Как искусство за базар ответило

Под Новый год “МК” поторговал актуальным творчеством

22 декабря 2008 в 17:37, просмотров: 1398

“Давайте так: я вам колбасу, а вы мне эту елку из канализационных труб!” “А почему из этой елки гвозди торчат?” Это не конкурс лучших приколов. Это “МК” устроил арт-распродажу на самом обычном базаре на окраине столицы. Между бананами и сухофруктами расположилось... актуальное искусство. В ассортименте сумасшедшие арт-объекты: садомазоелка из досок и гвоздей, заспиртованные Деды Морозы, “Новогодние консервы” с украшениями и презервативами... Над артефактами трудились художники, чьи произведения на аукционах стоят бешеные деньги. Но только у “МК” все по бросовым ценам — от 99 коп. до 99 руб. Насколько была готова публика к необычным, шокирующим арт-объектам, “МК” выяснял, стоя за прилавком.

Как собрать базАRT?

Это настоящий эксперимент! Можно громко сказать — социально-художественный. Судите сами: на лондонских аукционах современное искусство уходит с молотка за тысячи и миллионы долларов. А простая российская публика от актуального искусства нос воротит, спрашивая: “Что это за фигня? По-вашему, это искусство?”

А что, если все перевернуть? Арт-объектами не в Лондоне торговать, а на базаре? “МК” попросил известных современных художников сделать что-нибудь эдакое на тему Нового года. Удивительно, но художники быстро и смело отозвались! В итоге больше десяти художников соорудили около сорока новогодних арт-объектов.

Чтобы заценить наши новогодние прелести, “МК” позвал известного эксперта Дмитрия Буткевича. Итог: самая дорогая вещь — фоторабота Олега Кулика “Золотое яйцо” — реально стоит $20—25 тысяч! Самые дешевые — открытки, около 1000 рублей. Да, в наши дни искусство дорого стоит. У нас же все от 99 коп. до 99 руб.! Кризис все-таки! Народ не готов сливаться с прекрасным за бешеные бабки.

Насколько примет публика актуальное искусство даже за копейки, должны были выяснять наши продавцы. За прилавком — Дед Мороз (скандально известный художник, “человек-собака” Олег Кулик, которого потом сменит молодой художник Леха Гарикович) и Снегурка (корреспондент Маша Москвичева). Гвоздь программы — мастер-класс от художницы Марины Звягинцевой. Новогодние шарики под ее руководством можно сотворить прямо на месте. Итак, актуальное искусство, которое раньше было достоянием немногих избранных, выходит в народ!

Торгово-рыночные отношения

Рынок как рынок. Краснощекие продавщицы за прилавками предлагают фрукты, овощи, колбасы, сыры, бытовую химию... Вдруг группа в новогодних шапках и расписных халатах с коробками и своеобразными елками под мышкой появляется на базаре и стремительно вываливает странные штуковины на свободный прилавок.

* * *

Олег Кулик и продавцы арта только появляются на рынке, а их уже обступает толпа любопытных.

— А что это у вас тут?

— Предновогодняя распродажа. Искусство, — отвечает Снегурка. — Художники творили из подручных материалов всяко-разно, чтобы мы сейчас вам все продали.

— Да ладно! Что ж так дорого: 39, 59, 99 рэ.

— Так кризис, мать! — комментирует Леха Гарикович.

На всякий пожарный у нас два Деда Мороза. Мороз №1 Кулик опаздывает на самолет. Так что, продав свое “Золотое яйцо” за 99 руб., быстро сбрасывает спецхалат (кстати, тоже арт-объект, покрашенный в технике монотипия разноцветными красками) и убегает прочь...

* * *

Мороз №2 берется за посох, в смысле — за работу. Итак, за прилавком Леха Гарикович. Торговля в разгаре. Первым делом народ набрасывается на бутылки от Кристины Быковой...

— Слышь, бабуль, там водочки-то уже нету давно! Это же “Б/у-тылки”! Использованные, знать, — комментирует расписные творения юной художницы наш Мороз.

— А мы их на камин поставим! Будут красоваться!

— И мне давайте, — подскакивает молодой человек. — У друга сегодня д/р. А я ему б/у подарю!

* * *

— А мне глаз! Дайте мне глаз! — вопит женщина в очках и протягивает пару десяток. Полукосмическое детище Андрея Верещагина и Дмитрия Гаева-Орлова — куб, на который сверху приделан шар. Как использовать — не ясно. Но почему-то даме “Всевидящее око” (таково название арт-объекта) сразу приглянулось.

— Буду глазеть на него! Это ж глаз!

Тут Дед Леха решает показать свое произведение искусства на себе, вернее, на своем лице. Маска телесного цвета закрыла лицо. Форма у нее выдающаяся...

— Это маска специальная, новогодняя! “Здравствуй ж...а, Новый год” называется...

— Давай мне, — подходит серьезный мужчина к прилавку.

— А что вы с ней делать будете? — встревает Снегурка.

— Носить! А потом на стенку повешу!

— В такой маске в метро бесплатно пропускать будут! — советует ее автор.

* * *

Рядом зажигает Марина Звягинцева. Перед художницей зеленый таз с жидкостью цвета детской неожиданности. Баночки с краской. По-умному то, что делает Марина, называется hand made. А на базаре все по-простому: “Шарики: сделай сам!”. Технология секретная: в специальную жидкость наливается разная краска, чуть-чуть перемешивается. В это вонючее (запах по ощущениям схож с цветом) художественное безобразие опускается предмет. В нашем случае елочные украшения (это старые бабушкины шарики, покрашенные белой краской). И вуаля! Готов высокохудожественный новогодний шарик. Только лаком покрой — и на века! Первым делом на Марину налетают дети.

“А я голубой хочу!”, “Мне побольше красного”, — слышатся детские голоса. Шарики по 99 копеек у нас. Очередь растягивается круче, чем за колбасой в застойные советские… “Не зря на рынок сходили”, — заключает трехлетний Максимка, унося два шарика.

* * *

Уже через 15—20 минут от покупателей нет отбоя. Дошло даже до покупок по... телефону!!!

— Заверните мне Деда Мороза с ракетой и еще заспиртованного, — налетает покупатель с трубкой в руке. — Одного мне, а второго друг попросил купить по телефону.

— Мороз-то антиамериканский какой-то, — встревает прохожий. — Вон на нем написано: “Наше ПВО круче вашего ПРО”.

— Антиамериканский Дед Мороз очень актуален. Нам американцы всю жизнь испортили кризисом своим, — отвечает покупатель. — А мы отдуваемся. Сколько я вам должен?

— 99 рублей плюс 39 будет 300 рублей, молодой человек, — шутит Леха Мороз, уже по красный нос вошедший в образ. — Сдача мне на коньячок останется!

— Не... Так не пойдет. Это же не аукцион!

* * *

Но не все принимают современное искусство на ура. По закону жанра самые ворчливые и не готовые к новому оказываются бабульки. Варианты разнообразные:

— Такая елка мне не по карману! — самый безобидный.

— Балаган тут устроили. Нашли место! — чуть более ворчливый.

И наконец:

— Что вы тут гадость всякую рядом с фруктами поставили. Как не стыдно! Травите людей, а называете искусством!

* * *

Словно дети радуются работники рынка. Они занимают очередь к Марине сразу после малышей. Тетки, будто сошедшие с картин Кустодиева — краснощекие, пышнотелые, — радостно покупают мелочи: “На точке у себя повешу”.

Наша соседка по прилавку берет себе на всякий пожарный — а вдруг на работе Новый год застанет — “Новогодние консервы” (произведение Дмитрия Каварги) и тут же установливает их на верхней полке прилавка вместо сочной дыньки. Больше всего работница радуется, что в консервах есть презервативы! Как же без них в Новый год!!! А студентка Жанна решает купить себе украшение от группы “Пульсарт” в виде зайца, сделанного будто из обувных стелек. Девушка решает по-своему оприходовать: “Я его вместо галстука носить буду! Это же круто!” Ее подружке в душу запал “Снежный человек” Валерия Айзенберга...

* * *

Но больше всего ждали своего покупателя арт-тяжеловесы — елки. Первой с прилавка в теплую квартирку отправляется елка из канализационных труб Звягинцевой.

— Я, пожалуй, возьму эту елку, — заявляет представительный мужчина. — У дочки сегодня день рождения, вот за колбаской к салату зашел. Серьезный подарок — телефон — я уже прикупил. Можно и несерьезный теперь взять.

Оказалось, что мужчина работает в компании, которая занимается природным газом. Понятно, что его на трубы потянуло.

— Давайте я вам колбасу, а вы мне елку и пару шариков в придачу!

Две пугающие елки Сергея Чернова — из гвоздей и досок (рекомендованная автором любителям острых ощущений, в частности садомазо) и елка из алюминиевых банок — дольше всего ждали звездного часа.

— Если у вас дома не хватает гвоздей или вы увлекаетесь строительством, берите елочку! Экстремальный Новый год обеспечен! — предлагают Снегурка с Лехой Морозом.

— У меня такая же дома, — неожиданно заявляет прохожий.

— А у меня нет, — расстраивается серьезный мужчина. — Я возьму с гвоздями. На даче пригодится. Нарядим ее. А потом можно и в хозяйстве использовать.

— Ей и воров можно с участка гонять, — добавляет добрый Дед Мороз.

— Раз уж последняя осталась, давайте мне, — появляется на горизонте начальник рынка и ухватывается за алюминиевое дерево. — Поставим на входе. Пусть покупатели радуются...

Эпилог

Итог арт-базара: полкило колбасы и 1147 честно заработанных рублей (на сдачу мы выдавали пакетики). Все вырученные деньги “МК” с согласия художников отправил в Стабилизационный фонд РФ. Чтоб экономику поддержать, так сказать. Но главное, как показал торг, современное искусство вышло в народ и вошло в него. Так что “МК” доказал, что актуальное искусство актуально.

С таким выводом согласен и известный эксперт по актуальному искусству, арт-критик и коллекционер Александр Панов (Федор Ромер): “Фрукты перед Новым годом оказались дороже, чем искусство! Большинство изданий рассказывают, что современное искусство — это дорого, хорошо и недоступно. А когда это самое искусство продается вот так — дешевле, чем мандарины, у народа случился креативный кризис. Они сами не поняли, что они сделали. Люди стояли и долго думали: покупать или нет? Это наш ответ Лондону и кризису”.

За базар отвечали художники:

Олег Кулик, Марина Звягинцева, Леха Гарикович, Валерий Айзенберг, Андрей Верещагин и Дмитрий Гаев-Орлов, Сергей Чернов, группа “Пульсарт” (Артем Бурунов, Паша Голубев, Саша Ненашев, Лейла Султан, Жанна Рыбак, Юля Колесникова), Кристина Быкова, “АртКухня”, Дмитрий Каварга, Лиза Морозова, Иван Колесников и Сергей Денисов.



    Партнеры