Человек высокой скульптуры

Зураб Церетели: «Я уезжаю в Америку на установку настоящего памятника Колумбу»

24 декабря 2013 в 20:22, просмотров: 5023

Впервые в дом Зураба Церетели на Большой Грузинской улице я пришел, чтобы взять интервью. Он принял меня поздно вечером в теплой мужской компании, которая к моему приходу успела основательно выпить и закусить. Опешив от такого приема, я замер на пороге. «Донателло!» — вместо приветствия воскликнул хозяин стола, разглядывая меня в дверном проеме, где я ему напомнил кондотьера в музее на Волхонке. А мне увиденное напомнило «Кутежи» Пиросмани.

С тех пор предо мной пролетело двадцать лет жизни художника в Москве. В ней ему пришлось испытать травлю лжецов, сотворивших миф о «Колумбе с головой Петра». И возрадоваться на Поклонной горе, в храме Христа и Кремле, где его награждали I, II, III и IV степенями ордена «За заслуги перед Отечеством». Им стала для него Россия.

Человек высокой скульптуры
Фото из личного архива

Орденов, медалей, премий и почетных званий у него, очевидно, больше, чем у любого художника России. Есть Звезда Героя, есть редкая награда, о которой писал Борис Пастернак:

Он награжден каким-то вечным детством,

Той щедростью и зоркостью светил,

И вся земля была его наследством,

А он ее со всеми разделил.

Сам Церетели об этом сказал, когда у него спросили:

— Кем вы себя больше чувствуете — грузином или русским?

— Это все равно что спросить: кого ты больше любишь, папу или маму? Сердце пополам порвать надо, тогда ответишь. Ребенком себя ощущаю.

Родился Зураб Константинович 4 января 1934 года, через несколько дней ему исполнится 80 лет. Годы над ним не властны. Что придает силы? Живопись. Он стоит у холста и пишет, не уставая, часов по восемь кряду, под песни грузин и цыган, картины, портреты, цветы и подсолнухи. Холсты, большие и малые, заполняют мастерские в Москве, Париже и Нью-Йорке. Оттуда недавно прибыли 500 картин.

Когда я спросил, как будет праздновать юбилей, то получил обескураживающий ответ: «У меня каждый день — праздник!»

Энергию ему придают выставки, встречи с людьми, у которых кардинально меняется представление о художнике, внушенное телеканалами, когда дважды пытались свергнуть Петра.

Не раз в месяц, не раз в неделю, как замышлялось, — порой по нескольку дней подряд дает он мастер-классы детям в зале, где сам рисует. Зачем это делает?

Фото из личного архива

— Дети меня вдохновляют.

Евгению Евтушенко, старому другу Зураба, принадлежат крылатые слова: «Поэт в России больше, чем поэт». Перефразируя их, скажу: художник Церетели больше, чем художник. Он заседает в Общественной палате. Как посол доброй воли выполняет поручения ЮНЕСКО. Открывает новые отделения Российской академии художеств. Создает музеи. Организует Институт исполнительского искусства. Объединяет художников разных направлений...

Самые известные современники встречаются с ним, бывают в доме на Пресне и галерее на Пречистенке. Зал со сценами Нового Завета, земной жизни Спасителя от Благовещения до Вознесения, — творение невиданное в современном мире. Это гимн в бронзе во славу Христа.

Когда в СССР религию искореняли, Церетели отливал статуи святых, чтимых в Грузии. Как ему удавалось обходить цензурные запреты? Делал это, чтобы не вызвать запрет республиканской и центральной власти, в Минске. В заказах святые назывались никому там не известными именами: «Шио Мгвимели», «Антон Мартомхопели», «Давид Гарежели»…

Все они, со святой Нино, принесшей крест грузинам, царицей Тамарой и Шота Руставели, вознесены на гору у Тбилисского моря, где завершается самый грандиозный проект великого мастера. Хотя, казалось бы, что может превзойти обелиск Победы или Петра? Невиданный в мире по замыслу и исполнению памятник народу и его духовным вождям Церетели называет «История Грузии». Колоссальная композиция, архитектура в бронзе, вызывает восторг, подобный тому, что испытываешь в Афинах перед Парфеноном. Увидев «Историю Грузии», не склонный к преувеличению Дмитрий Жилинский, художник с мировым именем, вымолвил: «Я сражен».

С Аллой Пугачевой. Фото из личного архива

Родной город недавно принял в дар статую Данелии и героев «Мимино», народных артистов СССР Сухишвили и Рамишвили, Рамаза Чхиквадзе. На главной площади Георгий Победоносец поражает Змия. Святой похож на всадника с копьем на Поклонной горе. У России и Грузии один покровитель, сотни лет они жили вместе. И будут соседствовать дружно. Порукой тому — художник, объединяющий народы.

