Кристин Скотт Томас - лучшая. У нее сегодня юбилей - 50 лет. Поздравляем прекрасную актрису с днем рождения!
Труднопроизносимые итоги Канн. ФОТО
Московский Комсомолец № 25359 от 25 мая 2010 г., просмотров: 9782
Тайский режиссер со сложным именем снимает еще более сложное кино 
С тех пор как была объявлена каннская программа и в ней прозвучало имя Вирасетакула, основные ставки критики сделали именно на него. Именно этого режиссера со странными, труднообъяснимыми фильмами считают авангардом мирового кинематографа. О чем, собственно, кино, объяснить непросто. Оно о дядюшке Бунми, призраке его умершей жены и пропавшем сыне, который слишком увлекся поиском редкого кадра в тайских джунглях и сам превратился в огромную мистическую обезьяну с красными, горящими как угли глазами. Фильм о том, что души умерших людей рядом, что мир вокруг нас не может быть только таким, каким мы его видим, и о том, что умершие и живущие связаны очень крепко, гораздо крепче, чем мы привыкли думать. Иными словами, миру теперь придется выучить труднопроизносимое имя режиссера. Впрочем, его недруги говорят, что сам он себя просит называть Джо. Просто Джо. ФОТО 
Удивительно, но лидер рейтингов фестивальных критиков Майк Ли не получил вообще ничего. Зато Ксавье Бовуа и его “Люди и боги” получили Гран-при, второй по значимости приз фестиваля. Удивительным образом приз за режиссуру получил Матье Альмарик, чей фильм “Турне” показали в самом начале фестиваля, — о бурлеск-шоу упитанных взбалмошных дам и их антрепренере. Жюльетт Бинош ожидаемо стала обладательницей приза за лучшую женскую роль в не самом лучшем фильме классика иранского кино Аббаса Кьяростами “Заверенная копия”. Не лучшем — потому что первый европейский проект иранского режиссера показал, что восточная притчевость никак не согласуется с бойкими европейскими языками — а фильм идет на итальянском, французском и английском — и европейской культурой вообще. Хавьер Бардем (“Красата”), как опять же может показаться странным, разделил приз за лучшую мужскую роль с итальянским актером Элио Джермано, сыгравшим в жизнеутверждающей комедии “Наша жизнь”. Приз за сценарий достался корейскому автору Ли Чан Донгу и его картине “Поэзия” — о пожилой даме, заинтересовавшейся вдруг поэзией и впервые увидевшей красоту мира, но тут же открывшей для себя и другую, черную сторону жизни. Традиционно фестиваль завершился ужином, на котором присутствовали члены жюри, победители и, разумеется, оставшиеся гости. Таковых было немного. Проигравшие не любят подниматься по красной лестнице, если только им не обещана на выходе награда. Так вот ужин был скромным, на пляже отеля Majestic, украшенном шарами и лентами. Угощение скромное по меркам Лазурного Берега: тарталетки с фуа-гра и копченым норвежским лососем, шампанское, вина южного региона Франции и обширное сладкое меню. Для изготовления разнообразных шоколадных муссов и безе пригласили специального повара-кондитера. Ну а завершил вечер традиционный салют. Пока остальной мир учит, как правильно произносится имя нового триумфатора Канн, нам в очередной раз остается только развести руками. На фоне громких скандалов, грозящих перейти в ранг международных, вокруг продолжения оскароносной картины Михалкова выглядит почти назидательным решение жюри вообще этот фильм не заметить. Впрочем, для самого режиссера, предусмотрительно не посетившего церемонию закрытия, такой расклад вряд ли стал неожиданностью. Еще за две недели до кинофестиваля он ясно дал понять в многочисленных интервью: ему куда важнее строчка “фильм — участник основного конкурса Канн” на рекламном плакате, чем собственно награды. И правда, чего-чего, а этих слов у Михалкова уже никто не отнимет. Сальма Хайек 
Говорят, телесный цвет в этом сезоне чуть ли не самый модный, так что Сальма держит нос по ветру. Это единственный комплимент, который заслуживает выбор артистки. Фасончик унылый, хотя все, кто имел отношение к этому платью, явно старались. Кристин Скотт-Томас 
В семействе нарядов, которые правильнее всего называть «платья из занавески», это изделие, возможно, одно из лучших. Но было бы еще лучше, если бы на платье ушло поменьше материала. А на бант его осталось бы совсем мало. Жюльетт Бинош 
Француженку на ковровой дорожке всегда видно издалека. И это притом что наряды обладательниц французских паспортов редко заявляют о себе слишком громко. Впрочем, если ваша позиция внятно сформулирована, кричать и не стоит. Все и так понятно. Диана Крюгер 
Наверное, она собралась на бал состоятельных эмо-девушек: можем позволить себе многое, но от черно-розового настроения не откажемся никогда. Платье Диане к лицу, но от этого оно не перестает быть кукольным, причем не в самом лучшем смысле этого слова. материал:
Мария Давтян, Татьяна Пинская |
