Интернациональная амнистия как последняя мера в защиту инвестиций

Немного истории
 
Начну, может, немного издалека. Для понимания, что же такое экономические вопросы в уголовном праве, необходимо обратить взгляд в историю. Желательно - в историю России, в век двадцатый, неспокойный, но очень для меня родной и уютный.

Начало века. Мир бурлит. Российская Империя на взлете. Экономика и без нефти показывает чудеса.

Но при всех успехах тогда был момент, о котором все предпочитают забывать. Страна была почти поголовно безграмотная. Именно поэтому большевики считали культурную просветительскую революцию важнейшим институтом, наряду с индустриализацией и коллективизацией.

Надо признать, им кое-что удалось. Сейчас у нас более-менее культурный порядок. Но с точки зрения правовой культуры население осталось на том же месте.

Стоит также вспомнить, что к началу XX века уголовно-правовое регулирование в сфере экономических отношений было одним из самых прогрессивных в Европе и даже в мире. Оно было одним из самых совершенных. На это повлияло динамичное развитие экономики России и подготовленное к 1903 году Уголовное уложение, в разработке которого приняли участие лучшие юристы страны того периода. Надо отметить, что идеи этого Уложения были с восторгом восприняты в Европе. И после революции 1917 года эмигрировавшие ученые-юристы продолжили работу над совершенствованием уголовно-правовых положений, в том числе, касающихся экономической сферы.

Любопытный факт: многие положения Уголовного уложения 1903 года были приняты при совершенствовании уголовного законодательства многих европейских стран, а государства, образовавшиеся после событий революции, Прибалтика и Финляндия, практически, скопировали его. 
Советский период развития законодательства, в том числе уголовного, соответствовал плановой экономике. За исключением недолгого периода Новой экономической политики (НЭП), в котором со стороны государства появилась определенная лояльность к бизнесу, в том числе и виде уголовно-правовой лояльности. В целом же, весь этот период характеризовался жестким уголовно-правовым вмешательством в отношения в сфере экономической деятельности, полной зарегулированностью и давлением государства. 

Что было абсолютно логично тогда: плановая экономика, жесткое регулирование, соответственно, и жесткое преследование за преступления в сфере экономической деятельности.

Причиной этому было главенство государственной собственности и ее всеобъемлющее состояние.

Наше время
 
Новая Конституция РФ двадцать лет назад провозгласила равную защиту для всех форм собственности, следствием чего стало объединение соответствующих глав уголовного кодекса в одну, и уголовно-правовая охрана всех форм собственности стала равной. Это было одним из наших демократических достижений или завоеваний того периода. И именно с этого момента собственность и государства, и гражданина, да и иные формы собственности, получили равную защиту.

Последнее время в парламенте идет оживленная дискуссия с нашими коллегами из нижней палаты, которые предлагают выделить государственную собственность в отдельную категорию и предусмотреть особую уголовную ответственность за ее хищения, что, конечно же, противоречит и Конституции, и уголовно-правовой теории, так как собственность и ее защита равна.

А возвращение к худшим элементам уголовно-правового регулирования советского периода недопустимо.

Не стоит забывать и о достаточно молодом возрасте новых уголовно-правовых инструментов в регулировании отношений экономической сферы. И именно поэтому мы используем наработки как европейского, так и американского законодательства. 

Так, например, в целом придерживаясь лояльных европейских тенденций регулирования в экономической сфере, в Уголовном кодексе России за нарушения в области конкуренции (статья 178 УК РФ) предусматривается уголовная ответственность. В Европе такого нет, а вот в США имеется. При этом сейчас в правительстве РФ прорабатывается вопрос об уменьшении уголовно-правового преследования в этой сфере, с тем, чтобы уголовная ответственность применялась только за сговор (картели), как наиболее общественно-опасные действия в сфере соблюдения правил конкуренции.
Разумное сочетание различных практик приносит свои плоды, Федеральная антимонопольная служба (ФАС) России занимает 17 место в мировом рейтинге антимонопольных служб.

Следующий важный постулат: уголовная ответственность это крайняя мера в регулировании отношений в сфере экономики, применяемая в случае причинения соответствующего общественного опасного вреда. И сейчас для урегулирования возникающих нарушений в антимонопольной сфере широко применяется не уголовная, а административная ответственность.

Так, например, штраф, наложенный на картель российских нефтяных компаний в 2009 году, является по размеру восьмым в мире за всю историю антимонопольного регулирования, начиная с конца XIX века.

Поэтому, применяя уголовную ответственность, российский правоприменитель не должен оглядываться на применение административной ответственности. 

Преступление и наказание
 
Сегодня эффективная защита экономики невозможна без применения уголовно-правового регулирования как самого жесткого правового регулирования. Ведь чем выше уровень развития экономики, тем более серьезные преступления могут совершаться в ней.

Поэтому я остановлюсь на тех словах, которые были положены в название романа Достоевского «Преступление и наказание», и рассмотрю основные понятия уголовного права и уголовного правоприменения - преступление и наказание.

Два тезиса о преступлении. Тезис первый - преступления в экономической сфере совершались, совершаются и, к сожалению, будут совершаться. Тезис второй - в связи с этим необходимо констатировать необходимость сохранения уголовной ответственности за такие преступления.
А задача, которая стоит перед нами и перед уголовно-правовой наукой - унификация уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за преступления в сфере экономики. Работа эта ведется и должна продолжаться. Предприниматель должен себя чувствовать комфортно, занимаясь бизнесом в разных государствах, в разных уголовно-правовых юрисдикциях. Вряд ли возможно полагать разумным за аналогичное преступление в одном государстве штраф, а в другом - лишение свободы.

