Хвост опять виляет собакой?

Любопытное свидетельство очевидца событий в Ливии. Прислал известный журналист и блоггер Александр Викторов. Автор заметок - начальник отдела перевода компании "Зарубежстройтехнология" Андрей Вечор-Щербович. Судя по его впечатлениям, происходящее в Ливии сильно отличается от того, что нам показывают по телевизору:

"В Ливии такое невозможно. Ливийцы – это не египтяне, не тунисцы. Ливийцы – совсем другие". - Это говорит нам Юсеф, переводчик. Мы – русские, мы строим в Ливии железную дорогу. Мы верим Юсефу.

Потом начинается Бенгази. Русских из нашей компании там нет. Есть Хамди, сотрудник паспортного контроля в аэропорту. Звоню ему – ты как? Нормально, ночью шумели, стреляли. Какая оппозиция – молодежь бузит, денег хотят. Нет, как в Египте не будет. В Ливии такое невозможно.

Репортажи «Аль-Джазиры» - это всегда сводки боев. Там города переходят под контроль оппозиции или падают под натиском наемников Каддафи, идет генеральное сражение за аэропорт в Триполи. Звоню нашим в Триполи – да, ночью стреляли, рвались гранаты. Но город никто не штурмует. Днем по всему Триполи – демонстрации в поддержку Каддафи.

Решаем отправить женщин в Триполи. В случае чего, оттуда можно улететь. Наш лагерь – рядом с городком Рас-Лануф, нефтеперерабатывающим заводом и портом. Отсюда до Триполи – более 700 км. С женщинами едет начальник службы безопасности и переводчики. Всего 25 человек на 4 машинах.

До Триполи не добрались – остановили в Хомсе. Дороги блокированы, никого не пускают. Поехали обратно, остановились в окрестностях Сирта. Живут в строительных вагончиках на одной из наших стройплощадок. Ждут эвакуации самолетом. В Сирте спокойно – здесь родина Каддафи.

Снова «Аль-Джазира» - оппозиция захватила Агиллу, Адждабию, Бен Джавад. Звоню знакомым ливийцам. Везде тот же сценарий – ночью в центре города собирается молодежь и идет громить полицейский участок. Но полицию уже предупредили – и стражи порядка вместе с администрацией городов уже скрылись в неизвестном направлении. На следующий день жители просыпаются – а власти никакой нет. Формируют отряды самообороны – с ножами и палками. Каддафи и оппозиция здесь не при чем – боятся мародеров.

Представитель властей в нашем лагере – Абдель Карим, руководитель проекта железной дороги «Сирт-Бенгази». Наша полиция – это ливийская компания «Дипломатик сервис», 40 человек с дубинками и электрошокерами. Именно они приходят к нам вечером и предупреждают: в Рас Лануфе ночью начнутся беспорядки, и толпа придет грабить наш лагерь. Охранники просят отпустить их домой – они из Триполи, с запада, а Рас Лануф – это восток, здесь невежественные люди, наркоманы, нас убьют. У охранников трясутся

руки. Мы говорим – ничего страшного, молодежь бузит, как в Египте не будет – в Ливии это невозможно. Охрана успокаивается

На следующее утро просыпаемся от крика – охрана сбежала. Вместе с ней сбежал и Абдель Карим. Потом узнаем, как было дело. Накануне в Рас Лануф завезли партию наркотиков – гашиш и таблетки. Раздавали бесплатно. Ночью собралась толпа и пошла громить полицию. Была стрельба. Украинцы, живущие в Рас-Лануфе, видели лужи крови. Кто- то позвонил нашим охранникам – они среагировали молниеносно. Погрузились на машины и умчались в Триполи. Вместе с Абдель Каримом.

Бенгазийская газета «Корина» публикует список погибших в беспорядках. Пока их 30. «Аль-Джариза» ведет счет на сотни и говорит о вооруженных бандах, грабящих все и всех. «Корина» пишет, что грабят лишь там, откуда ушли хозяева.

Наш старый лагерь – в нескольких километрах от основного – был разграблен на следующую же ночь, после того как мы собрали всех в основном кемпе. Взломали двери, вынесли телевизоры.

Надо как-то охранять основной лагерь. Составляем график дежурств. Главное – ворота. В лагерь начинают приходить ливийцы, с которыми у нас заключены договоры субподряда или на оказание услуг. Требуют денег. По контракту выплаты должны быть позже. Они говорят – нет, потом вы не заплатите, платите сейчас или отдавайте машины и экскаваторы. Не отдаем. Злятся. Потом начинают идти все, кто знает, что в русском лагере могут быть деньги, и уж точно есть техника – машины, бульдозеры, экскаваторы. Кого-то удается остановить перед воротами, другие проникают на территорию лагеря. Приходящие делятся на три группы. Первые – это те, у кого на руках контракты и они боятся, что мы уедем не заплатив. Другие рассчитывают на наглость – приходят без документов, но утверждают, что компания должна им десятки тысяч. Но самые опасные – третьи. Они приезжают группой на хороших машинах и называют себя «влиятельными людьми Рас-Лануфа». Вы понимаете, говорят они, что это наша земля, и вся ваша техника – наша техника. Отдайте ее нам, а мы вас за это будем охранять, автоматы у нас есть. Их всех объединяет одно – все речи кончаются фразой – «я готов забрать у вас на хранение все ваши тойоты и мицубиси». Фетиш ливийца – автомобиль.

