Я была солдат

- Можно я с русскими посижу? - маленькая сухонькая старушка суетливо подошла к столу и обратилась ко всем и ни к кому конкретно. Из-за монашеского платья возраст ее определить было сложно, ей можно было дать и пятьдесят, и семьдесят. Она улыбалась и заметно волновалась.

- Инокиня Алипия, - представил ее отец Владимир, - Это она вам чай приготовила.

Чай был кстати, так как мне, впервые отстоявшему всю утреннюю службу в Свято-Покровском храме в Ереване, очень хотелось просто посидеть.

- Меня звали Алла, а фамилия Безроднова. Родилась в Туркмении, семья у нас большая была - шестеро братьев и трое сестер.
Я комсомолка была, идейная такая. В 64-м в армию комсомольский призыв был, девчонок брали, ну, я и пошла. Тем более и братья все мои служили, честь по чести, - она заулыбалась, глядя на мое вытянувшееся лицо.

- Ну да, я солдат была, - она рассмеялась, - зенитчица.

- Часть хорошая была, интернациональная, в Небеддаге стояла. Ну, где "Кин-дза-дзу" снимали. Командир у нас армянин был - Тарасян Ваграм Меликович, замечательный человек. И мужа я тоже там встретила, и тоже - армянина. Так я в Армении и оказалась, - она замолчала и помешала чай.
Отец Владимир посмотрел на нее с прищуром и сказал: «Что ж ты, матушка, в Армении всю жизнь почти, а по-армянски не говоришь совсем?»

Старушка возмущенно всплеснула руками и на чистом армянском произнесла: "Хосу мем!" - и еще что-то, что означало: «Я говорю, просто мне неудобно".

Уже на выходе, провожая нас, она взяла меня под руку и тихо сказала: «Как же здорово, что вы приехали, что не забываете. Храм этот в 90-м году открыли, до того здесь Дом Культуры был и клуб. Кино тут показывали. Я в 1993-м пришла сюда и казначеем стала работать. Муж мой шесть лет как умер, и три года я монахиня. Я и не думала, что постриг приму, без мужа невыносимо стало, уйти отсюда хотела, а батюшка сказал: «Не, дури, это дом твой», и я осталась. Храни вас Господь,- она перекрестила нас и еще долго стояла у ворот, глядя нам вслед, маленькая добрая старушка - Алла Васильевна Безроднова. Инокиня Алипия из солнечного Еревана.

просмотров: 2372



Комментарии пользователей

  • СПЕЦИАЛИСТ
    0

    О чем эта заметка я вообще не понял. Это к слову, потому что пишу я по другому поводу. ......В предыдущем блоге Вы, рассказали о том, как "купили свои воспоминания". Меня это покоробило. Я думаю, что в этом есть что-то нечистоплотное. Память нельзя купить. Она либо есть либо ее нету. Вот Вы купили на какой-то толчке несколько значков. Зачем? Кто-то носил их на своей груди, а для Вас они стали "памятью"? Я этого не понимаю. .......А не понимаю потому, что на моем рабочем столе лежит октябрьская звездочка с потертым кудрявым мальчиком "володей ульяновым". И я ее не купил. Много-много лет назад я носил ее на своей груди. ...Пионерский галстук у меня тоже есть. И комсомольский значок. И тоже МОИ, не с толкучки. Это и есть Память.

    7 мая 2013 в 19:35 Ответить
  • СПЕЦИАЛИСТ
    1

    *октябрятская

    7 мая 2013 в 19:52 Ответить
  • Mik
    0

    Статья вероятно о том, что да, были люди в наше время. Когда и жизненные цели были чище и проще, и люди довольствовались малым, но жили счастливо.

    8 мая 2013 в 07:18 Ответить
правила

Оставьте ваш комментарий

  Вход   Регистрация

Мне 36 лет. В графе должность пишу "сенатор". Хоть все и говорят, что сенаторов у нас нет и слово это заграничное и неправильное. До этого был просто юристом, правда, закончившим пресловутый питерский юрфак. Родился в Питере, который тогда был еще глубоким Ленинградом, а до перестройки было целых 11 лет. В 85-м году, когда умер Черненко и на вахту заступил Горбачев, я спросил у отца-милиционера: "Папа, а он тоже через два года умрет?" Тот посмотрел на меня и ответил: "Нет, сынок, этот молодой, еще поработает". 
Поработал он недолго. Через шесть лет, отдыхая в Судаке и наблюдая на море за маленькими пограничными корабликами, а по черно-белому телевизору на улице за московским балетом, я вспоминал этот разговор с отцом и думал о президенте, о том, как ему сейчас работается через 160 километров, в Форосе.
Потом время поскакало. И сейчас, набирая этот текст на айпеде для своего блога в МК, я вспоминаю своих друзей-журналистов с питерской Фонтанки и их слова: "Прекрати употреблять это слово-паразит "пресловутый", тем более что питерский юрфак уже не пресловутый, а самодостаточное определение политического явления, к которому ты невольно имеешь отношение".