И вот здесь мы подошли к самому интересному и дискуссионному вопросу в нашем законодательстве: вопросу о наказании за преступления в экономической сфере.

На сегодняшний день общемировой, да и российской тенденцией является наличие в уголовном законодательстве экономических санкций за экономические преступления - штрафов, наряду с возмещением материального ущерба в ходе гражданско-правового регулирования.

И это целесообразно. Предприниматель отвечает своими деньгами, продолжает свой бизнес и экономическую активность, что, несомненно, полезно для государства и общества в целом.

Однако важен аспект соразмерности преступления и наказания.

Это разумно - наказывать материально за преступления в сфере экономики. Но это не должно стать фарсом и насмешкой над гражданами и обществом, когда наказание экономического характера превращается в откуп или своеобразную индульгенцию. Последнее явление имеет плохую историческую наследственность. Всем известен хрестоматийный пример с монахом, торговавшим индульгенциями в Средневековой Европе, к которому подошел разбойник, купил одну индульгенцию, а потом убил монаха, забрал деньги и оставшиеся индульгенции.

Поэтому государство не должно превращаться в монаха, и если общественные отношения нарушены таким образом, что требуется применение и других видов наказания, вплоть до лишения свободы, значит, так тому и быть, и именно это является возможным и необходимым.

Но, все же, применение неэкономического наказания - крайняя мера.

В Германии, например, за экономические преступления в 80-90 процентах случаев налагается штраф. Остальные преступления караются лишением свободы, из которых 77 процентов виновных осуждается условно.

К тому же, Германия предлагает амнистию укрытым деньгам - за 25 процентов от укрытой суммы.

Соразмерность и справедливость, разумность и целесообразность

И если говорить о конкретных предложениях, то, я считаю, можно и нужно думать об унификации законодательства и об экономической амнистии. Необходимо предложить амнистию укрытых доходов за процент в пользу государства, и проводить дальнейшую более динамичную унификацию уголовного законодательства России и зарубежных государств, но не на бумаге, а на деле.

Причем унификация должна быть взаимная. Не только мы берем лучшие мировые формы, но и коллеги у нас берут лучшее. А лучшего у нас немало. Так как сейчас предприниматель, знающий о лояльном уголовно-правовом регулировании в Европе, сделает все возможное и невозможное, чтобы увести деньги из страны и работать с ними в другом государстве. 

Россия никогда не приемлет присутствия у себя «черных денег», и это правильно. Однако при этом нельзя подталкивать отечественный и иностранный бизнес, работающий в России, к уводу капитала из-за чрезмерно жесткого, по сравнению с другими государствами, уголовно-правового регулирования.

Поэтому мы обречены договориться об интернациональной амнистии с Европой.

Здесь же можно вспомнить тезис о правовом просвещении общества и об обществе как о совокупности социально ответственных граждан, когда применение к предпринимателю экономического наказания влечет за собой соответствующее отношение общества к этому лицу и его бизнесу, влияющее на прибыльность. Это негативное отношение общества надо поощрять, тем самым предостерегая предпринимателей от совершения преступлений, чтобы совершение экономических преступлений стало невыгодным.

Как говорится, за экономическое - экономически.

И наказание не должно быть оскорбительным для общества. В нем должны быть 4 опоры: соразмерность и справедливость, разумность и целесообразность.

Тогда мы поймем, что экономические вопросы в уголовном праве это не основной метод регулирования и не последняя мера защиты инвестиций, а один из правовых инструментов, который находится у государства на его рабочем столе, находится публично и открыто. Все граждане в правовом плане просвещены, и работает теория о позитивной и негативной уголовной ответственности.

Вне всякого сомнения, уголовно-правовое регулирование - самое жесткое, но не основная и не крайняя мера. Фактически необходимо иметь палитру наказаний, при этом должна работать судебная дискреция. 

И давайте помнить постулат уголовного права - "мы наказываем для того, чтобы исправлять", а также то, что уголовно-правовое регулирование это не инквизиция.

К пониманию этого приходят все страны, все по-разному и все через свои ошибки.

Но к пониманию необходимости держаться подальше от пунитивного, карательного правосудия и поближе к реституционному наша страна должна прийти как можно быстрее. Также как к унификации норм и к интернациональной амнистии. 

просмотров: 2688



Комментарии пользователей

  • Лавочкин Иван
    0

    Пустобрёх, иди лучше участковым.

    15 декабря 2013 в 14:25 Ответить
  • Марк
    0

    Согласен. Брехня сплошная. Жаль потерянного зрения.

    16 декабря 2013 в 20:56 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход

Мне 36 лет. В графе должность пишу "сенатор". Хоть все и говорят, что сенаторов у нас нет и слово это заграничное и неправильное. До этого был просто юристом, правда, закончившим пресловутый питерский юрфак. Родился в Питере, который тогда был еще глубоким Ленинградом, а до перестройки было целых 11 лет. В 85-м году, когда умер Черненко и на вахту заступил Горбачев, я спросил у отца-милиционера: "Папа, а он тоже через два года умрет?" Тот посмотрел на меня и ответил: "Нет, сынок, этот молодой, еще поработает". 
Поработал он недолго. Через шесть лет, отдыхая в Судаке и наблюдая на море за маленькими пограничными корабликами, а по черно-белому телевизору на улице за московским балетом, я вспоминал этот разговор с отцом и думал о президенте, о том, как ему сейчас работается через 160 километров, в Форосе.
Потом время поскакало. И сейчас, набирая этот текст на айпеде для своего блога в МК, я вспоминаю своих друзей-журналистов с питерской Фонтанки и их слова: "Прекрати употреблять это слово-паразит "пресловутый", тем более что питерский юрфак уже не пресловутый, а самодостаточное определение политического явления, к которому ты невольно имеешь отношение".