа на Чечню Умарпашаева, сидящего с перевязанным марлевой повязкой носом…

Известно, что праздник дня города Грозный в этом году совпал с 35-м днем рождения Главы республики Рамзана Кадырова, с которым он, к слову, под страхом увольнения запретил его поздравлять. Торжества с участием звезд не только местного, отечественного разлива, но и международного уровня транслировались в прямом эфире одного из федеральных каналов.

В это же самое время в интернете набирал популярность ролик, обозначенный как первый в истории «патриотический рэп из Чечни». Видео, а если быть точным, слайд-шоу, было сделано мной, что называется «на коленке» всего за полчаса, над текстом же песни я поработал намного серьезней. Песня эта, исполненная моим 15-летним товарищем Мохаммадом (aka Mefan) на минус из нового трека небезызвестного американского рэп-исполнителя Lil Wayne, оказалась крайне востребованной в интернете. Я приведу пару цитат, чтобы было понятно, о чем идет речь. Один из куплетов начинается так:

Когда война врывалась в наши жизни,
Мы были слишком малы, чтобы быть сильными,
Чтобы пополнить ряды защитников Чечни
И показать врагам как в бою клацают клыки.

А в припеве мы и вовсе переходим к жанру оды:

С тех пор немало воды утекло,
Войну и грязь с собой уволокло,
Наши улицы теперь мирно дышат,
Спасибо тебе за это, Рамзан, ты слышишь?!
Ты работаешь для нас день и ночь,
И вместе мы отгоним эти тучи далеко прочь.
Мы поддержим тебя всем миром!
Наше имя – Рамзан Ахматович Кадыров!

Согласитесь, идеальный гимн для молодежного патриотического клуба с незамысловатым называнием «Рамзан», не первый год действующего в республике.

На грозненское радио песню не взяли, сказав, что им запрещено ставить в эфир любое упоминание о дне рождения главы республики.

На этом и построило интригу НТВ – запрещенная в Чечне песня исполняется в студии «Центрального телевидения», а после молодой исполнитель и автор текста отвечают на во многом провокационные вопросы ведущего.

Запретить-то запретили, но до истинных мотивов появления такой песни не добрались ни НТВшники, ни уж тем более журналисты, обслуживающие власть внутри республики, которые, к слову, и вовсе проигнорировали эту новость.

На это есть несколько причин. Во-первых, автор этих строк находится в стоп-листе всех чеченских СМИ, упоминание моей фамилии, насколько мне известно, там запрещено.

Я играю с ними, людьми в серых костюмах, толпящимися у немытых окон рабочих кабинетов. И песня эта – фарс, они ведь поняли это, как только узнали, кто за ней стоит. И убедились в этом лишний раз, просмотрев самую популярную воскресную программу нашего телевидения.

- Почему запретили песню?! Кадыров что, такой скромный? – со свойственной ему иронией задает вопрос Вадим Такменев.

- Да, - решительно отвечаю я, - в этот раз - да.

Ухмылка ведущего.

Интернет бурлил. Знакомые, товарищи по перу не поняли.

«Фигня какая-то фашистская», - прокомментировал Герман Садулаев.

Один окололитературный сумасшедший стал писать разоблачительные статьи об мне. Не удивлюсь, если он рассылал их и в тематические газеты и журналы, но там неглупые люди завернули материал, а по адресу на конверте, надеюсь, выслали карету скорой помощи.

Что же произошло на самом деле? И зачем это вообще было нужно?

Попробую пояснить. Пока защитники федерального бюджета проводят акции протеста, нацеленные против финансирования республик Северного Кавказа, а в особенности ЧР, там час за часом, день за днем подрастают новое поколение. Из бессловесных созданий, прячущихся за спинами матерей, они превращаются в людей со своим собственным голосом, взгляды их постепенно наполняются блеском свежих впечатлений, первой любви, ярких подростковых эмоций, а что важнее – они обзаводятся собственным характером, с которым им предстоит прожить большую часть жизни.

Они не читают газет, приемники их не ловят «Эхо Москвы», а в интернет-браузерах их мобильников вместо независимых новостных порталов и отчетов правозащитников – чаты по интересам.

«А так везде», - скажешь ты, - «где ты видел, чтобы подростки сильно интересовались новостями политики?». Согласен, так везде – молодежь «большой России» тоже предпочитает социальные сети новостным порталам, речь не об этом, но ведь какая-то аналитика проникает в их жизни - говорящая голова по местному каналу, рассказывающая о том, кого нужно благодарить за счастливое детство.

И для них – этих детей, постепенно превращающихся во взрослых людей, все это не шутки, над которыми можно ухмыльнуться, а объективная реальность – вот мир вокруг, вот люди, которые этот внешне благополучный мир олицетворяют.

В этом смысле наша песня о Кадырове и сегодняшней Чечне, вобравшая в себя все мифы, внедряемые в сознание местных масс, является действительно знаковой.

В Чечне изоляция от независимых мнений ощущается особенно остро. Если ты купишь в киоске пять местных газет – на первых полосах трех из них будет один и тот же человек, ты проедешь по улицам городов и встретишь его портреты, цитаты на квадратных метрах вывесок, во всякое село – при въезде заметишь те же портреты, аккуратно встроенные в каменную кладку, которые никто не осмеливается, да и не видит необходимости трогать.

По пути следования не сможешь не обратить внимания и на десятки автомобилей с неприкосновенными номерами «КРА» и сильных людей с рыжими, а чаще черными бородами, выходящими из них и бряцающими оружием – мечтой всякого кавказца.

О том, что все в порядке, все под контролем, говорит и местная интеллигенция, получившая благословение и награды от местных властей – так называемые писатели, поэты, блоггеры, танцоры и актеры местных драмтеатров.

Мы же, те, чье мнение идет вразрез c официальной позицией, ограничены в возможности высказаться в местных СМИ. Голос наш слышен в среде столичных интеллектуалов, но молодежи региональной, о которой я писал чуть выше, он недоступен.

Что в подобных условиях можно сделать? На мой взгляд, мы должны замещать собой «официальную интеллигенцию», с серьезными лицами повторять бред, который они несут изо дня в день, создавать двусмысленные произведения – для глупцов они станут бальзамом, для умеющих анализировать – пьянящим глотком свободы. Мы должны наглядно показывать, что те мертворожденные крохи, которые они изрыгают из себя – не эксклюзив, позволяющий занимать те или иные посты, а банальная халтура, которую можно создать в два-три, а если набить руку, и в один присест.

Недавно ввязался диалог в ЖЖ моего товарища по премии «Дебют». «Будем продолжать борьбу за власть и ресурсы. Потому что без них твоя доброта ничего не стоит, так как ты не уполномочен принимать никаких решений», - написал я в конце нашей с ним переписки. «В целом – как я понимаю – ты борешься «за власть и ресурсы», - парировал он и добавил многозначительно, - «я же борюсь за культуру. Это разные битвы, разные жизни. Впрочем, реальность одна, и угрозы одни…».

Не важно, как люди узнают о нас, главное, чтобы они имели возможность вбить наши имена в строку поисковика и узнать ту правду, которой им, хочется верить, не хватает.