Стрелки

 По настоящему. Тем более, знаментиый фильм очень люблю. Позвонил старому другу. Он в теме. В том смысле, что к природе отношение имеет. Тот и говорит: «Приезжай». Ехать далеко. А у меня не то, что ружья, машины и телогрейки и тех нету. Договорился с своим другом—товарищем и по совместительству редакционным водителем Мишей Кармалеевым. Тем более, что Миша мне все уши прожужжал, дескать, неплохо бы съездить. Ну и хорошо, раз так.
 
Миша заехал за мной после «суток». Я как в машину сел, так обратил внимание на запах мишиного одеколона. От души человек побрился. Но ничего не сказал. Он, все же, охотник. Правда, охотился по его словам, только на уток. Обрадовал меня тем, что патронов накупил уйму. Самых разных. Поехали. Ну болтаем. Я курю, мишин парфюм нюхаю. Больше двух часов ехали. Встретили моего другана. Ну обнялись, ведь нечасто встречаемся. Тот и говорит, что дальше надо пилить еще часа полтора. Надо, так надо. Опять мишкин лосьон вдыхаю.
 
Прибыли. Все как в фильме. Даже «Бураны» стоят. Малоразговорчивый егерь (не Кузьмич) велел переодеваться. Я то хоть и наивный, но комбез теплый и телогрейку по дороге купил. Но приехал в берцах, тут же осмеянных Лехой. Хорошо еще запасливый Миша валенки привез 44 размеру (мой 42-й). К «Бурану» прицепили на полужесткой сцепке сани — что-то наподобии нарт. И мы двинулись…
 
Темный вечер, деревья, присыпанные снегом, ветки хлещут по лицу — все время приходиться выставлять впереди себя руки, чтобы защитить глаза. Летим. Ну не летим, скользим с ощутимым ревом, довольно быстро. Нам еще сказали, что тут недалеко. Но надо помнить, что встречали нас люди не московские, а понятие недалеко в столице и за ее пределами, вещь особая. Но природа впечатляет. Верчу головой — волков, да медведей высматриваю. Километра через три-четыре снегоход остановился. Наш «каюр» говорит, что теперь надо пройти метров сто-стопятьдесят и будет вышка.
 
— Тихо будете сидеть, выйдет кабан. Зашумите — пропала охота. Сколько хватит терпения, столько и ждите.
 
И мы пошли ждать. Напыхтелись, пока на вышку с ружьями вскарабкались. Высунули стволы наружу, взвели, сняли с предохранителя. Миша свой карабин с оптикой тычет в сторону поляны, спрашивает, пока телефоны не отключили, сколько кабанов можно убить, одного или больше? Перезваниваю. Мой кореш переспрашивает у егеря. Тот отвечает, что пожалуйста. Хоть двух, хоть пяток. Миша успокоился. Ждем…
 
На нас обрушилась тишина. Чуть стволом по бойнице проведешь, так звук на весь лес. Я время засек — для истории, то есть для вас. Где-то над головой самолет пролетел, а кажется, что он на нас пикирует. В Москве такой тишины, само собой, нету. Только мы, лес, вышка, да мишкин одеколон. Ветер как раз нам в морду. Называется здрасьте кабаны! Через полчаса, вроде, хрюкает кто-то. Или кажется? Нет, это у меня в животе, наверное бурчит. Ел последний раз за завтраком.
 
Сидели, сидели, ждали, ждали. Наконец Мишка говорит: «Слушай, я в оптику уже ничего не вижу. А ты мушку различаешь?» Что тут сказать? Пришлось признаться, что я ее с амого начала не сильно видел, а теперь вообще полный швах. Только заговорили, как в кустах мелькунули звериные глаза и исчезли. Поохотлись. Слезли с вышки и двинулись к егерскому жилью. Токи токи отошли, как вдали грохнул выстрел. Миша встал как вкопанный и плюнул.
 
— Надо было ждать!
 
