Элегия одного сановника

Первый зампред Центробанка Алексей Улюкаев выпустил книгу стихов

8 февраля 2012 в 17:46, просмотров: 1840

«И банкиры писать умеют», — скажем мы, перефразируя Карамзина. А правда ли умеют — любить и писать? Листая новый сборник стихов первого заместителя председателя Центробанка Алексея Улюкаева «Чужое побережье», попробуем в этом разобраться.

Элегия одного сановника

«И банкиры писать умеют», — скажем мы, перефразируя Карамзина. А правда ли умеют — любить и писать? Листая новый сборник стихов первого заместителя председателя Центробанка Алексея Улюкаева «Чужое побережье», попробуем в этом разобраться.

«Страшно прилюдно раздеваться, особенно если ты всю жизнь в костюме и галстуке», — пишет Алексей Улюкаев в предисловии к своему сборнику. Там же он рассказывает о том, что поэзией пытался заниматься, когда еще в России поэт был больше чем поэт, но дальше захлестнуло новое время, в котором «оказались востребованы экономические концепции и программы» и в котором «настигают высокие должности»... Но потом прошло еще время, и писательский «червячок, который впал в анабиоз, вдруг очнулся».

Назвать Улюкаева профессиональным поэтом сложно: для этого нужен не только талант, но и практика постоянной, неустанной работы. Отсюда изредка лезут притянутые за уши и оттого неловкие, нелепые рифмы («На условный кряк/бежит условный враг»), корявые выражения («лишний градус суматох»). Но будем справедливы: в целом стихи трогательны и сделаны качественно.

Лирика — вот что, пожалуй, стоит почитать со вниманием у Улюкаева. Сложно представить, как в человеке, ежедневно ворочающем громадными суммами деньжищ, уживаются мысли о курсе евро и доллара с чисто поэтической, классической, элегической тоской. Тоской ветра, разрывающего провода, тоской долгого гудка, когда любимая не подходит к телефону, тоской осенних пейзажей и — главное — рефлексией.

Ты неверно понял морзянку звезд.

Здесь всегда мороз,

Здесь всегда норд-ост.

Ты хотел ту звезду на пряник?

Ни силком, ни силой не заберешь...

Стихи на философские, политические, социальные темы читаются уже сложнее.

Между прочим, первая часть книги — стихи тридцатилетней давности. Конечно, автор за тридцать лет изменился, это очень заметно, но все же — что радует — остался вроде бы собой. Есть, очевидно, вещи, неподвластные даже Центробанку.



Партнеры