Танец со звездами в МАММ
материал размещен 17 ноября 2011 в 13:48, просмотров: 377
На выставке Dance in Vogue в Мультимедиа Арт Музее на Остоженке представили 120 лучших работ знаменитых фотографов моды, которые на протяжении столетия восхищенно снимали балетных танцоров: Лефаря, Плисецкую, Барышникова, Нуриева, Сильви Гиллем, Пину Бауш. Смешение моды и танца в творчестве Хорста, Сесил Битона, Ричарда Аведона, Ирвинга Пенна, Анни Лейбовиц, Ника Найта и многих других происходит в разных пропорциях, но всегда органично, что делает выставку одним из лучших проектов МАММ в этом сезоне. 
Исторически так сложилось, что фотографов из мира моды привлекал танец – как синтез идеально красивого человеческого тела, выразительных движений и сценической образности. С другой стороны, знаменитые балетные артисты еще в начале ХХ века стали одним из ориентиров светской моды и стиля. При этом на ранних фотографиях 20-х – 40-х годов светскость персонажей естественным образом вытесняется за рамки произведения. На первый план выходит образ, созданный артистом. Выраженный в экспрессивной пластике и взгляде, костюме и сценографии, он остается главным объектом съемки. Самый ранний снимок, сделанный в 1920 году, запечатлел мега-звезду своего времени Анну Павлову. Но перед нами – не светская львица, а египетская царица – сценический образ, созданный балериной для «Египетского балета» в постановке Ивана Хлюстина. С 1950-х годов ситуация начинает меняться самым кардинальным образом. Теперь фотохудожники все более императивно обращаются с моделью и сценическим образом, формируя из них, как из глины, собственный сюжет и стиль. Идеальное тело становиться графическим символом, иероглифом (у Тони Армстронг-Джонса и Ника Найта), костюм – самостоятельным арт-объектом (Тьен). Природу движения передать труднее всего, но Дэвид Тек и Мишель Конт с остротой балетмейстеров чувствуют язык тела и жестов, и пытаются поймать его на камеру. Одна из таких “ловцов” и участник выставки Анни Лейбовиц однажды призналась: «Танец почти невозможно снимать, потому что он рожден из воздуха и исчезает в нем». Тем не менее, растворение движения в пространстве тоже стало отдельным сюжетом, наиболее ярко воплощенным Эрнстом Хаасом, использовавшем принципы кинетизма при съемке танцоров. Сценический образ почти повсеместно уходит на второй план, что можно считать побочным продуктом возросшей роли фотохудожника в ХХ веке. Более того, на некоторых снимках танцоры воспринимаются как фотомодели в балетном антураже, а их лица становятся живой рекламой тонального крема – не хватает только слогана. Подобную глянцевость остается списать на коммерциализированный образ современной моды, сужающий взгляд и фотографа, и дизайнера (а именно такой взгляд сегодня является трендом). И еще один тренд современных изданий – звезды. В данном случае – балетные мэтры и дивы: Жорж Баланчин, Линкольн Керстайн, Тамара Туманова, Майя Плисецкая, Михаил Барышников. Фотографии сопровождают небольшие тексты: яркие характеристики творчества, а также истории бурной личной жизни – по видимости, выдержки из «воговских» статей. Нестандартные «музейные» тексты прекрасно дополняют визуальный ряд, но в таком количестве (120 текстов) они производят впечатление энциклопедии скандальных романов, гомосексуальных связей, логичных карьерных взлетов и возвышенных эпитетов, которыми одаривали танцоров – «черных жемчужин» и «огненных див». |