Кто из современников сделал столько во славу христианства? Католики ему благодарны за Иоанна Павла II в Бретани, за Николая Мирликийского в Бари. В честь православия — церковь Георгия на Поклонной горе, статуи святых и патриархов России и Грузии. Церетели возглавил художников, расписавших храм Христа, отлил для него врата, горельефы, кресты.

Весной минувшего года состоялось 572-е со времени основания Общее собрание Российской академии художеств. Президента согласно ее уставу академики переизбрали на очередной пятилетний срок. Для этого при голосовании достаточно большинства голосов. Они это сделали единогласно.

Поздно вечером, возвращаясь со службы, он подумал вслух: «Отмечу скромно…» «Человек на триста», — пошутил я. Накрыл столы на четыреста человек, не считая цыган, певших и плясавших в зале «Яблочко».

Десятки раз в году Церетели отправляется в дальнюю дорогу. Его не останавливают ни утомительные перелеты из Европы в Америку, ни время отправления в три часа ночи. Дела происходят и в Старом, и в Новом Свете. Собирался лететь в Юго-Восточную Азию. Но времени не нашлось, чтобы побывать в Коломбо на острове Цейлон. Туда без автора отправили бронзовый бюст Юрия Гагарина.

Когда бюст ушел по назначению, я увидел во дворе дома на Большой Грузинской улице статую российского путешественника ХIХ века Миклухо-Маклая под руку с женой. Бронзовая композиция предназначена для Австралии. После Европы, Азии, Южной и Северной Америки это, возможно, еще один континент, где установят монумент Церетели. Последним в этом ряду материков будет Африка. Эфиопы заказали статую Пушкина, «арап Петра Великого»: чернокожий русский генерал Ганнибал, любимец императора, как известно, предок первого поэта России.

Единственный автопортрет в бронзе. Фото из личного архива

В ХIХ веке фабриканты и миллионеры братья Третьяковы собрали и подарили Москве художественную галерею. Фабрикант Бахрушин создал Театральный музей, принятый в дар императорской Академией наук. В ХХ–ХХI веках художник открыл в Москве шесть музеев и галерей! Ничего подобного в истории города не происходило.

В нашей газете в отчете о недавней презентации памятника Цветаевой Марина Райкина написала: «Провести день с Зурабом Церетели — значит немножечко сойти с ума. Но весело. Всего много — событий, людей, действий, деталей. И все такое большое — размеры монументов, глаза у людей на картинах…»

По этому поводу вспомнил анекдот:

— Дети! Достаем пластилин. Начинаем лепить слоников! Зураб! А ты лепишь букашку! Церетели! Ты меня понял? Маленькую букашечку!..

Букашечки, крошечные эмали и миниатюрные статуэтки каждый может увидеть в галерее на Пречистенке.

Объяснение, почему Церетели создает монументы, пополняющие ряд самых высоких памятников на Земле (я имею в виду Петра I, Колумба для Испании и Америки, «Слезу» в Нью-Джерси, «Победу» на Поклонной горе и Христа, отлитого в Санкт-Петербурге), я нашел у Бориса Виппера в монографии «Итальянский ренессанс», в главе о Микеланджело: «Его искусству свойственны гигантомания, титаническое начало. Это — искусство площадей, общественных сооружений, искусство для народа».

В Нью-Йорке, накануне десятой годовщины со дня трагедии 11 сентября, журнал «Уолл Стрит Джорнэл» признал «Слезу» — высотой 100 футов и весом 176 тонн — «поразительным мемориалом».

Овеянный ореолом мировой славы мастер ни на день не дает себе расслабиться, предаться безделью. Ему приходиться менять номера мобильных телефонов, иначе бы весь день уходил на звонки. Рисовать постоянно хочется, как в молодости. Не утихла давняя страсть к общению. Приемная академии, дом и галерея никогда не пустуют. Его не увидишь в тоске. Сотрудников академии днем и вечером сменяют друзья детства и юности, артисты, послы, министры, губернаторы, фигуры, узнаваемые на улице. Его мастерскую посетили президенты и премьеры России Ельцин, Путин, Медведев, Примаков; посещал Президент СССР Горбачев.

Церетели не страдает от одиночества.

— Приходи вечером, — пригласил меня.

— Кто будет?

— Дети будут.

В тот вечер был день рождения дочери Лики, Елены Зурабовны. Я увидел за многолюдным столом внуков Василия и Зураба, внучку Викторию. По залам резвились три правнука. Четвертую правнучку — носила на руках невестка.

— Моему мальчику Петру I исполняется 15 лет, — услышал я 5 сентября. — Горжусь им. Когда-то им возмущались, выдумали глупость про переделанного Колумба. Когда я состарюсь, то напишу фамилии тех, кто клеветал на мою скульптуру. Но я даже аплодировал. В коммунистическом городе люди отвыкли видеть своих царей. Они не знали своей истории. Удивлялись: «Почему Петр в латах?!» Я воссоздавал его облик по старинным гравюрам, со мной работали три института. А ростры кораблей на постаменте — это корабли, которые Петр проектировал и строил своими руками. Я как художник знал свое дело. Ко мне в академию часто приходят благодарности за этот памятник.

