Как нянчились с Максимом Галкиным

Елена Николаева: “За время съемок “Ванечки” я похудела на десять килограммов”

24 октября 2007 в 13:32, просмотров: 980

8 ноября на экраны выйдет мелодрама “Ванечка”. Женщины гарантированно всплакнут. Мужчины, возможно, призадумаются. Девушки решат, что поступить во ВГИК и встретить настоящую любовь не так трудно, как кажется. Подростки — не исключено — ненадолго забудут про попкорн и колу.

Беззащитная девушка с младенцем на руках в большом городе на фоне тревожного лета 1998-го… Словом, кино, нужное людям.

О том, как снимался фильм, “МК” рассказала режиссер Елена Николаева.

— Елена, фильм “Ванечка” составляет своего рода дилогию с вашей предыдущей картиной “Попса”. И там, и там юная провинциалка приезжает покорять Москву. В первом случае, чтобы стать поп-звездой, во втором — актрисой.

— Так получилось, и это не случайно. Сценарист Эдуард Тополь посмотрел “Попсу” и показал мне сценарий по своему давнему рассказу.

— Почему действие фильма вы поместили именно в 1998 год?

— Это был особенный год — беспредел, множество партий, баркашовские бойни. И даже чудовищный ураган в Москве случился именно тогда. Ходили огромные наличные деньги, а дефолт все это развалил. В фильме есть тот контраст: бурная беспредельная жизнь и осиротевший ребенок, который никому не нужен.

— Лично вам 1998-й чем запомнился? Дефолт вас коснулся?

— Да, мы с мужем резко обнищали. Тогда кино почти не было, мы работали в рекламе. И в одночасье остались без работы.

— “Ванечка” хоть и ближнее, но все-таки ретро. Были проблемы с костюмами, антуражем?

— Трудно отбиралась натура, потому что Москва с тех пор сильно изменилась, ведь как раз после того времени все стало активно строиться. Мы завешивали плакаты, заменяли таблички с курсом доллара. Консультант четко провел работу: что в это время на экранах шел “Титаник”, в театре — “Гамлет”, были молодежные Олимпийские игры. Все плакаты того времени воссоздали и развесили. С костюмами тоже пришлось повозиться. Правда, Оля Дроздова нашла в своем гардеробе вещи, оставшиеся с тех времен, — она, как актриса, хранит, вдруг пригодятся. Андрею Панину шили костюмы по позапрошлым коллекциям “Хьюго Босс”. Для массовки в секонд-хэнде тоннами скупали одежду.

— Компьютерную графику использовали?

— Совсем немножко: в сцене автомобильной аварии и на крупных планах ребенка.

— Как вы нашли малыша Максима Галкина, который сыграл Ванечку?

— Поиски были серьезные: мы оклеивали объявлениями детские поликлиники, ясли. А оказалось, что существует сайт, где мамы малышей общаются между собой, обмениваются фотографиями детей. На этом сайте ассистент по актерам и нашла Максима. Мы долго уговаривали его маму. Она, естественно, не решалась отдавать шестимесячного ребенка в кино.

— Как малыш выдержал все это?

— Он? Прекрасно! Спросите: как мы? Вообще-то все было хорошо организовано. Сначала показали мальчика врачу-невропатологу, чтобы понять, выдержит ли ребенок большое скопление народа. Максим отлично прошел все тесты. Когда снимали на натуре, у него был свой гримваген. При павильонных съемках ему с мамой предоставлялась отдельная комната. И все его развлекали. Он в результате даже избаловался. Его мама смеялась: “У Максима звездная болезнь”. Он очень переживал, если на него никто внимания не обращал.

Съемочная группа — 52 человека — вся его любила. Носились с ним, развлекали. Лена Великанова — исполнительница главной роли — месяц сидела с ним, как няня, чтобы Максим к ней привык. Довольно быстро он привык к скоплению людей: решил, что мы в игру такую играем. Ему очень понравились актеры, которые исполняли роли бандитов.

— Эпизод страшноватый: на героиню нападают, а ребенок это видит.

— “Бандиты” его между дублями на руки брали: “Максим, прости, пожалуйста!”. Он в этой сцене даже заплакать не мог. Заплакал только вслед за Леной.

— Молодая актриса Елена Великанова — ваше открытие?

