Песнь о вечном Олеге

Сегодня великому Ефремову исполнилось бы 80 лет

30 сентября 2007 в 15:39, просмотров: 1188

С чего начинается родина? С того же, что и человек, — с детства. Или с юности. Когда его еще никто не знает, не оглядывается на улице с радостью узнавания: “Ба! Да это же Ефремов!” Великий — режиссер, бабник, не дурак выпить. Великая легенда…

Нет, меня интересует Ефремов, когда он просто Алик, Олег, Олежка — долговязая фигура, длинная шея, чуть вздернутый нос и смешинка в глазах. В “МК” попали дневники Олега Ефремова — ранние, написанные не для чужого чтения. А в них Ефремов такой!.. Даже трудно предположить, что это он. И тем не менее…

Обычный школьный дневник. Убористо-преубористый почерк. Аккуратизм писавшего не вызывает сомнения — ни одной помарки, исправления, небрежности. Наоборот — все как в бухгалтерской книге: убористо, четко и… подсчитано. Не дневник, а схема и графики. Что за человек их писал?

Человек — Олег Ефремов. Возраст — 22 года. Только закончил Школу-студию МХАТ с амбициями художника. Итак, смотрим.

1949—1951 гг. 20.VIII—20.09.

1. Лечить зубы.

2. Лечить голос.

3. Провериться у терапевта.

4. Подумать и написать — к пьесе.

5. Написать о лете, о людях, с которыми встречался.

6. Прочесть все ежегодники (суть законспектировать).

“Дневник Брюсова”. Интересно читать. Но пишет не для себя — чтобы прочли. Прочесть стихи Брюсова.
“Далекие годы” — Паустовский: очень чистая книга.

Итог: план выполнен на 35%.

20 сентября — 20 октября — план на 20%.

“Консуэло”, том I. Муть страшная. Сюжет можно рассказать в двух словах, а написано очень много — 412 страниц.

Э.Хемингуэй. “Пятая колонна” и 38 рассказов (1654 страницы). Пьеса — это моя пьеса. Рассказы не все понравились, но в основном — очень многое близко мне. Пессимист. Жизнь для него бесцельна, бесплодна. Нет веры.

Островский. “Не все коту масленица”. Язык. Правда в ситуации и в языке. Очень ловко соединяет. Но не мой драматург. Не точно, не исподволь — без психологии.

Горький. Рассказы. Очень всё из жизни.

План на 1950 год.

I. Теория актерского и режиссерского искусства.

1. Станиславский “Работа актера над собой” (полностью).

2. Ежегодники — 1943—46 гг.

Написать:

пьеса о театре

сборник стихов

повесть или рассказ

художественное чтение

партийное просвещение

разное

Записано все скрупулезно, графики, как в бухгалтерии. Самое поразительное — счет, который он ведет прочитанным страницам. Причем обратите внимание — этот книжный “математик” явно с размахом: мыслит не сотнями, а тысячами и десятками тысяч.

План на 1951 год (без января и июля).

I. Развивать себя как актера (подчеркнуто красным карандашом).

а) чтобы новая роль — новая ступень

б) стать актером без амплуа и доказать это

в) очистить свое отношение к искусству. В самой маленькой роли научиться быть артистом.

II. Развивать себя как режиссера (красным подчеркнуто).

а) побольше прочитать по режиссуре

б) в театре добиться режиссерской работы

в) в студии добиться относительной самостоятельности

III. Развивать себя как человека

а) сдать за второй курс университет марксизма-ленинизма

б) прочитать не менее 20 000 страниц

IV. Вылечить голос, зубы.

V. Написать пьесу, т.е. попробовать себя как драматурга.

Образ неизвестного аскета Ефремова никак не вяжется с образом Ефремова, художника всем хорошо известного. Он только, как Рахметов, не спал на гвоздях. Но тоже думал о “дрессировке” собственной воли.

1) Прочитал 2680 страниц. Причем это не считая газет, журналов. Целеустремленность, мобилизация себя — вот что дает мне план.

На будущее — лучше составлять план.

Важно, чтобы план помогал развиваться силам моим, чтобы повышал производительность.

2) Этот месяц — позорный месяц. Ничего вообще не выполнено… Чем это объяснить? Во-первых, ноша не по плечу. Всяческие неприятности дома и в театре. Прочитал всего 1000 страниц. Совершенно ничего не написал.

Этот месяц заставил меня над многим задуматься. Меня сняли с “Митрофана” — за хулиганство на сцене. Со многими ссорился, много пил… много думал.

Главный недостаток — слабая воля.

Со следующего месяца вводить в привычку читать ежедневно газеты.

Чем больше знаний — тем сильнее я буду, тем буду скорей режиссером и деятелем театра.

3) Что помешало выполнить план?

1. Всякие случайные и непредвиденные дела.

2. Неумение распределить дела на месяц.

3. Утомляемость, т.к. посидишь одну ночь, другую, а потом уже и производительность не та.

