Музыканты отказались от нот ради фрактала

В ГЦСИ идет необычный фестиваль аудиовизуального искусства

20 июля 2012 в 20:15, просмотров: 2423

Кого, казалось бы, удивишь музыкой, подаваемой с цвето-световыми «картинками»: есть целые оркестры (вроде Лондонской Синфониетты), играющие модерновые опусы под актуальный видеоарт в режиме live. Да что там — вся скрябинская эстетика на этом держится. Или тот же Оркестр де Пари в зале «Плейель» дает для молодежи «обучающие» дневные концерты живых композиторов в ярком художественном обрамлении на экранах с юморными комментариями после каждого такта. Всё это — общая практика. Но Владимир Рацкевич со своим коллективом ZoomRa пойдет в Государственном центре современного искусства (Зоологическая, 13) еще дальше, полностью заменив нотное письмо «фрактальной» партитурой. Импровизируй — не хочу.

Музыканты отказались от нот ради фрактала

Надо видеть, словами не расскажешь. Бойко, динамично, напряженно, вкусно, телесно, а главное... непредсказуемо. Как оно пойдет — не могут предвидеть даже устроители. Удастся словить нерв — не удастся. Это тебе не очередной камерный концерт «пилить»: самоотдача требуется двухсотпроцентная. Вообще, культовый во всех смыслах композитор Рацкевич существует давным давно сам по себе, он даже удивился, что его «взял на вооружение» ГЦСИ (был уже один пробный концерт), рассказывая теперь всему миру, что «сценическая инсталляция и sound check включены в INTRO перформанса-хэппенинга».

Для непосвященных — войдете вы в уютное камерное пространство дома на Зоологической, погрузитесь в кромешную тьму, пред вами окажутся музыканты (число их варьируется), воткнут шнуры в свои электронные виолончели-контрабасы... и вот уже бежит ритм: на полотнище сзади компьютер рисует фракталы, меж ними попадается легким абрисом чьё-то фото или кинокартинка... но пусть идеолог Рацкевич расскажет всё сам «МК»:

— Ну да, мы отталкиваемся от ритмической канвы, — начинает он, — в остальном — это тотальная импровизация...

— То есть в концерте всякий раз звучит абсолютно новая «музыка»?

— А как иначе? Мы сами не знаем, куда нас заведут эти тоннели...

— Что возникают на заднике в рост за вашими спинами?

— Правильно. Артисты в данном случае как бы сливаются с яркой бесконечной гаммой, становятся настоящими участниками цветного действа, это как если вы просто пришли посмотреть фильм — вполне себе завершенное повествование. Да и длится всё где-то полтора часа.

— А инструменты какие?

— Обычно — две ударных установки, саксофон, скрипка, контрабас, виолончель, клавишные... но — не акустические.

— Электроника?

— С нарочито препарированным звуком. Этакая искусственная реальность. Абстрактные музыкальные формы — от мелодических до полифонических, или просто до шумовых эффектов...

— Но фракталы частенько используют многие...

— Но не в качестве нот. У каждого музыканта пред собою — монитор, на нем та самая графика, которую видит и зритель. Музыкант подчинен картинке. Чем хороша эксплуатация этого ряда? Зритель-то, скажу крамольную вещь, приходит в музыкальном смысле весьма среднеобразованный. А в наших формах заложены чуть ли не академические амбиции. Кто-то облегчает концерты декламацией или вокалом, у нас ничего этого нет — чистая музыка. А потому для удобства восприятия и оживает здоровый экран яркими впечатляющими образами. Только и успевай следить за их метаморфозами и фантазировать.

— То есть «фрактальная» цель — чисто образовательная?

— В прикладном значении — можно и так сказать. Кстати, свет практически не используется — только экран. Но это не анимация в чистом виде, по форме это, скорее, коллажи с вкраплениями реалистической видеосъемки...

— Как написал один ваш почитатель — «впечатлила общая поэтическая стройность плюс гипнотический видеоарт»; вы согласны с тем, что традиционная форма концерта несколько отмирает?

— Наше время хорошо тем, что в нем есть всё. Формы самые разнообразные. Нет строгих законов и концепций. А уж как поведет себя публика — зависит только от нас, повторяю, мы не можем этого предвидеть. Был прецедент, когда с очень сложной музыкой, построенной на послезвучиях я пришел случайно в рок-клуб, где в качестве целевой аудитории сидели одни рокеры. В первые пять минут они ёрзали в странном напряжении, потом вдруг замерли и «проснулись» через 40 минут с бурным рёвом. Всякое бывает. Драматургия должна захватить зрителя. Ведь для импровизации нет никаких стандартов, рамок нет... всё построено как бы на гиперссылках, сплошная эклектика.

— Ваши музыканты — всякий раз новые?

— Скорее, мы — единая команда, хотя кто-то может работать и в других проектах...

К этому стоит добавить, что в рамках концерта пройдет и «плакатная акция» — графическая интерпретация стихотворения Льва Рубинштейна «Событие без наименования», в которой каждой строфе будет соответствовать один из 20 плакатов.





Партнеры