В информационную войну включается ливийское телевидение. Полусонный телеканал «Джамахирия» вдруг взрывается динамикой – уже никто не

говорит об отдельных беспорядках – ведущие пугают гражданской войной, призывают одуматься, выступают религиозные лидеры, по смс анонсируется выступление Каддафи-сына и Каддафи отца. Появляются религиозные лидеры. Мы вели ошибочную политику по отношению к молодежи, признают они. Мы сами виноваты, что допустили это. Сейф аль-Ислам Каддафи тоже все признает - и что Бенгази вышел из под контроля, и что правительство совершало ошибки. Он обращается к ливийцам: «Те, кто вас толкают к бунту, живут на западе, и их дети на западе, а вам жить здесь. Если начнется гражданская война, никакой нефти не будет – ни в Триполи, ни в Бенгази». Потом выступает полковник Каддафи. К гражданской войне готов. Будет биться до последнего человека. Наш переводчик Мансур говорит – зря он так, только злит народ. «Аль-Джазира»: военные переходят на сторону повстанцев. «Джамахирия» передает пресс-конференцию генералов – те клянутся в верности Каддафи.

Вечером сообщение по рации от охраны ворот – подъехало несколько машин с вооруженными людьми. У всех автоматы, на одном джипе - пулемет. Одна машина въехала на территорию лагеря. Представились – это военные из соседней воинской части. Разведывательное подразделение. Подчиняется Триполи. Просим взять лагерь под охрану – отказываются – у них приказ не заходить в населенные пункты и в иностранные компании. Но говорят – беспокоится не о чем. Они патрулируют местность, будут время от времени проезжать мимо лагеря.

Пришли ливийские водители – сотрудники нашей компании. Готовы остаться в лагере охранять ворота. Оружия нет, но оно и не нужно – водителей сорок человек, каждый местный наверняка окажется родственником одного из них, можно договориться. Заплатите потом, оставьте в залог автомобили – все равно их кто-то должен охранять после вашего отъезда. Думаем. Соглашаемся. Пишем расписки. Я, Мухаммад Али, беру машину на сохранение и обязуюсь вернуть по первому требованию русской компании. Машину и ключи отдадим только в порту, в день эвакуации. Ночью у ворот дежурят русские и ливийцы.

Иностранцы покидают Ливию. Или ищут спасения в русском лагере. Нас было 120. Теперь больше тысячи - украинцы,турки, сербы, филиппинцы, австрийцы…Как легенда рассказывается новость об эвакуации американцами своих граждан из Бенгази: подплыл военный корабль, несколько боевых вертолетов приземлились в городе, вышел спецназ, взял своих и улетел. Американцев в Бенгази было семь человек.

Каддафи по ливийскому ТВ обещает: все контракты с иностранными компаниями остаются в силе. «Аль-Джазира» сообщает, что убит министр ливийских железных дорог.

Компания «Сахль Иджфара» - это несколько десятков очень худых и низкорослых марроканцев, алжирцев, бангладешцев, суданцев. Они готовят еду в нашей столовой, моют посуду, стирают одежду, занимаются уборкой. Они не сбежали. Они обслуживали сто человек, сейчас обслуживают тысячу. Они не жалуются. Просто просят взять с собой, хоть куда, хоть в Россию, только бы из Ливии. Мухаммад, кладовщик: «Ливийцы и раньше нас не любили, а сейчас полиции нет, что нам делать? Я приехал в город за сигаретами, меня выгнали.»

Мы их с собой взять не можем – Европа африканцев не примет. ООН занято резолюциями. Наши гастарбайтеры будут работать не жалуясь до дня эвакуации. Только в последний день скажут – вы нас очень обидели. Мы ведь не бросили вас в трудную минуту. А вы?

Вместе с иностранцами в лагерь приходят и ливийцы – выбивать свои долги. Неважно, кто им должен – денег требуют у русских – вы здесь главные, вы и платите. Денег ни у кого нет. Понимаем, соглашаются ливийцы, готовы войти в ваше положение и взять долг экскаватором. Не даем. Злятся. Скандалят.

Больше всего не повезло турецкой компании. К ним в лагерь рядом с Агиллой нагрянули несколько десятков ливийцев с ножами. Турки говорят, были и пистолеты. Отняли машины, компьютеры. Некоторые забирали даже трусы и носки. Но людей не тронули. Знакомый ливиец успокаивает – для нас, ливийцев, убить человека – грех из грехов. Если нет полиции, могут обворовать, ограбить, но за жизнь людей можете не опасаться. Кроме того, грабят только в своем районе. В чужой не суются. Турки поссорились с местным населением, их никто не защитил. Русские другие, поэтому вас не трогают.