Что тут ответишь? Надо не надо, а тепрь поздно жалеть. Пришли на базу. Оказывается, другой егерь вместе с 12 летним сынишкой полез на другую вышку, нас подстраховать. Ждал наших выстрелов, ждал. Понял, что мы те еще снайперы, да и завалил кабанчика. Через час привезли его на «Буране». И прямо при нас освежевал. Интересно, конечно. Жратвы мы привезли вагон. Плюс две бутылки водки и пузырь коньяку. Словом, не как в фильме. Ну я-то не пью, мне все равно. Сели вечерять. Ну, тут охотничьи рассказы, тыры-пыры. Миша пузырь тут и «приделал». Стали спать ложиться. А тишина… Да.
 
Наутро приехали загонщики. И егерь сообщил, что пойдем мы на лося. Тут мы с Мишей загрустили. У него карабин 5. 56, у меня его гладкостволка 20 калибра. Причем, я из охотничьего ружья ни разу в жизни не стрелял. Делать нечего, пошли на номера. Тут еще егерь объяснил, что стрелять надо ни в коем случае не в лосиху, а исключительно в лосенка. Ну или в быка.
 
— Но быка, навряд ли удасться завалить, — добавил он.
 
Стою на номере. Как и вчера тишина просто душит. Нет, не душит. Я в ней потерялся. Далеко, далеко егерь слышен. Это он вместе с сыном гонит на нас зверя. Только не видно его ни фига. Я уж и прмерился как стрелять буду. А самому неохота. Ну, жалко лосенка. Через час слева слышу скрип. Поворачиваюсь, а там лыжник со своей самкой. Жена, наверное. Увидел меня с ружом и остановился. Я «Сайгу» на предохранитель поставил, машу ему рукой, мол, подъезжай, не бойся. Он мне и собщил, что загонщики уже вышли и можно не таиться. Тут егерь подошел, сказал, что лосиха с детенышем ушли непонятно как. Блин. Но нас успокоили — сказали будем гнать быка. Теперь у меня азарт проснулся. Лось, это вам не детеныш. Опять жду. Даже на корточки присел. Прождали еще час. Опять егерь появился. Говорит, что бык хитрый попался. Вышел поближе к номерам и обратно ломанулся. Вот западло! На обратном пути егерь по какому-то зайцу пальнул. Мимо. В стволе-то жакан, а разве в зайца попадешь без дроби?
 
Ввечеру засобирались. Мясо того самого кабнчика поделили, я свою долю в сумку сунул, а Мишка просто на нарты пакет бросил. Сверху я сел и мы тронулись в обратный путь.
 
Ну блин! Ведь красота же! Литография вечернего зимнего леса несется навстречу, мы то и дело соскакиваем с нарт, бежим рядом. Джек Лондон, да и только. С трудом перемахнули через не до конца замерзший ручей, вытолкали сани, дальше едем. Белое безмолвие, раздираемое ревом «Бурана». За этим надо ехать, а не за стрельбой, вот что я вам скажу.
 
Когды выбрались к машинам, выяснилось, что мишкино мясо куда-то улетело. Мишаня, конечно, расстроился. Я ему предлагал мою долю поделить, но он наотрез отказался. Натура такая. И вот едем в Москву, носом клюем — кислородом отравились. Хорошая была охота. А самое главное, люди хорошие встретились. Правда, мы с Мишей так ни разу и не стрельнули. А ведь еще двадцать штук мишеней притащили с собой. Эх, стрелки! Но вот я доволен. И Мишка тоже. 

просмотров: 1364



Комментарии пользователей

  • митрич
    0

    Никогда не смогу выстрелить в зверя. Да мне и рыбку выудить - и то жалко. Пусть себе плавает:)) Сколько раз звали, ни разу не ездил. Хотя, несколько лет назад мой друг детства съездил порыбачить на Волгу. Приехали, палатку поставили метрах в 10 от реки. Сели, разложили закусь, достали беленькую, конъячок и понеслось... Говорит, что только к вечеру последнего дня сумел просто до воды с трудом эти несколько метров преодолеть :))) А уже на следующий день с утречка - в машину и назад в столицу. Так снасти даже вообще и не распоковали:)) Порыбачил, в общем:))

    17 марта 2011 в 05:33 Ответить
  • Дмитрий Кафанов
    0

    Ну, наш человек когда выбирается за рамки служебного соответствия, всегда перебирает. Что объяснимо — слишком много у нас рамок. Оттого приезжаем в Египет (я, например) и туши свет. Мне на охоте нравится не стрелять, а ходить и гулять.

