На выставке "Рюриковичи" открылись инфовойны прошлого

В "Манеже" по-новому прочитали отечественную историю

7 ноября 2014 в 16:38, просмотров: 11211

Манежная площадь превратилась в лабиринт из синих заграждений. Чтобы увидеть выставку «Моя история. Рюриковичи», придется поплутать меж них и отстоять приличную очередь. Тем не менее за первые дни работы проекта, открытого президентом в День народного единства, его уже увидело около 20 тысяч человек. В чем причины такой популярности? Секрет в мультимедийной эффектности экспозиции или все дело в патриотизме? А главное — какой урок нам подан в «Манеже»?

На выставке
фото: Мария Москвичева

Многочисленных посетителей в центральном выставочном зале встречает икона Сергия Радонежского, 700-летие которого широко отмечается в России в этом году. После поклона образу публика попадает на саму экспозицию: здесь в 18 мультимедийных залах рассказывается отечественная история за семь столетий — от Рюрика до последнего из династии Федора Ивановича. Тач-пады, видеозалы, виртуальные викторины и презентации, анимированные картины, эффектные проекции — с помощью современных технологий урок истории превращается в увлекательный квест, даже несмотря на то что не каждый гаджет работает. Центральный зал, посвященный как раз Сергию Радонежскому, и вовсе походит на планетарий: на потолке оживает рублевская «Троица», то превращаясь в звездное небо, то утопая в березовых листьях. Под таким небом выставлены немногие аутентичные экспонаты на выставке — иконы и личные вещи святого, сыгравшего немаловажную роль в истории государства. Эффектно, увлекательно, наглядно — такой подход подкупает и школьников, и студентов, и семейные пары с детьми, и пенсионеров. Одни проходят выставку за полчаса с семинаристом-экскурсоводом (один из руководителей проекта — отец Тихон), другие часами изучают экспозицию самостоятельно.

фото: Мария Москвичева

О неожиданных открытиях и подводных камнях проекта мы беседуем с одним из организаторов мультимедиацикла, писателем и историком Александром Мясниковым.

— История — субъективная наука. У многих событий есть различные версии и трактовки, но на выставке далеко не все присутствуют. Спор сторонников норманской и антинорманской теории обойден, например. Как определялось, что рассказывать о династии Рюриковичей, а что нет?

— Знаете поговорку «чудеса в решете»? Как звучит вторая ее часть? Чудеса в решете — дырок много, а не пролезешь. Когда все знаешь целиком — все становится понятно. Дело в том, что полное название выставки «Рюриковичи — собиратели земли». Мы исходили из простого принципа: кто что сделал. Объять необъятное невозможно. Все не расскажешь. Что касается норманской-антинорманской теории — мы от нее ушли. Событие легендарное. Документов нет. 7 сентября 862 года избрано было как точка отсчета создания некой государственности. Кто был Рюрик? Да хоть китаец! Для нас важно было рассказать о достижениях Рюриковичей. Акцент мы сделали на Олеге: главное, что он сделал — захватил Киев и открыл путь из варяг в греки. Это главные экономические составляющие.

 

фото: Мария Москвичева

— Меня удивил другой раздел — про Ивана Грозного, который, как выясняется, пал жертвой информационных войн с Западом, и именно Европа заклеймила его как тирана и деспота. Впервые сталкиваюсь с такой версией. Откуда она взялась? В свете последних событий звучит неоднозначно.

— Может, и так, однако такое открытие было сделано случайно. Находка этих «летучих листков» стала удивлением для меня самого. В прошлом году нашел их. Дело в том, что ХVI век был эпохой, когда возникло то, что на сегодняшний день называется средствами массовой информации. Появились «летучие листки» — 4–8 страниц текста крупным шрифтом, обязательно с картинкой. Как сплетни. И вдруг происходит совершенно неожиданное: когда Иван Грозный объявляет Ливонскую войну, все «листки» как один устремляются в сторону России. Мы там впервые находим Ивана Грозного в образе медведя, который потом станет стереотипом образа России. Иван Грозный рисовался исключительно в турецком халате, потому что он хуже, чем любой турок. Это была самая настоящая информационная война — «желтая пресса» уже тогда оттачивала перо.

фото: Мария Москвичева

— Один из посетителей в книге отзывов назвал выставку «глянцевой сталинской концепцией русской истории». Что вы ему ответите?

— Нашей основной установкой было: только факты, никаких оценочных вещей. Если есть факты, которые противоречат друг другу, значит, давать и те и другие. Взять того же Грозного в небезызвестных описаниях Генриха фон Штадена или Альберта Шлихтинга. Даниил Натанович Аль (1919–2012, историк, драматург. — Авт.) говорил мне: «Штаден — никакой не опричник, обыкновенный торговец». Я отвечал: «Да ладно!». А в конце ХХ века оказалось, что он прав, и эти базовые установки по Ивану Грозному построены на абсолютной лжи. Когда начинаешь анализировать — даже комментарии не нужны.