Турки сейчас у нас в лагере. Когда слышат ливийскую речь, лица искажаются от ненависти. Никто из них в Ливию не вернется.

«Аль-Джазира»: большинство городов захвачено оппозицией, режим Каддафи вот-вот падет. Счет жертв пошел на тысячи. Авиация Каддафи бомбит мирных демонстрантов в городах. Бывший министр юстиции формирует в Бенгази временное правительство. Ответная пропаганда от ливийского правительства – погибших десятки, бомбят только арсеналы,

чтобы оружие не оказалось в руках мятежников, снова заработали школы и институты, мобильный оператор перечисляет подписчикам на счет 30 динаров, страна возвращается к мирной жизни – по ТВ показывают Триполи. Все спокойно. Звоню туда приятелю-ливийцу – говорит, действительно, все спокойно. Говорит, к западу от Рас Лануфа можешь ехать куда угодно – дороги открыты. В Бенгази не надо. А западные корреспонденты уже в Бенгази – говорят, наоборот, что если где и спокойно, то в Бенгази. А под Триполи бои.

Эвакуировали наших сотрудников из Триполи и Сирта – на самолетах. Разрешение на вылет дали чиновники, лояльные Каддафи. Мы уйдем позже – на пароме.

За день перед отъездом едем в Бен Джафад. По «Аль-Джазире», он в руках повстанцев. По нашим данным – туда вернулась полиция. Наши данные оказались точнее. Полицейские на вид не вояки – не спортивного вида мужики, один автомат на троих. Судя по их виду, они ничего не опасаются. Говорят, если хотим эвакуироваться из Триполи, можем ехать все 1000 человек – на дорогах безопасно. Но мы будем уходить через порт Рас Лануф. Становится понятным, почему полицейский участок не препятствие для бунтующей молодежи – обшарпанное здание, практически нет мебели, компьютер 90-х годов и несколько полицейских в мешковатой одежде и выражением безразличия на лицах – что они могут сделать перед сотней-другой беснующихся молодых ливийцев, этой движущей силы последних событий, которые одни называют революцией и восстанием, другие – беспорядками. Эти молодые ливийцы они очень похожи друг на друга. В лучшем случае среднее образование, никаких профессиональных амбиций, предел мечтаний – работать водителем, охранником или чиновником. Развлечений нет, девушек нет – секс только после свадьбы, денег на свадьбу нет. Молодой ливиец в провинции (а провинция в Ливии – это все, кроме Триполи) ничего не читает – ни книг, ни газет, которых, кстати, в маленьких городах нигде и не купишь. Даже интернет ему не интересен – максимум, посмотреть картинки или послушать музыку. Если он чего-то хочет, то вряд ли сможет сформулировать чего именно. Хотя – вот наш водитель, Али. Ему 21. «До 25 буду жить как сейчас. Как именно? Ну, днем работать, вечером сидеть с друзьями. Что делаем? Самогон немного пьем, гашиш курим. Разговариваем. А в 25 все – женюсь, заведу детей, буду строить дом». Есть и другие ливийцы. Но они не громят ночами полицейские участки. Они уезжают учиться за границу.

День отъезда. Колонна – 75 автомобилей, около 1000 человек. Выезжаем из лагеря, едем в порт. На дороге военный патруль – 4 человека, два автомата. Спрашивают: Куда? – в порт, на работу? Немая сцена – мы предупреждали военных с вечера и утром. Но единого командования здесь нет – начальник одного патруля просто забыл сообщить другому. Объясняем – мы эвакуируемся. Минутная пауза – пожалуйста, проезжайте. Еще 15 минут, и мы в порту.

Звоню своему другу Асаду, в Завию – пригород Триполи. Утром «Аль-Джазира» сообщила, что город захвачен повстанцами. Асад: «Ночью начались беспорядки в центре города, руководство с полицией сбежали, теперь власти никакой нет. Но мы все равно другие – видишь, ваш лагерь был безоружным 10 дней и никто на вас не напал. А «Аль-Джазиру» не смотри – они с самого начала подмонтировали в свежее видео кадры беспорядков трехлетней давности. Каддафи, нам, конечно, всем надоел, но друг с другом ливийцы воевать не будут. Гражданская война? В Ливии это невозможно»

Последнее СМС от ливийского правительства: каждой семье будет выплачено 500 динаров. Зайдите в местные органы власти и получите свои деньги.

Последний ливиец. Мы уже на корабле. Халид, наш субподрядчик, стоит на пристани и машет рукой. Потом вдруг спохватывается и кричит: у вас в Триполи осталось несколько машин. Можно переписать их на мое имя?

просмотров: 2151



Комментарии пользователей

  • Громов Юрий
    0

    Я давно и очень хорошо знаю ливийцев (с 80-х прошлого века) и на сегодняшний день меня больше всего поражает в них то, как убедительно они говорят, и как легко тут уходят от сказанного. Как невинные дети. И все совершенно одинаковые и власть и оппозиция.

    5 апреля 2011 в 22:54 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход