mk.ru : Московский комсомолец

Вот и Лидии Смирновой не стало… Показательно, с какой частотой, вспоминая о любимой актрисе, ее коллеги произносят слово “всегда”. Действительно, Лидия Николаевна была одной из тех, о чьей смерти даже думать странно. Мы помним ее еще в довоенном фильме “Моя любовь”, показавшем, что в голодной, угрюмой стране еще не умерло настоящее чувство. В роли свахи в “Женитьбе Бальзаминова” - самой любимой зрителями экранизации Островского. В роли докторши в пионерском лагере в тонкой сатире “Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен!”.

Была у великой актрисы еще одна роль. В документальном фильме Ренаты Литвиновой “Нет смерти для меня”. К Лидии Николаевне эти слова подходят как нельзя кстати.

Ирина Шевчук, генеральный директор фестиваля “Киношок”, вице-президент Гильдии актеров кино России:

— Вместе с такими людьми, как Лидия Николаевна Смирнова, уходит целая эпоха. Она была добрым, светлым человеком. Разницы в возрасте я с ней никогда не чувствовала. Лидия Николаевна удивительно умела создать теплую атмосферу. Она прожила долгую и, уверена, достойную жизнь. Конечно, все мы очень волновались, переживали из-за ее тяжелой болезни... Мы в последнее время не так часто виделись: она была то в больницах, то в пансионатах. Вот все и закончилось.

Олег Бутахин, директор и художественный руководитель Государственного театра киноактера:

— Лидия Николаевна была, что называется, всегда в строю. До последнего момента числилась актрисой нашего театра. Не пропускала ни одного концерта, делилась опытом с молодежью. В последние дни ее жизни мы регулярно навещали ее в больнице, и она всегда нас встречала озорными, молодыми глазами. Она была женщиной. Настоящей. Если ей говорили, что сегодня к ней в больницу придет директор театра, в каком бы она ни была состоянии, Лидия Николаевна обязательно приводила себя в порядок: тут маникюр сделает, тут подкрутится. Никому не давала театр в обиду — всегда отстаивала его позиции. В ней было столько энергии, силы, ума, обаяния, что я называл ее не иначе как “девушкой двадцати пяти лет”. Она предвидела все, что должно быть и чего быть не должно. Помню, мы навещали ее совсем недавно, поздравляли с 8 Марта. Она очень хорошо держалась. Улыбалась и шутила.

Ирина Скобцева, актриса:

— С Лидией Николаевной мы были знакомы уже много лет. Играли вместе в театре. Но общение было шапочным. По-настоящему мы познакомились и подружились на съемках телефильма Ишмухамедова “Наследницы”. Она там играла прабабушку — главу семейства художника Иваницкого, заботившуюся о своих близких. Лидия Николаевна трогательно опекала нас не только во время съемок. Приносила из дома печенье, угощала нас. Мы друг друга поддерживали. Да и вообще на этой совместной работе очень сблизились. Я обрадовалась, когда узнала, что у “Наследниц” будет продолжение. Много стали общаться после того, как закончились съемки в сериале. Часто ездила к ней в гости. В основном она была инициатором встреч. Она обожала принимать гостей. Было приятно купить вкусных вещей, посидеть с ней в уютной кухне, поговорить. Все прошлое лето я много снималась, и она без меня скучала и звонила сама. И звонила мне до последнего, пока могла говорить.

Она берегла свое здоровье. Не курила. А ее героиня в “Наследницах” была курящей дамой, обожающей сигареты в мундштуке. Чтобы не втянуться во вредную привычку, она просто держала сигарету, делала вид, а техник, устроившийся у нее в ногах, пускал дым.

Особенно запомнился один из последних разговоров с ней. Я заболела. Когда она об этом узнала, позвонила мне немедленно, стала мне рекомендовать лекарства, сказала, что беспокоится обо мне. На прощание посоветовала беречь себя. А ведь она чувствовала себя гораздо хуже, чем я, и болезни были серьезнее. Она была потрясающей оптимисткой с невероятным чувством юмора. Никогда ни на что не жаловалась, беспокоилась за других. Любила своих зрителей, не отказывалась от творческих встреч. Однажды ее пригласили в телепередачу. Она потом, смеясь, рассказывала, что для нее было самое трудное во время эфира — это сидеть с прямой спиной.

Эльер Ишмухамедов, режиссер телефильма “Наследницы” — последней работы в кино Смирновой:

— Я долго искал актрису старшего поколения в картину. Однажды автор сценария подала мне замечательную идею — поговорить с Лидией Смирновой. Я очень боялся этой встречи с ней. Мне представлялась капризная актриса с большими претензиями. Но, когда ее увидел, понял, что это лишь штамп. Она встретила нас у себя дома, безупречно одетая. На голове у нее был парик, который во время разговора слегка сбился. Я попросил его снять. Она послушалась и с улыбкой назвала это стриптизом. И сказала, что после этого я не могу ее не утвердить на роль. Я был очарован Лидией Николаевной и без раздумий согласился. И нисколько не пожалел. На съемках у нас сложилась удивительная атмосфера, и я понял, что “Наследницам” обязательно нужно продолжение, чтобы продлить наше общение. Вторая часть снималась в очень сложных условиях, и мы все восхищались мужеством Лидии Николаевны. Ее самочувствие ухудшилось, но от поблажек она отказывалась.

Даже принесенный плед стремилась передать кому-нибудь из актрис: мол, ей и так хорошо. Но озвучивать героиню в “Наследницах-2” пришлось другой актрисе. Первых она озвучивала сама.

Еще она очень любила комплименты. И даже однажды сделала вид, что обиделась на меня, когда я похвалил Скобцеву. Шутила, что я, мол, Ирину Константиновну люблю больше.