4. Лень.

5. Неумение управлять своим настроением.

6. Выпивки и вообще любовь к удовольствиям.

Пройдет 10 лет. Олег Ефремов уйдет из Центрального детского театра, создаст “Современник”, наберет команду единомышленников, которая станет самой популярной в театральной Москве. Уже тогда все будут говорить: “Ну это же Ефремов, ну это же “Современник”!” Он будет хорошо зарабатывать и сможет позволить себе то, что не всякий гражданин СССР, — дорогостоящую поездку в США и на Кубу. Вот какой она была.

1959 г. декабрь — январь 1960 г.
Нью-Йорк—Куба—Вашингтон

(автограф — чернила, на листах из школьной тетради в клетку)

26 декабря.


 

Итак, 24-го мы вылетели в Брюссель. Перед этим сутки я собирался… Американцы дали визу только за сутки.

Надо было переделать накануне купленный черный костюм, купить сувениры, ботинки. Федя проделал титанический подвиг — он достал после всяких мытарств шкалики водки по 140 г. В 11 ч. вечера 23-го был готов костюм — его надо было обмыть. Елисеев, с его же сумкой, у которой отказала “молния” и к которой пришлось привязать в последний момент шнурки, я около “Метрополя”, где собрались наши туристы. Ж.Симонова провожают Федоров и Этуш. Они только что с банкета.

27 декабря.


 

Итак, летим на Кубу. Сейчас накормили нас обедом. Вообще говоря, не голодаем. Но я подчищаю всё. То ли от того, что заплатил восемь тысяч, то ли от того, что не пью, то ли просто нравится процесс стадного кормления.

 

27 декабря.


 

Не хватает умения описать то, что увидел за сутки, не хватает слов описать свои впечатления и ощущения… У трапа, при выходе из самолета, — пара кубинцев с гитарами, в национальных костюмах встречали нас. Фото- и кинорепортеры снимали нас беспрерывно…

…На скоростном лифте поднялись на 18-й этаж! Заходим в номер. Много я видел роскошных номеров. Но такого простого и абсолютно современного — никогда. Цвет приятный для глаз. Приятное освещение от трех ламп с громадными белыми абажурами. В тумбочку вмонтирован приемник. Тихая музыка. Во всю стену окно с видом на океан.

…Мы с Женькой отметили приезд у него в номере. Потом бродили по набережной. Зашли в казино. Здесь наблюдали. Потом выпили еще. Трепались до 3 ночи. В стране идет революция.

…Вообще в Кубе все очень молодые. Фиделю Кастро 33 года, и всё правительство — бородатое и очень молоденькое. …Один недостаток — меньше чем три часа он (Фидель Кастро. — М.Р.) говорить не может.

…Едем на правительственный прием по случаю Нового года. Тут, оказывается, выдают вино в маленьких бутылочках. Мы с Ж. накидываемся. И я, предполагая, что это слабое, выпиваю очень много. Потом это сказалось.

…1-го — отсыпаюсь. Опохмелился. И несколько человек — идут в кино. Смотрим картину с Мэрлин (написание авторское. – М.Р.) Монро. Картина пустая. Блестяще снята… Мэрлин уже на возрасте. Хорошо двигается, но актриса слабая.

…Язык испанский, танцы негритянские, одежда американская. (Правда, женщины обязательно подчеркивают попу, подтягивая платье или юбку снизу)… Такого количества негров сразу вместе я не видел. Мулатки очаровательные. Аникст — как наилучший ценитель — говорит, что если бы не возраст, остался бы здесь. Нина Дорошина имела бы здесь успех. Куба — ее стиль. На этом было затосковал о ней, вспомнил, как она танцует — похоже, как здесь. Короче говоря, пробудились инстинкты.

Теперь надо сказать, что раза 3—4 я был в кабаре при гостинице. Это ресторан с эстрадой. В 10 ч. 30 м. начинаются представления. Танцуют разные сюжеты. Танцовщицы полуголые. Вертят попами, танцуют, некоторые очень хорошо.

…Из всех я выделил одну. Очевидно, мулатка. Повадкой чем-то напомнила мне Р.Купр. Как плечи поднимала, как ртом хлопочет. Но фигурка божественна. Конечно, с т.зр. кубинского вкуса. Ноги прямые, таз чуть шире, спина прямая и посадка головы гордая. Носик вздернут. Глазищи. Танцует не так, как все: на, мол, гляди — и всё выдает. Знает себе цену. Короче, влюбился я в нее и ходил смотреть на нее. Волновало меня — как она ходит, как глядит, как пьет. Понял только здесь — что такое были для наших господ цыгане… Конечно, даже не познакомился. Одним словом, поставим на этом точку.

5 января.


 

Третий день в Вашингтоне. Представитель Даулинга — театрального президента пригласил нас в театр.

