Модные пляски смерти

Макс Барских переигрывает Майкла Джексона

10 мая 2012 в 20:53, просмотров: 3794

22-летний певец Макс Барских оправдывает премию «Sexy M», которой его одарила читательская аудитория «ЗД» в этом году на церемонии ZD AWARDS. Третий месяц он терзает умы поклонников своим новым образом, в котором сочетаются и любовник-неудачник, и хитрец, и ловкий спаситель мира, и даже зомби. В серии музыкальных видео Макса под общим названием «Z.Dance» экран густо залит кровью и завален дергающимися телами врагов. Наш герой безуспешно пытается спасти человечество, стремительно превращающееся в зомби. Казалось бы, в мире, где главным романтическим героем подростков считается вампир Эдвард из «сумеречной» саги, тема мертвецов заюзана до предела. Но только не у нас! Российский шоу-биз едва-едва открывает для себя накал мистических страстей. Причем начинает с самой примитивной формы потустороннего мира — с зомби, оживших мертвецов-людоедов.

Модные пляски смерти

«Z.Dance» («Зомби-танец») заявлен как трехсерийный музыкальный хоррор, каждая часть которого должна быть хронометражем около 10 минут. Пока мы видели только две восьмиминутные серии этого безумия. Третью часть его создатели, главным из которых стал режиссер и продюсер Алан Бадоев, обещают не раньше лета. Такие длинные ролики не новость на рынке, фанаты особенно часто грешащих 10-минутными клипами «30 seconds to Mars» с Джаредом Лето показали, что на любимую группу могут смотреть намного дольше обычных трех минут. И дело здесь даже не в безграничном самолюбии артистов, которым можно объяснить создание таких долгих роликов, а в смелости замахнуться на то, чтобы сделать что-то большее, чем клип, и удержать внимание публики до последних секунд ролика.

фото: Наталья Мущинкина

Итак, чем же нас пугают Макс Барских, Алан Бадоев и их компания? История любви, закрученная вокруг вынужденного спасения мира, показана через кинематографический трэш: бессмысленная беготня героев, доведенные до сверхтупости диалоги, обилие крови и кусков человеческой плоти, разлетающейся во все стороны, оторванные головы, труп зомби-младенца, который в финальной части трилогии должен отплясывать чечетку... Настоящая ожившая картинка американского хоррор-комикса, сбрызнутая черным юмором. Безусловно, таким откровенным мракобесием в русскоязычном шоу-бизнесе еще никто не баловался. Разве что Филипп Киркоров в 99-м изображал из себя темного графа-кровопийцу в клипе «Мышь», правда, тогда его заигрывания с ужастиками не были оценены публикой по достоинству. Просто ФК выступил в этом образе чуть раньше, чем стоило, фактически за минуту до того, как в Россию пришла повальная мода на изысканные тимбертоновские «байки из склепа». Но 13-летней давности флирт Киркорова со смертью кажется детским лепетом рядом с мясорубкой, устроенной в клипах Барских. Даже таким западным натуралистам, как Эминем (клип «Space Bound» которого не стали крутить по ТВ из-за того, что в нем крупным планом показали, как герой выстреливает себе в голову), подобное кровавое раздолье и не снилось.

За разъяснениями относительно этого выхода из-за печки Макса Барских, которого все привыкли считать классическим секс-мальчиком, героем эротических фантазий деревенских гламурных кис, «ЗД» обратилась к Алану Бадоеву, который все это придумал.

— Почему вы делаете мини-фильм именно про зомби?

— Мы подошли к созданию этой трилогии очень основательно, здесь нет импровизации. Макс принес мне песни своего нового альбома, и мы поняли, что они необычны не только для Макса, но и для русскоязычного шоу-бизнеса в целом, это более качественный и модный дэнс-контент, чем того требует сегодняшний российский и украинский рынок. Задача была создать видеолокомотив для этих песен, помочь их продвижению. Мы выбрали зомби именно потому, что они сейчас максимально популярны в западной массовой культуре. Конечно, мы рисковали, зомби не очень широко представлены на российском рынке, но риск оправдался — нас поддержали практически все музыкальные каналы почти всего СНГ.

Партнершей Макса по фильму стала экс-участница реалити-шоу «10 желаний» Кристина Межинская.

— Этот проект наполнен отсылками к известным западным киноработам в эстетике кровавых комиксов, кого именно вы цитируете?

— Прежде всего мы ориентировались на «Триллер» Майкла Джексона, который в свое время просто взорвал публику. Мы выкупили права на кавер песни, использовали атмосферу клипа. Нас вдохновляли и Роберт Родригес, и Квентин Тарантино, там даже Джек Воробей пробегал в исполнении Макса. Мы хотели собрать лучшие наработки и сделать что-то свое. Конечно, мы понимали, что может подняться волна критики из-за обилия крови на экране, поэтому максимально старались смягчить все шутками, известными цитатами и мизансценами. Мы изначально решили не играть в пафос, а посмеяться над этой темой. Мне было интересно показать Макса в другой роли, создать для него новый образ. Мы и не рассчитывали на такую поддержку публики!

* * *

Зомби-Макс народу действительно понравился, даже вышедший в цифровом формате 2 мая новый альбом артиста, песни из которого использовались в хоррор-мюзикле, было решено назвать аналогично — «Z.Dance». Это вторая студийная пластинка Макса, в которой содержится 13 треков, в том числе и кавер на бессмертный зомби-хит Майкла Джексона.

Подытоживая историю, можно сказать, что ничего нового создатели хоррора «Z.Dance» в мир не принесли ни в плане формы, ни в плане подачи, разве что музыкальный материал действительно звучит довольно аутентично, что большая редкость для русскоязычной попсы. Однако как материал для размышления этот поп-контент вполне любопытен. Если вспомнить, что тема смерти в западном искусстве широко раскрывается в аллегорических сюжетах живописи и словесности еще в средневековых «Плясках смерти» (с тех самых пор, когда все ждали конца света еще в финале первого тысячелетия!), а берет начало в еще более глубоких философских латинских традициях и проходит практически через все века существования искусства. То, что делают со смертью современные художники, в том числе и творцы штампов массовой поп-культуры (теперь и Алан Бадоев в их числе), все вышеописанное мракобесие можно назвать пост-пост-пост-постмодерном, сделав при этом серьезное лицо.



Партнеры