«Волшебная палочка» для бюджета. Возьмет ли правительство России на вооружение опыт США, Израиля и Японии?

Несколько недель назад президент России Владимир Путин проводил совещание по вопросам подготовки бюджета на 2016 год. Как видно из официального сообщения, опубликованного в СМИ, на совещании обсуждались «ключевые вопросы формирования федерального бюджета и внебюджетных фондов».

Другими словами, руководители государства и капитаны экономики решали, где и сколько взять денег на жизнь и развитие страны, ее оборону, культуру, образование, социальные проекты.

Перед присутствующими была поставлена первостепенная задача – «обеспечить сбалансированность и устойчивость государственных финансов, существенно снизив зависимость федерального бюджета от нефтяных цен».

Еще одна немаловажная деталь – Президент поручил правительству «обеспечить ритмичное финансирование по этим направлениям и «держать на особом контроле эффективность таких расходов. Кроме того, попросил «…уделить внимание укреплению экспортного потенциала страны, в том числе рассмотреть возможность докапитализации институтов поддержки экспорта».

Без сомнения, если министры выполнят поставленные перед ними задачи, можно будет говорить о возможности без оглядки на сырьевой рынок заработать в бюджет десятки или даже сотни миллиардов в валюте, используя конкурентноспособные на международном рынке направления отечественной промышленности и производства, которым до сего момента уделялось недостаточно внимания.

Реальна ли поставленная задача? Как и где найти новые рынки сбыта российской продукции, которые станут заменой снижающимся поступлениям  в казну доходов сырьевых компаний?

Конечно же, специалисты расплывчато произнесут: «все зависит от ситуации в тех областях рынка, где мы захотим заработать большую прибыль».

И, конечно же, назовут рынки алмазов, металлов, продукцию ВПК, сельского хозяйства. С натяжкой туда же отнесут космонавтику и авиастроение. Еще меньше шансов заработать дополнительную валюту для бюджета окажется у машиностроения, автомобилестроения, электронной промышленности.

Россия никогда не была международным лидером в этих отраслях, поэтому для тотального завоевания международного рынка в стране просто отсутствует необходимая научно-техническая и промышленная база. И для стабильной продажи на международном рынке партий из миллионов автомобилей и компьютеров нужны годы и годы, а еще миллиарды и миллиарды государственных дотаций и вливаний. Так что скорого результата здесь ждать явно не стоит.

Так каким же образом правительство сможет выполнить указание президента, найти новые международные рынки сбыта для российской продукции?

И есть ли вообще подобная возможность для экономики, зажатой рамками не только западных санкций, но и ограничений ВТО, а еще и реальными возможностями производства и начать зарабатывать для бюджета огромные деньги?

Как ни странно, такая «волшебная палочка» для российского бюджета и экономики существует уже несколько десятков лет, и все это время, по непонятным причинам, она была надежно спрятана от глаз и внимания руководства страны. Кем и почему спрятана, – особый вопрос. Но факт остается фактом. После распада Советского Союза, в РФ была буквально предана забвению одна из самых конкурентоспособных на мировом рынке областей российской науки и промышленности – криптография, и, соответственно, криптографические программные и аппаратные продукты, направленные на обеспечение информационной безопасности.

Я могу констатировать этот факт с полной ответственностью, поскольку являюсь одним из тех людей, кто в 1990 году стоял во главе проекта, направленного не только на укрепление информационной безопасности страны, но и завоевание лидерства на еще только зарождавшемся международном рынке криптографической продукции.

С этой целью была создана компания, получившая государственный заказ в короткие сроки разработать и запустить в производство, на замену документам ручного кодирования, надежный, массовый (несколько сот тысяч экземпляров), малогабаритный и самое главное недорогой шифратор, пригодный для переоснащения армии, МВД, МИД, оборонной промышленности. С его помощью следовало надежно закрыть потоки информации государственной важности, а также, благодаря импортной версии, обеспечить массовое внедрение на международный рынок информационной безопасности.

По существу, перед нами ставилась задача совершить революцию в отечественной и международной криптографии, и в кратчайшие сроки наладить выпуск супернадежных шифраторов нового поколения.

Забегая вперед, скажу, что мы с честью справились с поставленной задачей, создав совершенные образцы криптографического оборудования, намного обогнавшие свое время. Спустя годы они получили уникальные международные сертификаты, подтверждавшие их преимущество не только перед соответствующими мировыми аналогами, но и стали единственными в России криптографическими продуктами, получившими подобное признание. Для этого мы провели за рубежом, в том числе в Королевском технологическом университете Швеции (осуществляющем научно-техническую экспертизу достижений современных ученых, выдвигаемых на получение Нобелевской премии), многолетние испытания разработанных нами уникальных криптоалгоритмов.

На протяжении нескольких лет экспертная группа во главе с одним из ведущих криптографов мира доктором Хастедом, проводившая сложнейший и дорогостоящий анализ с использованием суперкомпьютеров (стоивший Швеции несколько десятков миллионов долларов), признала, что наш криптоалгоритм «невозможно дешифровать в течение времени существования Вселенной, даже с помощью самых высокоскоростных компьютеров в мире»!

Такая же по сложности экспертиза проводилась государственными организациями ЮАР, подтвердивших высочайший уровень стойкости российских алгоритмов.

