Как Серебренников сходил в баню

Вместе с журналистом “МК”

8 апреля 2008 в 15:31, просмотров: 470

После успеха фильма “Изображая жертву” модный столичный режиссер Кирилл Серебренников исчез из поля зрения широкой общественности. Но был обнаружен “МК” во Владимирской области. Улочки Юрьева-Польского, Суздаля и Кольчугина стали декорациями для нового фильма, который снимает Кирилл. Рабочее название проекта — “Юрьев день”. А сценарий к нему написал известный драматург, автор сценария почти всех фильмов Александра Сокурова и его друг — Юрий Арабов.

Мрачная история

Действие происходит где-то в конце XVIII века. Знаменитая оперная дива, роль которой исполняет Ксения Раппопорт, перед отъездом в Женеву решает показать сыну малую родину — провинциальный городок Юрьев. Но там сын бесследно исчезает. Собственно, на протяжении всего фильма его ищут. Сценарий фильма держится в строжайшей тайне, даже на съемочной площадке взглянуть на него практически невозможно.

Говорят, что Юрий Арабов выбрал для своего сценария именно Юрьев-Польский потому, что у него дача недалеко расположена. Правда, в городе достаточного количества мест для съемок не нашлось, поэтому роль городка также сыграли Кольчугино и Суздаль.

Первое, что я услышала на съемочной площадке в Суздале, — это разговор трех женщин пенсионного возраста из массовки и второго режиссера.

— Стойте и придумывайте себе тему разговора, — велел второй режиссер актрисам из народа. — Не смешную. Вы чем по жизни занимаетесь?

— Да всем. Лишь бы платили, — ответили женщины и закурили.

Вместе с оператором режиссер прошел по предполагаемому пути камеры, и съемочная группа стала расходиться.

Зимняя резина для монаха

Для съемок в Ризоположенском монастыре Суздаля актеров-эпизодников набирали в основном из студентов РАТИ. Но приглашали и артистов местных народных театров.

— Было нечто вроде кастинга, — рассказывает актер владимирского театра “Новая сцена” Максим Фирсов. — К нам приехали люди из съемочной группы, сфотографировали и сказали: “Ждите, ребята”. Отобрали двух человек, меня в том числе.

— Что у тебя за эпизод был?

— Да там всего секунд 10… Я был монахом. Суть такая: мы идем по монастырю и видим, что в здании посторонние. Я оборачиваюсь и смотрю, кто такие, зачем пришли. В общем, лицом засветился. А сами съемки, если честно, мне не очень понравились. Нам сказали приехать ровно к девяти, и мы там были вовремя. А остальные все подтянулись только к одиннадцати. А снимать нас начали вообще только часа в три.

— И чем вы всё это время занимались?

— Мы спали. Там была сцена, где мы должны были лежать, вроде как на койках. На самом деле на полу разложены матрасы, на них мы и дремали.

…Не всем повезло сниматься в помещении. Другой “монах” — Алексей Шариков — весь день провел на морозе, да еще несколько часов подряд таская ведра с углем. Но это было не самое страшное…

— Весь день я пробыл на улице в резиновых сапогах! — жалуется Алексей.

— А почему в резиновых? — удивляюсь я, искренне полагая, что монахи, как и все нормальные люди, зимой ходят по крайней мере в более теплой обуви, тем более в XVIII веке…

— Идея режиссера и упертость костюмеров. Ноги чуть не отвалились! Я брал с собой три пары теплых носков, но они не помогли…

В фильме одна главная роль, остальные — эпизодические. Короткий эпизод стоил 500 рублей, за более длительные работы оплату повышали в несколько раз.

“Город мы должны помыть!”

И тут грянул скандал. Режиссер намеревался закрыть баню на весь день. Не получилось. Глава городской администрации лично вмешался: мол, горожане-то при чем, где им мыться? В результате долгих переговоров Серебренникову досталась ровно половина бани.

Пока режиссер создавал образ больничной палаты, за стеной вовсю работало женское банное отделение.
— А мужчины где? — поинтересовалась я.

— Внизу, — мрачно ответили местные сотрудники.

Мужики и правда сильно возмущались. Мало того что выселили из привычного места, так еще и громко разговаривать запретили, чтобы не мешать съемкам. И люди стали клясть режиссера на чем свет стоит: мол, в законный выходной — и не помыться по-человечески…

— Ни в коем случае! — пришел на выручку Серебренникову директор фильма Илья Гаврютин. — Город мы должны помыть!

Так и работали. Тут кино снимают, там — мужики пиво пьют и парятся.

Правда, казус все равно вышел.

Один из посетителей решил домой уйти пораньше.

— Постойте пока тут, — шепотом сказала работница бани. — Вас не выпустят.

— Это как не выпустят?! — закричал мужчина. — С какой стати?!

Окружающие испуганно шипели: “Тише!” — но товарищ не унимался:

— Дайте мне выйти! Ишь придумали — кино снимать!

— Стоп… — раздался творчески-усталый голос режиссера Серебренникова. — Дубль мы уже испортили. А теперь объясните, кому там неймется?..

И мужика из бани выпустили досрочно.

…Вот так весело и снимается кино. На экраны лента выйдет в конце лета, не раньше. А еще в группе поговаривают, что “Юрьев день” уже заявлен на Каннский фестиваль. Продюсеры, правда, пока не подтверждают. Оно и ясно. До Канн времени всего-то ничего осталось. Тут и в баню толком сходить не успеешь…



Партнеры