Смотрели пьесу “Андерствельское дело”. Играла пьесу набранная на этот спектакль бродвейская труппа…

Языка я не понимал, но следил за тем, как играют. Вначале меня обманули. Потом разобрался. Театр прошлого века. Мастерство основано на разработке штампов. Тоньше, лучше — но так. Никакой режиссуры — ни внешней, ни внутренней. Бытовой павильон неинтересно решенный, ни мизансцен — ничего… Сделали они это произведение за 10 дней… Короче говоря, все это очень рутинно. Нет никакого ощущения современности. Много я думал о современном актере — долой все внешнее! Но за что будет он тогда цепляться, бедный актер? Как покажет свой талант?! Нужна школа!

…После обеда засиделись с нашим представителем от “Америкэн Экспресс” мистером Михаилом Ивановичем Баном. Он выпил и раскрылся по всем вопросам, и по политическим, и моральным. Но об этом — в Москве.

5-го утром были в Университете. Из всего увиденного меня разозлило, и я стал завидовать, когда мы вошли в зрительный зал колледжа театра драмы и музыки. Мне бы такой в Москве! Мало того, показали большой театр — на 1800 мест. Здесь будут уже дипломные спектакли.

Он еще не знает, что через несколько лет он уйдет из “Современника” и далеко не все ученики последуют за ним и окажутся верными его идее — поднимать МХАТ. Он еще не знает, что МХАТ, в который он войдет на Тверском бульваре, расколется надвое по обе стороны Тверской. Но он по-прежнему будет жить масштабно — широко и наотмашь, ошибаться и побеждать, взлетать и падать. И все это так же честно перед самим собой, как в своих ранних дневниках, которые он писал лишь для одного человека — Олега Ефремова. Он жил, как дышал. Хотя в 60-е не знал, что в последний год жизни дышать без кислородного аппарата не сможет.

Однажды Олег Ефремов…

* Симулировал сердечный приступ прямо в зале театра. Это случалось тогда, когда приемная комиссия (в состав входили чиновники и партийцы от райкома) приходила разрешать или запрещать новый спектакль “Современника”. Если запрещала, то О.Н. хватался за сердце, бледнел, и все были уверены, что он вот-вот помрет. Приезжала “скорая”, бегали врачи… Но такой игрой в инфаркт он выбивал право на спектакль.

* Ефремов дружил с Любимовым, хотя у них были разные взгляды на театр. И тем не менее Ефремов всегда приходил на премьеры Таганки. И вот как-то О.Н. пришел на прогон спектакля “Послушайте!” по Маяковскому. В перерыве поднялся в кабинет Любимова. Любимов в гневе, рассказывает, как его мучают “приемщики” спектакля от компартии. Распаляется. В это время в кабинет заходит замначальника Комитета по культуре Шкодин. Любимов хватает мраморную пепельницу со стола и замахивается. Ефремов виснет у него на руке:
— Юра, не надо, посадят!

* Еще Таганка. Долго не разрешают спектакль “Живой”. Тогда Ефремов, который пришел на прогон, посадил по разные концы зала Табакова и Квашу. И те захлопывали выступающих начальников до тех пор, пока не дали слово Любимову.

* Марк Розовский делал во МХАТе спектакль “Кафка. Отец и сын”. Уже на выпуске ходили слухи, что его не примут, и тогда Ефремов придумал первым актом сыграть “Мать” Горького в усеченном варианте. Но, как ни странно, “Кафку” приняли. Спектакль шел с успехом, но только с названием “Мать”. В связи с этим авторы спектакля не могли получить гонорар — ведь заключали они договор на “Отца и сына”. Тогда Ефремов собрал худсовет и после многочасового заседания вынес соломоново решение — в акте о приемке постановки художественным советом было написано: “Спектакль “Мать”, в дальнейшем именуемый “Отец и сын”… Только благодаря этой уловке все получили гонорар.

* Когда началась перестройка и Горбачев объявил сухой закон, все продолжали пить, но тайно. И лишь Ефремов делал это нарочито и явно с вызовом. Так, во время театральных заседаний в свою рюмку он наливал не чай, как другие, а водку. Впоследствии он дружил с Горбачевым и выпивал с ним.

* Даже в самых страшных ситуациях Ефремов не терял присутствия духа. В последний год своей жизни О.Н. приехал в Париж на лечение в госпиталь. Привез с собой Библию и был настроен очень серьезно. Но прошло два дня, и он попросил переводчицу принести ему побольше детективов.

С сегодняшнего дня начинаются вечера памяти Олега Ефремова. Первый будет сегодня в Театральном центре на Страстном. За ним пойдут МХТ, “Современник” и другие. Выходит серия книг и исследований, одна из них — “Пространство для одинокого человека”, где собраны зафиксированные для истории уникальные репетиции этого великого человека и художника.



P.S. За помощь в подготовке материала автор благодарит музей МХАТа.

Отрывок из фильма "Три тополя на Плющихе":



Партнеры