Гендерная трещина в человечестве

Товарищи друзья! Наряду с прочим, буду публиковать кусочки из своего вышедшего романа «Флирт, стрит, Moscow» («Доктор Дьявол»). У него, кстати, есть своя страница в Facebook:  Сегодня даю главу с небольшими сокращениями:

Гендерная трещина в человечестве

На рубеже тысячелетий счастье на Земле оказалось в дефиците. Энергия любви, абсолютно необходимая для фабрикации счастливых случаев, увы, иссякала в обществе теле-трудо-шопоголиков. Сексуальная апатия шлялась по Планете в обнимку с вялым концом ХХ века. Бросив вконец издохший конец, секс-апатия переползла в век ХХI. Образно говоря, на смену любовному альтруисту Казанове шел чеховский Человек в футляре, топча черными калошами прагматизма цветники страсти. Рискофобия, леность ума и поступков вступили в смертельную борьбу с остатками полового влечения. Шло великое переселение народов из Реала в Онлайн.

Половозрелые футлярные люди сообща практиковали экологические надругательства над Землей. Расширяли её озоновые дыры, предаваясь лицемерным воспоминаниям о том, как же всё было здорово раньше. Развивающие игры c ближними в обгонялки, обманки, кидалки и подставы царили в головах экологических маньяков вперемешку с рекламными дразнилками и политическими обещалками. Мегаполисные жители, пялясь в телевизионные и компьютерные ящики, разучились извлекать радости из своей жизни.

Футлярная цивилизация Старо-Нового Света, перевалив за второй миллениум от Рождества Христова, прошлась гладильным катком мэйнстрима по всем континентам. Их теперь населяли не столько народы, сколько большие целевые аудитории, различающиеся прежде всего денежной массой и её сегментацией по карманам. Образ жизни отглаженных народов-аудиторий предельно стандартизировался: für zwei arbeiten => shopping-дринкинг-итинг до потери памяти => онлайн до потери зрения.

Инквизиция мэйнстрима меняла души. Люди искренне стремились делать побольше денег и поменьше новых людей, мешающих делать деньги. Граждане походили на купюры разного достоинства, и стало казаться, что иной порядок невозможен.

При таких делах на выкрутасы реального секса не оставалось ни времени, ни сил. О сексе много говорили (как бы нам бы так бы), но мало что делали (эх бы, но спать бы). Секс всё больше сводился к короткому периоду подростковой активности и разглядыванию картинок в зрелом возрасте. Full contact среди людей серьёзных считался делом интересным теоретически, но уж больно замороченным и не больно чистым. Вот типичный городской роман: он долго искал, куда бы приткнуть своё изнывающее без дела мужское достоинство. И таки нашёл женщину, искавшую кому бы доверить свою усталую, но всё ещё ласковую киску. Они приткнулись раз-другой-третий. На четвёртый всё надоело. Пятого не было. Они оба хотели не куда-нибудь, а на небеса и потому ходили по воскресеньям в церковь. Но и это не помогло: будучи вместе, они не видели друг друга. Не сошлись характерами? Батюшка не домолился за «мир вашему дому»? Теперь они ходят в разные церкви. По воскресеньям.

В мире крепчающего унисекса мужественность и женственность перемешались в какую-то кашу. Мужеженственные люди ею давились, но исправно потчевали друг друга пресным варевом.

Падающая интенсивность сожительства стала напоминать Ниагарский водопад – в смысле головокружительного падения. Жители городов-муравейников стервенели в работе, в ее видимости, в доставке собственных тел из дома в офисы, в магазины и обратно. Скидывая стресс, до изнеможения пялились в телеящики или мониторы, листали глянцы одноликих журналов и книжек. Отупев глазами, догонялись через рот: семечками, сладким, полусладким, горьким, сухим, пенистым или крепким, быстрым питанием в одиночку и затяжными трапезами с дружками. Человечки ставили опыты на собственной голове, улетая через химию к звёздам измененного сознания. Заблудшую популяцию пожирал эгоизм в последней стадии.

Немудрено, что сильный пол всё хуже притирался к слабому. Полы стали больно холодными. Мириады разнополых особей, словно мотыльки, предпочитали свободно порхать в разные стороны. Когда векторы эгоизма совпадали, они не без интереса приглядывались друг к другу. Но быстро возвращались к разнонаправленным полетам в одиночку. Эта мотыльковая самодеятельность подрывала добычу концентрированного счастья для Единой энергосистемы Тьмы.

Любовная дисфункция человечества была предметом профессионального интереса не только Дьявола, но и его московского протеже Влада Лакистрайкина, достигшего светлых высот в искусстве соблазнения разновозрастных прелестниц и много чего наглядевшегося на Флирт-стрит. Помимо больших расходов, удовольствий и приключений Влад получал от своих похождений пищу для журналистских рассуждений. Одна публикация особенно глянулась Дьяволу и укрепила его внимание к Владу. Многие рассуждения в ней целиком совпадали с дьявольскими понятиями:

Куда подевались мужчины и женщины?

Цивилизационная трещина в гендерном пространстве

В современной России подскочила доля прекрасного пола среди собственников и на ключевых позициях в компаниях и учреждениях. Москва просто забита статусными женщинами и их серьёзными автомобилями. Они везде и, как правило, без серьезного мужского общества: в бизнес-центрах, кафе, бутиках, банках, на выставках, презентациях, концертах и телепередачах, на самодостаточных девичниках, в клубах с мужским стриптизом.

Отлично! Но, по утверждениям практикующих психологов, современные москвички, из разряда так называемых успешных, вспоминают о том, что они женщины, не более получаса в день. Всё остальное время они – бесполые существа, трудошопоголики, спешащие зарабатывать, брать в долг и тратить. Они сплошь и рядом забывают о гендерной самоидентификации и о том, что мужчины всё-таки весьма полезны в любви и в совместном хозяйстве.

Показательно, что в Москве недавно прошёл авангардный фестиваль Woman Fest – «про успешных женщин», как позиционировали его организаторы. Под одной крышей они объединили актёров, музыкантов, выставки, лекции и литературные чтения, мастер-классы, инсталляцию. Всё это хозяйство накрыли одним же слоганом: «Женщины созидают». То есть Шекспира, будь он нашим современником, с его темой именно про женщин, к примеру, с очень полезной пьесой «Укрощение строптивой», на фест бы ни за что не взяли. Шекспиру предпочли бы Дарью Донцову или Александру Маринину, просто по половому признаку. О быстро расширяющейся трещине в гендерном пространстве страны на фестивале не произнесено ни одного серьёзного слова – ни художественного, ни лекционного. Будто женщин это не касается, и у них есть дела поважнее.

Похожие «чудеса самодостаточности» творятся и с мужчинами. Все дружно жалуются на трудности коммуникации, на пробки в гигантском городе, на дамскую меркантильность и даже демагогию. Один мой знакомый частенько говорил, что мечтает стать импотентом, чтобы «прекратить дурацкую зависимость от женщин». А ведь полвека назад вся Москва дружно восторгалась фильмом «Мужчина и женщина» Клода Лелуша. Теперь же впору снимать фильм-катастрофу «Война полов».

Наиболее ярко гендерный кризис проявляется в семье. В России на тысячу браков приходится более 600 разводов (в США, другом мировом рекордсмене, всё же ниже – 550). В Москве счастливыми себя считают не более 5% семей, а в подавляющем большинстве идут активные «боевые действия». В СМИ и социальных центрах вовсю обсуждается сама целесообразность института брака.

В целом ряде сфер люди нетрадиционной сексуальной ориентации находятся на самом верху иерархии и формируют соответствующую культуру, стиль жизни и модель карьерного продвижения. Дефицит ярко выраженных мужчин и женщин разрушает основу общества: сожительство полов, будь то в браке или конкубинате.