Эти уникальные достижения в области криптографии стали «ключом» к открытию международных рынков и продвижению нашей продукции на самом высоком уровне в 64 странах.

Но если похороненные параллельно с советской криптографией разработки в ракетостроении, самолетостроении, танкостроении и т. д., сегодня хватило воли реанимировать и вдохнуть в них новую жизнь, то задуманному еще при распаде СССР проекту по завоеванию международного рынка информационной безопасности так и не суждено до сего дня воскреснуть.

И это тем более странно, что, даже несмотря на затянувшуюся паузу, Россия по-прежнему продолжает сохранять (пока еще) мировое лидерство в криптографии. Это не только моя оценка. Дэвид Кан, один из ведущих криптографов США, консультант Конгресса США по вопросам криптографии признает: «Русские вознесли достижения своей страны в криптологии до высоты полета ее космических спутников».

Но, судя по всему, такая ситуация при существующем положении вещей продлится еще недолго. К традиционным конкурентам России на международном рынке информационной безопасности, в лице США, Швейцарии, Германии и Англии, сейчас добавляются такие страны как Китай, Израиль и Япония, которым, в свою очередь, на пятки активно наступают Индия, Пакистан, Бразилия, и даже Малайзия, Катар и Сингапур…

Когда я употребляю словосочетание «международный рынок информационной безопасности», я не имею в виду закрытые разработки для государственных организаций. Они существуют во всех странах, и говорить об их коммерческой ценности нельзя. У них другая задача, прежде всего, обеспечить информационную безопасность страны и сохранность государственных тайн. Конечно же, ни одно государство не выставит на международный рынок криптографии свои секретные разработки. Для этих целей всегда существовали и существуют коммерческие структуры, зарабатывающие сегодня на рынке информационной безопасности десятки миллиардов долларов.

Для примера, ведущее аналитическое агентство в сфере IT-технологий – Gartner, оценивает в 93 миллиарда долларов в ближайшие 2–3 года рынок информационной безопасности только мобильных телефонов.

И это объясняется тем, что уже в 2016 году 80 % подключений к интернету будет осуществляться через мобильные телефоны. А количество смартфонов до 2020 года на планете возрастет до 20 миллиардов, причем в настоящее время защита 99 процентов этих устройств обеспечивается программными средствами, которые, по мнению многочисленных экспертов в области информационной безопасности, в том числе президента компании Google, легко вскрываются.

В настоящее время из конкурентов России только США могут представить эффективные средства аппаратной защиты мобильных телефонов. Но американцы, из-за утраты доверия, вызванного разоблачениями Сноудена, лишились огромного рынка, и в ближайшие несколько лет вряд ли смогут восстановить свои потери, исчисляемые международным аналитическим агентством Gartner уже в миллиарды долларов.

Сегодня в мировой практике сложилась уникальная ситуация, когда Россия может единолично занять ведущее место на международном рынке киберзащиты мобильной связи.

А еще есть компьютеры, информационные сети, обычная связь, а вместе с ними и рынок электронной коммерции, осуществляемой через мобильные телефоны и мобильные банки. И конкурентов нашим разработкам в этих направлениях пока тоже нет.

Россия еще может занять этот колоссальный рынок аппаратной защиты информации мобильных телефонов, а точнее, вернуться на него, пока он окончательно не захвачен конкурентами из других стран.

Если кто-то не доверяет моим оценкам перспективности рынка информационной безопасности или оценкам одной из самых престижных международных маркетинговых компаний мира – агентства Gartner, тогда этим людям стоит прислушаться к тому, что говорят лидеры технологически развитых держав мира. Так, президент США Барак Обама за время своего президентства не раз заявлял, что для его страны «обеспечение информационной безопасности проблема номер один в XXI веке».

Другой пример, – во время состоявшейся 15 июня этого года в Иерусалиме встречи премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху с заместителем министра иностранных дел Японии Ясухидо Накаямой, на которой обсуждались программы взаимовыгодного сотрудничества двух стран, глава правительства Израиля произнес: «Существуют потрясающие возможности для сотрудничества между двумя странами во всех областях, но если бы мне пришлось выбирать какую-то одну, я бы сказал, что это кибербезопасность».

Почему глава Израиля предложил стране, чей ВВП составляет 4,8 трлн. долларов (в 2014 г), именно торговлю в сфере кибербезопасности?

Потому что сегодня во всех развитых странах мира, не обладающих мощными сырьевыми ресурсами, понимают, что только торговля в сфере высоких технологий может принести доходы в бюджет, сравнимые с экспортом нефти или газа. Например, маленький Израиль, сопоставимый по территории с половиной Московской области, поставил перед собой задачу за счет сотрудничества в сфере информационной безопасности на уровне компаний малого и среднего бизнеса увеличить за пять лет, к 2020 году, объем экспорта в Японию до 1,1 млрд. долларов в год (на 50 % по сравнению с нынешними цифрами).

К слову, и в Японии, и в Израиле, несколько лет назад были приняты амбициозные государственные программы по завоеванию превосходства на международном рынке информационной безопасности. Для этого в бюджет этих стран уже несколько лет закладываются существенные суммы, покрывающие расходы на разработку новой продукции компаний малого и среднего бизнеса, работающих в этой сфере. И это не считая финансирования программ, направленных на обеспечение информационной безопасности государственных структур.

Окончание следует.

просмотров: 15534



Комментарии пользователей