Нелепо, смешно, безрассудно, безумно...

40 дней со дня смерти Александра Абдулова.

11 февраля 2008 в 15:57, просмотров: 2950

Мир вертится. Город живет. Горят клубы, тратятся деньги, принимаются законы. Кино снимается, премии получаются, в "Ленкоме" играются спектакли. И все как всегда, но… На могилу, что на Ваганьковском кладбище, все прибывают и прибывают цветы. В этом безумном мире есть место памяти. Сегодня вспоминают друга, партнера, великого артиста Александра Абдулова. Этой потерей окрашен весь 2008-й: Абдулова не стало в самом начале нового года. Герой-любовник в кино, трепетный партнер в театре, щедрый, широкий человек – в обычной жизни…

Родные и близкие – об Александре Абдулове.

Инна Чурикова:

— Сердце болит, мы так не готовы были к потере товарища! Саша — это коловорот мыслей, событий, озорства, таланта, стихийности; такой неистребимый полет фантазии! Саша — это жизнь. Это светлая, радостная душа. Сколько он сделал для людей и… без очереди унесся…

Елена Шанина:

— Когда его взяли в театр, я уже проработала около года. Это были 70-е. И тут абсолютно голливудская внешность: высокий, красивый... Он всех потряс, мы думали: "Боже, какой красавец!". На первой же репетиции стало понятно, что он большой ребенок. Все побаивались Марка Захарова, а тут такой поток глупости-неглупости... Саша был просто лавиной фантазии. Постоянно что-то придумывал. Иногда часами не начинались репетиции из-за того, что шел такой поток. Создавалось такое ощущение, что он никогда не спит. Не логично, что такие энергичные, жизнелюбивые люди уходят. Он был такой победитель, выигрывал всегда. Помню, в Таллине мы шли по улице. А денег совсем не осталось. Он взял и выиграл. Странно, что он не выиграл в этот раз...

Елена Проклова:

— Самое яркое и интересное, что вспоминается – это то, как мы с супругом научили отдыхать Сашу. Все знали, что он не умеет отдыхать. И вот где-то 6-7 лет назад нам удалось вытащить его на рыбалку. Он приехал в роскошном костюме, как настоящий денди. А мы все в спортивной одежде, резиновых сапогах... Через полчаса это был уже, наверное, самый заядлый рыбак. В этом же костюме, в сапогах, по колено в воде он рыбачил. Держал вверх ногами удочку и многое делал неправильно, но... рыба ловилась! После этого он стал все свободные дни отдавать рыбалке. И тут же сам начал приучать друзей. Мы рыбачили с Сашей на Камчатке, в Якутии, на Валдае и на Мальдивах. Даже когда мы приехали в Китай на гастроли, нам устроили рыбалку. Саша часто звонил нам с мужем с рыбалки и рассказывал, какую рыбу он поймал, какого она цвета и размера, описывал все подробности. До такой степени был эмоциональный человек, ему нужно было поделиться... Все это вспоминается даже больше, чем совместные работы...

Александр Лазарев-младший:

— Первая встреча с ним у меня была действительно смешная. Я поступал в театр, читал свою программу комиссии во главе с Марком Захаровым, и Александр Гаврилович там был, он всегда интересовался поступающими в театр. Потом мы с ним встретились… в туалете. Он меня похлопал по плечу: "Не боись, тебя взяли". Когда я стал актером театра, я ввелся на его роль в "Гамлете", которого Янковский, Збруев и Абдулов передали нам, молодым актерам — Ракову, Певцову и мне. Потом был мой неслучившийся ввод в "Юнону и Авось" — он планировался, но не состоялся. Я за ним ходил по сцене, он мне все показывал, рассказывал. И вот во втором акте на балу он стоит на лестнице, на колосниках, и говорит: "А тут говоришь: Абдулов, …дак, зачем ты это придумал! — и падаешь с лестницы". Он мне всегда помогал, я плакался ему в жилетку, он веселил меня… Последний раз я говорил с ним 31 декабря. Позвонил его поздравить и еще удивился, что он так односложно отвечает: "да-да, маме-папе привет, с Новым годом, пока". Потом случайно встретил Ярмольника в магазине, спросил, что такое. Плохо себя чувствует, сказал Ярмольник. А голос у Александра Гавриловича был абсолютно нормальный, бодрый, как год тому назад.

Александр Сирин, актер "Ленком":

— Сашу первый раз увидел в спектакле "Звезда и смерть Хоакина Мурьетты". Я еще тогда только собирался стать актером. Меня настолько впечатлила игра Абдулова, что я только укрепился во мнении о выбранной профессии. А познакомились мы уже в "Ленкоме". Когда я пришел в театр, он играл Плужникова ("В списках не значился"). Это был необыкновенный спектакль. От него у меня всегда ком в горле. Меня ввели на роль, которую играл Саша. И наше общение началось с этой работы. Он показывал рисунок роли, помогал советами. "Только не вылети в зал", предупреждал он меня. В финале Плужникова требовали назвать свое имя. Абдулов отвечал: "Я — русский солдат", — и выбегал на авансцену. В этом был такой эмоциональный накал, что однажды Абдулов упал в зал!