— Она пришла на пробы “Попсы” за компанию с подругой. Я ее пробу принесла домой, муж посмотрел и сказал: “По-моему, у тебя есть героиня”. Сначала она внешностью меня заинтересовала, а потом показала себя как хорошая актриса.

— В фильме “Ванечка” прекрасные актеры даже во второстепенных ролях: Нина Русланова, Валерий Баринов, Армен Джигарханян, Сергей Баталов, Евдокия Германова, Сергей Юшкевич, Алиса Гребенщикова. Просто созвездие!

— Интересная штука произошла после съемок “Ванечки”, когда все собрались на прощальный банкет. Обычно такие мероприятия проходят весело. А тут многие плакали: ребенок всех сроднил. Ведь, с одной стороны, работали, как обычно, с другой — нянчились все время. Я похудела килограммов на десять, серьезно! Это же тяжело, когда ребенок в кадре плачет, а ты снимаешь. Что я, зверь, что ли? Но чаще он понимал, что все это игра. “Бандиты” пришли, все орут, а он смотрит на них веселыми глазами. Меня очень полюбил. Когда его приносили на площадку, брал меня за уши и целовал в губы. А я уворачивалась — вдруг какая-нибудь инфекция, не дай бог. Мы все в респираторах ходили. Все его берегли: тридцать четыре смены по два часа на площадке ребенок! Максимкина мама сначала волновалась, а потом очень нам помогала, видела, что мы к нему трепетно и нежно относимся.

— А из мужчин-актеров кто наибольшую нежность проявил?

— Все проявляли. И все играли на стрессе. Валера Баринов, например, прекрасный отец и дед. Он играл шофера такси. Снималась сцена, где он помогает переодеть плачущего Ванечку. Когда я произнесла “Стоп! Снято!”, то увидела, что у Валеры слезы на глазах. Я спрашиваю: “Ты хоть свои реплики произнес?” А он: “Да не знаю, все на нервах!” То же самое испытал Андрей Панин, когда снимали сцену, в которой он кричал, а ребенок заплакал. Андрей сказал: “У меня было желание все бросить и убежать. Это невозможно!” Он же тоже отец. Потом на мониторе просматривал дубли и говорил: “Не помню, играл я что-то в этот момент или нет?”.

— Вы Андрея Панина сразу выбрали на главную мужскую роль?

— Конечно. Я считаю его одним из наших лучших актеров. И образ как раз для него — такой кающийся разбойник. Причем с двумя мощными сценами: пятиминутный монолог, который он на одном дыхании сыграл, и финальный эпизод на крыше. Я даже кое-что прямо с Андрея списала. Он признался, что боится высоты. Я это в сценарий внесла: герой его тоже высоты боится. Благодаря этому получилась интересная финальная сцена.

— Добрый банкир Панина — прямо-таки герой женских грез.

— На мой взгляд, у Андрея очень правдивый образ. Когда его герой все потерял, стал практически нищим и Надя с ребенком пришла к нему, он понял, что вот оно, настоящее, ради чего стоит жить. Очень русская история.

И женщина русская всегда в беде спасет. Кроме того, если бы герой сразу, с первой же встречи помог провинциальной девушке, это была бы чистая сказка. Но он серьезно к ней отнесся, только когда до края дошел.

 Мне этим и понравился сценарий: с одной стороны, почти сказка, с другой — вполне реальный ход. Такое могло быть в жизни.

— Почему не снимать “слезовыжималки” без затей, как это делает Нора Эфрон в фильмах “Неспящие в Сиэтле” и “Вам письмо”?

— Мне интересно как раз сочетание социального кино и мелодрамы. Завлечь зрителей жанром и в то же время дать о серьезном задуматься. Я, конечно, волнуюсь, как фильм примут.

— Приз зрительских симпатий на фестивале “Окно в Европу” вас морально поддержал?

— Был полный зал, и после фильма люди хлопали стоя. Мне сразу легче жить стало.

— Вас часто путают с актрисой Еленой Николаевой.

— Я ее сейчас снимаю в своем новом фильме в главной роли. Забавно будет: режиссер и актриса — полные тезки. Мало того, Лена еще и на соседней улице живет.

— Новый фильм про наркоманку. Он будет более жестким, чем “Ванечка”?

— Это тоже социальная мелодрама. У меня иначе не получается.



    Партнеры