Штаден и Шлихтинг пишут живописные рассказы про поход Ивана Грозного на Новгород и Псков: как полутора тысячам человек связывали руки-ноги, под лед заталкивали, опричники их добивали… С трудом только представляю, как они по льду на лодках плавали, но не суть. По их подсчетам выходит, что за поход погибло 700 тысяч человек. Хотя в это время в Новгороде жило 35 тысяч. А Шлихтинг? Откройте любой словарь и найдете там: мелкий дворянин, попал в 1564-м в плен во время Ливонской войны, стал личным слугой итальянцу-доктору, который лечил Ивана Грозного, а потом уехал на Запад и написал о России. Начинаешь разбираться, и, во-первых, выясняется, что у Грозного никогда не было никакого итальянского доктора. Во-вторых, задумываешься, как это мелкий дворянин мог так легко переводить с итальянского на русский, если доктор все-таки был. И наконец, оказывается, что доктор Линдсей приехал в Россию не в 1564-м, а в 68-м, и провел здесь два года и потом таинственно погиб, будучи удушенным в подвале своего дома вместе с ассистентом. А главное — был не итальянцем, а бельгийцем. Когда он умер, тут же возник Шлихтинг. Это все информационная война. Все это не честно.

фото: Мария Москвичева

— История редко честна. Каждый правитель пишет летопись под себя.

— С одной стороны, так, с другой — историческая наука не стоит на месте. Тот же самый Карамзин опирался на наши источники и на западные. Но у него не было тех возможностей информационного анализа, которые есть сейчас. «Летучих листков» он никогда не видел. Взять хотя бы историю казней в России. В западных версиях она невероятна! Способ описан такой: в огромный чан с вином сажают человека и начинают варить. Да посади русского человека в чан с вином — он умрет от радости! Да и откуда в России в то время такие огромные чаны и вино в таких количествах? Это была такая редкость! А дело все в том, что так в Европе казнили фальшивомонетчиков и европейцам было понятно это. Иван Грозный понятия не имел, что в Европе такое творится. 

фото: Мария Москвичева

— Страшно подумать, что вы откроете, когда займетесь советским временем! О нем ведь будет следующая выставка? Она откроется 4 ноября в Манеже через год? 

— Да, как и прежде, в День народного единства. Я для себя уже кое-что открыл. Охватит период от Первой до Второй мировой — самый тяжелый, роковой. У нас осталось две выставки, чтобы завершить цикл и укомплектовать в 57-м павильоне ВВЦ. Первая — до 45–46-го, следующая — до 2000-х, рубежа веков.

— На презентации выставки о Романовых обещалось, что проект будет расширен, так что можно будет по каждой теме дойти до первоисточников. Эта идея будет воплощена на ВВЦ?

— Конечно, так и будет. Если мы здесь будем по 50 страниц давать по каждой теме — человек обалдеет. Здесь — некая хронологическая поступь, чтобы было понятно, что, зачем и как. Там все будем давать шире. У нас принцип — давать факты. Но нужно подать их интересно. 

— Но факты можно по-разному подавать. Недавно видела плакат к 135-летию Сталина, где указано пять замечательных фактов о нем и выходит, что он супергерой какой-то без всяких «но».

— Время все ставит на место. В истории столько вранья, в учебниках не факты, а одни выводы. На меня лично повлиял один факт о Сталине. Случилось так, что я приехал в Вену. Вечером вышел на улицу и увидел через два дома от своей гостиницы мемориальную доску: здесь в 1913-м Иосиф Сталин написал свою главную работу «Марксизм и национальный вопрос». Я стал выяснять, что он делал в Вене, и оказалось, что он приехал к Троцкому, который за год до того продал газету «Правда» Ильичу. Троцкому приказали продать газету, стать корреспондентом «Киевской мысли» и приехать в Вену. Ему это сказал Парвус, который тогда находился в Турции и считал деньги от армянских погромов. И все бы ничего — но дело в том, что рядом пребывали несколько других интересных персонажей: Адольф Шикльгрубер (он же Гитлер), Муссолини, Иосип Броз Тито, Николай Бухарин, Фрейд и Ленин (где-то недалеко от Вены). Что это была за сходка? Доска была повешена еще при жизни Сталина, и за это мэр стал президентом Австрии. История дает загадки гораздо интереснее, чем разгадки. Сами загадки порой настолько неожиданные. Есть факты, которые могут повернуть все по-другому. Поэтому на каждой выставке мы старались найти что-то такое — в данном случае про Ивана Грозного. Тот же миф об убийстве сына — анекдот. В жизни этого он не делал. Открытие было сделано в середине веке — судмедэкспертиза этим занималась. Результаты скрывались.

В декабре «Рюриковичи» должны отправиться в турне по стране (Петербург — Сибирь — Крым), а позже обосноваться «на постоянку» в 57-м павильоне ВВЦ. Мультимедиаэкспозиция на ВДНХ от Рюриковичей и Романовых до рубежа 2000-х годов (в плане еще два проекта: о межвоенном времени и второй половине ХХ века) станет своего рода единым учебником отечественной истории, написанным с помощью интерактивных технологий. И похоже, что он будет отличаться от привычного взгляда на историю России.

00:16



Партнеры