Одно время мы занимали одну гримерную. Главное, что запомнилось от соседства с ним — рассказы о новых ролях. А сколько всего он придумал для спектаклей! Для моего героя однажды посоветовал "держать спину". Вроде спонтанная вещь, но очень точная.

Он бесконечно много работал. На отдых времени ему не хватало. Даже на последних гастролях в Израиле, когда он заболел. Ему врачи велели отдохнуть, он искренне удивился, мол, когда? А нам рассказывал о лечении в Израильской клинике, с шутками и так отстраненно, будто не о себе. Саша никогда не жаловался ни на судьбу, ни на болезни. И был жизнелюбивым человеком. Никому в голову не приходило, что он вообще мог быть болен. С болезнями не ассоциировался. Было понятно, что с ним что-то случилось, но никто не верил, что так серьезно…

Одно время жили рядом. У него была замечательная квартира. Многое он в ней делал своими руками. Обожал всякие переделки. Взахлеб рассказывал о них. Например, как перенес ванну в комнату а комнату в ванну. Очень любил заниматься домом.

Владимир Бортко, режиссер "Мастер и Маргарита":

— Экранизацию "Мастера и Маргариты" я задумывал давно. Но всегда знал точно, что Коровьева обязательно сыграет Абдулов. Не было никаких сомнений, что он — лучший Коровьев. Я никогда не препятствую, когда актеры предлагают привнести что-то к своему образу. Но Абдулов просто поражал своей креативностью. Очень люблю сцену, когда Коровьев приходит в Массолит, а у него спрашивают удостоверение. На что тот отвечает, что у Достоевского не было никакого пропуска. "Так Достоевский уже умер", объясняют ему. "Как?", — неожиданно вскричал Абдулов. Это была потрясающая импровизация. Знаете, как в джазе, когда есть музыка, к которой еще добавляется импровизация, не нарушающая ее рисунок, а только обогащая ее. Абдулов был всегда к месту, даже в дурацких фильмах.

Светлана Немоляева:

— Все его называли Гаврилыч, а Караченцова — Петрович. Для нас "Ленком" – второй дом. И очень приятно, что мы в нем желанные гости. Хочется сказать Саше, спасибо за сына Шуру. Когда наш сын только пришел в Ленком, первым, кто его поддерживал, был Абдулов. В "Затмение" сына посоветовал пригласить именно он. А мы играли в его режиссерской работе "Бременские музыканты и Со". Съемки у Саши запомнились ощущением возвращения в детство: были воздушные шары, забавные маленькие машинки… На площадке было страшно весело. Абдулов пригласил туда сниматься всех своих друзей: Олега Янковского, Александра Збруева, Сергея Степанченко... Он со всеми советовался, прислушивался к каждому мнению. Сам по площадке ходил в трогательном комбинезоне.

Ну а если говорить о кино, то "Обыкновенное чудо" — самый дорогой мне фильм. Он помог родиться в кино Саше Абдулову. А снимал картину мой брат, замечательный оператор Николай Немоляев.

Владимир Краснопольский, режиссер телесериала "Капкан", где Александр Абдулов сыглал главную роль журналиста Волобуева:

— Сама работа с Сашей – это радость, встреча с настоящим искусством. Сериалы и мелкотемье не дают почвы для создания образа. А Саша умел превращать мелкотемье в настоящее. Он привносил свой образ в каждую роль. Во время съемок "Капкана" я иногда думал, что он не Абдулов, а наш герой Волобуев.

Хорошо запомнилось, как Саша ладил с детьми. Если бы его дочка Женечка успела подрасти, то он, наверное, забросил бы все и постоянно с ней играл. Саша в зависимости от сцены или партнера вел себя по-разному. В сцене с ребенком – он один, с женой – другой, с любовницей – третий. У него глаза играли. К каждой сцене он подходил легко. Скажешь ему два-три слова, и он уже знает, как ее играть. Когда Саша приходил на съемочную площадку – это был уже праздник. Всегда в хорошем настроении. Каждый раз приносил новый анекдот. "Мне вчера позвонили из Киева и рассказали такой анекдот...", — иногда кричал он еще издалека. И сразу атмосфера становилась душевной.

Мы еще в 73 году пересеклись на съмочной площадке. Он тогда хотел сыграть роль Ивана. Но у него было совсем молодое лицо. И как ни старались гримеры, но 65-летний из него никак не получался. Так что судьба свела нас уже сейчас, на съемках "Капкана". За восемь месяцев работы с Сашей он ни разу не говорил ни о какой болезни. Я уверен, что тогда он еще ничего не знал. Мог и кофе выпить, и стаканчик пропустить. Курил, конечно, много, как говорится, от одной другую поджигал. А еще у него был интересный гримавтобус. По-моему, друзья на 40-летие подарили. На автобусе написаны названия всех фильмов, в которых сыграл Саша. 182, кажется. Но человек он был добрый, так что и других актеров пускал гримироваться и отдохнуть.

Знаете, в фильме "Гений" есть песня, которую исполняет Саша. Там такие слова: "...страна не зарыдает обо мне, но обо мне товарищи заплачут...". Так вот он оказался неправ. Страна заплакала...

 

Эпизод из "Обыкновенного чуда"



Партнеры