Астахов, будьте человеком

Уполномоченный при Президенте РФ по правам ребёнка Павел Астахов продолжает всех нас радовать и удивлять своим нестандартным пониманием правовых вопросов, а также нетрадиционным путём решения этих самых вопросов. В этот раз ловкие руки защитника дотянулись уже до Госдумы — Павел Астахов попросит депутатов снять с рассмотрения парламента проект закона о бэби-боксах, тревожно запестрела вчера новостная лента.

Именно такое обращение он в ближайшее время направит в Госдуму, сообщили в его пресс-службе.

И даже больше — "Изучив данную проблему, мы можем с уверенностью сказать, что абсолютное большинство экспертов отрицательно относятся к бэби-боксам", — сообщил всем нам детский наш омбудмен.

Иными словами, парламентариям было заявлено примерно следующее, что нечего, мол, вам граждане-депутаты исполнять свои обязанности и законопроект, в парламент внесённый в соответствии с регламентом и процедурой, публично рассматривать, я, Павел Астахов, юрист-писатель-детский защитник все уже за вас рассмотрел, проанализировал и решил — беби-боксы это древнее зло, а то, что младенцев в помойках находят, это потому что нету в государстве нашем до сих пор специальных глобальных программ помощи матерям в сложных ситуациях оказавшихся, да и Европа проклятая от этого опыта тоже, вот, отказалась.

И добавил ещё, что беби-боксы эти, в больницах, кстати, преимущественно установленные, провоцируют торговлю детьми, фактически и попутно обвинив Минздрав в попустительстве.

В общем, был в своей аргументации могуч, блестящ и неукротим.

Не хочу ничего советовать своим бывшим коллегам по парламенту, так как уверен, что они сами, без докучливого Павла, способны разобраться, что же им конкретно и как делать с поступившим в установленном порядке в Госдуму законопроектом. Люди они опытные и ответственные, регламент знают.

Но вот как юрист юристу несколько советов коллеге Астахову позволю себе дать. Причём бесплатных.

Совет первый. Конституционно-правовой. Перечитать Конституцию и комментарий к ней, потому что после этого можно вспомнить, либо узнать, что смысл закреплённого в статье 20 конституционного права на жизнь базово заключается в трех постулатах:

— защита государством права на жизнь реализуется в сфере любой государственной компетенции;

— предполагает исполнение этой обязанности всеми структурами публичной власти, в том числе и Павлом Астаховым;

— признается высшей конституционной ценностью в соответствии со статьей и государственным институтам максимально широкие контуры государственных обязанностей по защите этого права. В них входит также задача принятия и исполнения законов, направленных на устранение рисков для жизни, возникающих в связи с любыми, зачастую преступными, посягательствами на нее, или же вследствие неблагоприятных социально-правовых условий. И возможность рассмотрения в Российском парламенте внесённого туда сенатором Тюльпановым законопроекта о беби-боксах сюда относится.

Совет второй. Уголовно-правовой. Вспомнить, что он был адвокатом и, хотя запомнился всем преимущественно только участием в телепрограммах, тем на менее, должен понимать, что он либо должен убедительно доказать вред от беби-боксов , либо отойти в сторону.

Впрочем, человек, бывший адвокатом, должен иметь полное высшее юридическое образование, что предполагает его знакомство с такой дисциплиной, как криминология. Для знакомого с наукой о профилактике преступности не может быть сомнений в том, что инфантицид (детоубийство) и обсуждаемый в нашем случае неонатицид (убийство матерью новорожденного ребенка) в России связан, как правило, со сложным положением, в котором находится женщина, родившая младенца. Это – историческая особенность России, как и многих других Европейских государств, в отличие, к примеру, от стран Азии, где часто убивают девочек или калек не столько из-за социальной неустроенности и нежелания иметь детей в принципе, сколько из-за перенаселенности и традиций.

Хочется верить, что Павел Астахов не задержался мыслями в XIX веке, когда некоторые консервативные деятели видели в детоубийстве незаконнорожденных детей даже проявление высокой морали женщины. В европейской традиции бэби-боксы не зря назвали "окнами жизни". В них исторически попадают те дети, альтернатива для которых только одна – смерть. В окнах жизни не нуждаются те государства, где практически нет сирот, где люди годами ждут возможности усыновить ребенка с любым состоянием здоровья и любой национальности. Единственные юридические сомнения, с которыми приходится сталкиваться, связаны с правами отцов подкинутых детей и правом ребенка знать своих родителей. При нынешнем уровне генетической экспертизы это не проблема, хотя мне никогда не доводилось слышать о толпах отцов, разыскивающих своих детей, подкинутых матерями. Мне кажется, это сюжет индийского кинофильма, а не предмет правовой дискуссии.

Возможно, никто их не видел, потому что все они осаждают приемную коллеги Астахова? Тогда я могу гарантировать, что уважаемому омбудсмену будут предоставлены адреса всех боксов, чтобы он смог направлять туда страждущих реализации отцовства. Что касается торговли детьми, продажи на черном рынке их внутренних органов и прочих триллеров, хочется посоветовать Павлу Астахову перейти с хоррор-комиксов на серьезную литературу. Учебник по криминологии могу подарить, для начала.

Совет третий. Научно-практический. Перестать повторять как мантру слова о том, что эффективность и польза от беби-боксов ничем не подтверждена. Ведь, очевидно любому, что если принесут хотя бы одного ( а спасенных малышей уже много), оно того стоило, а оперативно-следственный эксперимент здесь не возможен ввиду особенностей уголовного процесса. Кстати, коллеге необходимо также понять простую вещь — отсутствие подтверждения эффективности означает, что и отсутствует подтверждение неэффективности. Доказательств и гарантий этого омбудсмену не достаточно? Но ввела же РФ должность уполномоченного по делам ребенка без гарантий, что он хоть кому-то поможет.

Совет последний. Быть человеком.

просмотров: 2084



Комментарии пользователей

правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Мне 36 лет. В графе должность пишу "сенатор". Хоть все и говорят, что сенаторов у нас нет и слово это заграничное и неправильное. До этого был просто юристом, правда, закончившим пресловутый питерский юрфак. Родился в Питере, который тогда был еще глубоким Ленинградом, а до перестройки было целых 11 лет. В 85-м году, когда умер Черненко и на вахту заступил Горбачев, я спросил у отца-милиционера: "Папа, а он тоже через два года умрет?" Тот посмотрел на меня и ответил: "Нет, сынок, этот молодой, еще поработает". 
Поработал он недолго. Через шесть лет, отдыхая в Судаке и наблюдая на море за маленькими пограничными корабликами, а по черно-белому телевизору на улице за московским балетом, я вспоминал этот разговор с отцом и думал о президенте, о том, как ему сейчас работается через 160 километров, в Форосе.
Потом время поскакало. И сейчас, набирая этот текст на айпеде для своего блога в МК, я вспоминаю своих друзей-журналистов с питерской Фонтанки и их слова: "Прекрати употреблять это слово-паразит "пресловутый", тем более что питерский юрфак уже не пресловутый, а самодостаточное определение политического явления, к которому ты невольно имеешь отношение".