Сотворение мифа

Сотворение мифа

  

Самая яркая художественная декларация сделана современным юродивым и хулиганом - интервью Лени ... на Ленте.ру (http://www.lenta.ru/articles/2012/01/05/voina/)

Это потрясающий документ. Это интервью человека, пылающего в огне и рассказывающего нам об искусстве. О том, что это устремленность в бесконечное, это сгорание художника, поэта. Вот это реальное сгорание, «полная гибель всерьез» и бьет вас в самое сердце.

Начало 20-го века.  Маяковский, Бурлюк. Поэзия бунта, революции, восстания против авторитарных порядков и символов. Бунт футуристов против авторитетов, против будничного, против самодовольной посредственности. «Вам любящим баб да блюда жизнь отдавать в угоду? Да я лучше в баре ... буду подавать ананасную воду!». Поэтические манифесты подкреплялись такими «мощными» заявками, как желтая кофта на выступающем поэте, как показная брутальность в поведении и брутальность в стихах: «Как вы смеете называться поэтом и, серенький, чирикать, как перепел! Сегодня надо кастетом кроиться миру в черепе!». Но, собственно, «кроиться кастетом» и устраивать «провокации» в отношении полиции футуристы не рисковали. Самые активные, поддержав революцию, рисовали агитационные плакаты и боролись за звание истинных художников революции.

Начало 21-го века. Современные последователи футуристов пока не ополчились на  «средненького» человека, они не воюют с великими идеалами прошлого, не сбрасывают Пушкина с корабля истории. Им нет дела до того, что о них пишут в «Снобе» или говорят на интеллектуальных посиделках умные девушки в очках. Дешевые номера, в роде коллективного совокупления в музее Дарвина, остались в прошлом. Сегодня они рвутся в пространство, входят в самые плотные слои современной общественной атмосферы, набитые ФСБ, МВД, и несутся в этих сферах, сгорая в них, как пролетающая комета.

То, что провозгласили футуристы, творческое сгорание как самоосуществление, их последователи осуществляют на деле, они в буквальном смысле «творчески горят».

Прометей принес людям огонь. Леня ... подарил всем невинно сидящим новогодний подарок – горящий автозак – и назвал эту картину «Ебнутый Прометей».

Сочувствующие спрашивают: может быть можно преобразовать этот безумный и мощный творческий импульс в слова, картины, кинопленку? Осторожные спрашивают: а если это хулиганство? (Осторожные знают, какую беду могут натворить люди, ничем в этой жизни не связанные!) Подлецы не спрашивают, они вопят: это не хулиганы, это бандформирование!

А хулиганы занимаются искусством в самом высшем смысле этого слова – преодолением себя. Они свободны настолько, насколько может стать свободным человек, отказавшийся от денег, от удобств. Они рвутся туда, где дух свободный летит над бездной. И куда их вынесет, знает только тот, кто знает все.

Группа «Война» - схимники, принявшие обет, бессребреники в прямом смысле этого слова. Это монашеский орден, это юродивые художники в рванном исподнем и старой женской куртке, восставшие на неправду и борющиеся с ней искусством акционизма. Это «нельзя молиться за царя Ирода», усиленное миллионократно и своей страстью зажигающее автозаки. И одновременно это карнавальный перфоманс, где встают гигантские фаллосы, где переворачиваются полицейские машины с полицейскими внутри. Только это такой карнавал, где горят настоящие автозаки, где карнавальные палачи орудуют настоящими топорами, где карнавальных шутов, обливающих помоями карнавальных королей и запускающих коктейли молотова, тихо давят в подворотне карнавальные тюремщики.

И, хотя идея полной свободы самовыражения и торжество индивидуальной воли – не совсем христианская идея, я думаю, что святой Франциск Ассизский нашел бы общий язык с Леней .... Потому что они оба действительно свободны.

Мы живем в баснословные времена Войны и Лени, Козы и Каспера. Запомните их имена. Когда-нибудь про них будут рассказывать сказки. Как про Прометея.


просмотров: 2538



Комментарии пользователей

правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Этой весной вместе с теплом в Россию возвращается политическая жизнь. Потянуло чем-то свежим и одновременно вонючим. В поля выходят труженики, готовые до зари чего-то там сеять в умах и душах. В хлевах заволновались политические животные, проголодавшиеся за время зимнего воздержания. Они громко мычат и просятся на травку. Вот, собственно, об этом и пойдет речь, а также о журналистике, образовании и обо всем хорошем.