На фоне более динамично развивающихся женщин многие мужчины растерялись и растеряли гендерные качества. Женщины всё больше раскрывают в себе мужские задатки. И вот европейцы уже берут в жены в массовом порядке покорных и неразвитых филиппинок или индонезиек, с которыми можно не искать взаимопонимания.

В Швеции создан клуб, защищающий мужчин от женского насилия… В беседах со мной украинские и молдавские гастарбайтеры жаловались на то, что жёны изгоняют мужей на заработки в Россию, а «сами сидят дома, собирают заработанное и решают как это потратить».

В «продвинутой» Москве, похоже, полным ходом складывается общество унисекс. Самое поразительное в этом глубоком системном кризисе, что «гендерная трещина» практически не находит осмысления. Государство не бьет в барабаны судьбы, оно занято организацией саммитов, олимпиад и чемпионатов, переводом часовых стрелок вперёд-назад, введением и отменой промилле в крови водителей.

А что же СМИ и поп-культура, так сказать, медийный мейнстрим? Качественная сутьевая публицистика, осмысливающая, что же с нами происходит, в России давно отправлена в загон. Сейчас в цене событийность и персонифицированные детали: кто с кем, где, когда и почём. Журналы для мужчин и женщин характеризуются узким стандартным набором мелких тем и подходов, «суверенитетом» полов – оторванностью и отстраненностью их друг от друга. В общем и целом нечто вроде средневекового замкнутого на себя натурального хозяйства. Фото- и видео изображение мужчин и женщины в медиа-пространстве стало за последние десятилетия излишне сексуализировано и даже порнофицировано. Пропало таинство, интрига, трепет межполового общения. Царство стереотипов, не дающее никаких сколько-нибудь основательных ориентиров, представлений, идеалов, подходов к возврату отношений в нормальное исконное русло.

Что тут скажешь? Общество по-прежнему состоит из семей-ячеек, его качество определяется качеством ячейки. Развал составляющих элементов ведет к развалу целого, бесконечным аномалиям и неудачам нации. И все эти ворующие чиновники, неэффективные инфантильные государственные мужи упали на нас не с Луны, а пришли из тех же терпящих национальное бедствие семей… В России миллионы ментально незрелых юношей и девушек выходят в самостоятельную жизнь и пытаются создавать счастливые ячейки общества. Но из брака не создашь счастливого брака.

Если женщина неглижирует женской сутью, стремится решать все вопросы мужскими качествами и специально их культивирует в себе, не уважает и даже унижает мужчин, без конца демонстрирует себе и миру волевые свойства, то женский организм начинает «перестройку» с гормональными изменениями и соответствующими болезнями. Не осознавая этого, современные женщины упорным трудом стремятся ко всё большему влиянию и знаниям за счет утери (ослабления) нежности, кротости, сексуальности, здоровья наконец.

Восстановление здоровых отношений между гражданами и гражданками – многоуровневая задача, достойная претендовать на ранг национальной идеи. И напоследок чисто мужское обращение: россиянки, берегите женственность, а также мужской разум и психику! Нам же еще вас завоевывать!

просмотров: 11043



Комментарии пользователей

  • владимир
    2

    если женщина уходит из деревни -конец деревни....серезный вопрос и его хорошо описала женщина психологжжжа вообще читайте сказку о рыбаке и его жене))) 2женщина судья-конец римской империи" )))

    13 сентября 2015 в 05:09 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Независимый обозреватель, публицист, аналитик. В 1975 году окончил Московский государственный институт международных отношений. Девять лет провел на дипломатической службе в центральном аппарате МИД, посольствах и генконсульствах во Вьетнаме и Камбодже.

Променял дипслужбу на журналистику. Работал в «Труде» и «Общей газете», был главным редактором журнала «Франчайзинг в России» и портала Buybrand Inform, редактором журналов «Молл» и City Space, ответственным редактором «Нефтяного обозрения». Много писал для интернет-журнала «Новая политика», который, увы, приостановил свою деятельность. В настоящее время – обозреватель журнала Profashion (всё о модной индустрии).