Пятнадцать лет назад одни хотели его демонтировать, другие — взорвать. Три года назад те же люди попытались взять реванш, доказывая, что «пропорции скульптуры ужасны» и «памятник искажает вид на старую Москву» Их не послушали. Теперь пишут, что памятник нравится и без него современную Москву трудно себе представить.

Накануне 80-го дня рождения Церетели я спросил Зураба, как ему удается везде успевать: открывать свои и чужие выставки, рисовать и писать картины, отливать памятники, создавать музеи и галереи, руководить академией и производством, летать в Европу и за океан… Спросил в субботу, в мастерской. С полудня до вечера он стоял перед холстом выше его роста, превратившимся в картину. Что услышал в ответ?

— У меня такая походка! И никто меня не догонит!

Его персональная выставка десять лет передвигается по России, удаляясь все дальше от центра в сторону Урала и Сибири. Каждый вернисаж сопровождается встречей с местными художниками, губернатором, где решаются их проблемы, мастер-классом. После чего происходит дарение картины, написанной на глазах детей и студентов, местному музею. Не раз слышал в разных городах:

— У меня тонус повышается и прибавляется энергия, когда я выезжаю из Москвы и наблюдаю добрые глаза, добрые лица…

В Москве их ему не хватает. Всего, начиная с 2003 года, «Передвижная выставка Зураба Церетели» побывала в 71 городе России и в двух городах Белоруссии. Не только в крупных центрах: видели ее в Павловском Посаде Московской области, Обнинске Калужской области. Все это — не считая выставок за границей в Париже, Риме, Нью-Йорке. Кто в мире его догонит на этой дистанции?..

Обелиск Победы на Поклонной горе. Фото из личного архива

Фигуру царя с кречетом в руке я увидел на Пресне во дворе мастерской. Оттуда и с литейного завода в галерею перевезли статуи 17 царей и императоров России. Им тесно в замкнутых стенах под стеклянной крышей, а вырваться на волю не удалось, несмотря на официальное празднование 400-летия Дома Романовых.

Статуи монархов не повторяют сохранившиеся в Петербурге и разрушенные в Москве памятники. Впервые в русском искусстве Церетели изваял Михаила Романова, основателя династии, царя Алексея Михайловича, царицу Наталью Кирилловну и маленького Петра, внуков основателя Санкт-Петербурга Петра II и Петра III, его племянницу Анну Иоанновну, царя Федора Иоанновича. Этот длинный ряд завершает статуя Николая II. Понадобилось 35 лет, чтобы завершить замысел, который возник, когда царей никто в Советском Союзе не смел ваять. Из рук главы дома Романовых великой княгини Марии Владимировны за этот беспримерный труд Зураб Церетели принял орден святой Анны с девизом «Любящим правду, благочестие и верность».

Первый памятник в уходящем 2013 году установили в Греции, в старейшем городе Европы, названном царем Филиппом Македонским именем дочери Вереи. Связан город в памяти христиан с проповедью апостола Павла. В центре Вереи, где заложен парк, посвященный этому событию, греки выбрали место для памятника апостолу Павлу.

В Подмосковье вблизи деревни Петрищево отныне босоногая Зоя Космодемьянская идет на казнь с завязанными руками. Когда страна узнала о ее подвиге в дни войны, Маргарита Алигер в кровью сердца написанной поэме «Зоя» обращалась к будущему скульптору:

И к творчеству вернувшийся художник

вздохнет глубоко и возьмет резец.

Резец взял в руки Церетели.

Спустя несколько дней после статуи Зои народ собрался на Гоголевском бульваре, где состоялось открытие памятника женщинам. Это громадный «Букет» из тысячи цветов и подсолнухов. Они никогда не завянут, потому что из объемной эмали, закаленной как сталь. Композицию в прессе назвали «трехэтажным букетом Церетели», но его высота 18 метров и равна шестиэтажному дому.

И такая нагрузка — в без пяти минут 80 лет! Спросил: «Не устаете от таких дел, как вы себя чувствуете?» — «Чувствую себя, как тридцатилетний тбилисский хулиган…»

И последнее, чем хочу закончить. Пришел черед Колумбу в Америке стать на ноги. Пришел, наконец. Там началась забивка свай фундамента монумента. Туда летят сварщики, получившие паспорта с визами США. С ними отправляется автор Колумба, собираясь пробыть в Пуэрто-Рико в декабре и январе. Значит, на строительной площадке появится в день 80-летия. Это будет самый дорогой подарок ко дню рождения великого мастера.



Партнеры