    17 марта 2011 в 12:31 Ответить
  • митрич
    0

    Я тоже люблю гулять на природе. Только мне для этого не нужен такой повод, как охота или рыбалка. Грибы, кстати, тоже собирать не люблю. Предпочитаю спокойное созерцание окружающего пленэра. Внешних рамок и за бугром хватает:)) Главное только, чтобы они не ломали твою внутреннюю сущность:))

    17 марта 2011 в 13:19 Ответить
  • Дмитрий Кафанов
    0

    Дык не токи на природе гулять здоровски. Я вот по Москве гуляю. И не устаю удивляться. Сколько десятилетий хожу, а всегда что-то новое попадается.

    17 марта 2011 в 13:23 Ответить
  • митрич
    0

    Я люблю старую Москву. Раньше любил бродить в тех местах, где прошло моё раннее детство. Окрестности Арбата... Теперь уже многое там не узнаю и бывать не люблю. А ещё в 80-е мне нравилось вечерами гулять в одиночестве по узким и уже практически пустынным переулкам... Долгое время сплошная историческая застройка сохранялась в районе Чистопрудного бульвара и Покровских ворот, но теперь и там всё изгадили.

    17 марта 2011 в 13:48 Ответить
  • митрич
    0

    ЛЮбите путешествия в дальние страны ( тот же Египет )? Даа... Есть на свете жаркие страны, Где магнолии вечно в цвету, Где не надо, как здесь, постоянно Проклинать молотилку Москву... А меня уже, как раньше, и не тянет. Мой друг, который ездил на рыбалу, зовёт прокатиться и развеяться куда-нибудь в Кению или Танзанию. Тем более, что он развёлся недавно:) Или даже на Соломоновы острова ( он недавно перечитал Джека Лондона ). Но, я чувствую, что растаяли для меня уже "снега Килиманджаро"... Вроде эта гора именно в Танзании.

    17 марта 2011 в 18:34 Ответить
  • Дмитрий Кафанов
    0

    Эх, Митрич! Как мне убийство (иначе не назовешь) Арбата не по душе (а кому по душе?). Напишу обязательно и про Арбат. И про Чистые. Арбат, ты Арбат... Детсво и юность там пробежали. Жалко мне тебя Арбат. Самая знаменитая наша улица.

    22 марта 2011 в 17:04 Ответить
  • Дмитрий Кафанов
    0

    Митрич! Не унывать! Будут есчо "Соломоновы острова". Не могут не быть!

    22 марта 2011 в 17:06 Ответить
  • митрич
    0

    Спасибо за сочувствие, Дмитрий. Мы ещё увидим небо в алмазах:)(с) Про Арбат прочитаю с удовольствием. Его окрестности тоже места моего детства. Я почему-то думал, что уже Вам ответил. Склероз:)

    8 апреля 2011 в 02:45 Ответить
  • 2 цента
    0

    Только что прочитал про Фёдора (собаку), а теперь про охоту. Расстроили Вы меня, Дмитрий. Я полностью солидарен с Митричем. Если хочется выбраться на природу, зачем брать с собой ружьё? Лучше взять фотоаппарат.А если хочется испытать себя, то зачем убивать других? Можно, к примеру, уйти в открытый океан в шторм или забраться зимой на какой-нибудь тысячник, пройти пустыню или добраться до полюса.

    10 апреля 2011 в 07:37 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

В этом блоге я собираюсь размышлять и по возможности пугать. К сожалению, испуг традиционно идет рука об руку с трагедиями. В силу профессиональных особенностей почти ничего позитивного я вокруг не вижу. А вижу всякие безобразия. О безобразиях и будем рассуждать. И о прошлом. Что поделаешь, возраст!