Сергей Лазарев: “Киркоров разбудил во мне барана”

24 апреля 2008 в 15:58, просмотров: 1613

Если бы Сергей Лазарев победил в этом году на отборочном туре “Евровидения”, для него бы в жизни начался сущий кошмар. Сегодня он делится с “ЗД” невероятными откровениями.

Поп-стар считает, что все случилось, как и надо, — к лучшему. У него и так дел невпроворот. В разгаре озвучка культового киномюзикла High School (“Высшая школа”), репетиции с английскими музыкантами, которые “и музыку воспринимают, и играют по-другому”. На носу промо-тур с новым синглом “Girlfriend” в Англии, который должен закрепить предыдущий успех с “Shattered Dreams” (на 12-м месте) и “Everytime” (на 10-м) в UK-чартах журнала Music Week. В апреле прошли приятные хлопоты по случаю важного юбилея — 25 лет от роду, и он одарил друзей, коллег и поклонников премьерой новой программы TV Show. Живое звучание дало артисту ощущение “совсем другой энергетики”. Плюс цирки, коньки и прочие забавы, которыми Сергея завалили телережиссеры и продюсеры.

Однако драматическая борьба за поездку на “Евровидение-2008” в Белград до сих пор остается главной темой околомузыкальных пересудов. Мол, жаль парнишу — так старался, так рвался, и на тебе: продул не только Билану, а еще и Панайотову с Отрадной.

Спасти артиста от депрессии “ЗД” решила за чашечкой кофе в гламурной кофейне. Но Сергей почему-то не выглядел убитым горем…

* * *


— Все до сих пор гадают над интригой твоего неожиданного появления в отборочном туре “Евровидения” с песней “Flyer”. Мол, как это ты ловко пытался обойти Билана…

— В том-то и дело, что интриги не было. Все как-то за меня додумали эту историю, а я никаких интриг не плел и пиар-акций не устраивал. Будешь смеяться, но все шло от доброй души. Просто я нашел песню. Сейчас я занимаюсь третьим альбомом, который звучит немножко по-другому, чем первые два. А тут пришла эта песня “Flyer” — очень клевая, но совершенно не в контексте нового альбома. Но песня мне понравилась. Очень простая, очень, как говорят, “евроформатная”. Было бы жаль, если бы она пропала. Я и подумал: а не попробовать ли ее на “Евровидении”? Нашел, в общем, повод, где ее показать и куда заявить. Никакой это был не “продуманный расчет” в пику Билану. Чушь полная. Об этом я даже не думал.

— Но в декабре же Киркоров с Данилко тебя на коленях умоляли ехать на это “Евровидение”, а ты отбивался от них, как от маньяков... А тут вдруг созрел?

— Да, действительно, тогда не хотел. Я просто не хочу работать под чьим-то крылом, быть объектом продюсирования. А тогда именно об этом шла речь. Я должен сам захотеть, сам принять решение. Я не хочу, чтобы меня уговаривали. Я ж Овен, я баран — когда меня начинают сильно уговаривать, я упираюсь. Дружить с Филиппом — это одно, а работать с ним — совсем другое. Потом бы это могло вылиться в колоссальный конфликт. У меня ведь есть свои интересы, своя четкая позиция, у Филиппа тоже. И интересы неизбежно вошли бы в противоречие, чему, собственно, есть примеры. Нужно учиться на чужих ошибках.

— То есть Басков у тебя на юбилее был абсолютно прав, когда посоветовал держаться подальше от Киркорова, если хочешь добиться в будущем каких-то успехов на “Евровидении”?

— Для меня Филипп — не продюсер “Евровидения”, на которое если ехать, то только, дескать, с ним. Конечно, у него есть связи. Греки там разные. Кстати, песню, которую они мне через него предлагали, спел в итоге Костас Мартакис — и проиграл в национальном финале. А мне говорили, что это суперхит…

— Билан от той песенки тоже отказался.

— И я отказался. Сказал: ребята, это немножко не мой диапазон. Потом Филипп мне предлагал эту “Shady Lady”, с которой сейчас едет Ани Лорак.

— Он что, хотел сделать из тебя Винокура с женским романсом “Темно-вишневая шаль”?..

— Ха-ха-ха! Песня была тогда еще без слов. Ну, был бы какой-нибудь Shady Dandy, а не Lady. Но я ему опять сказал, что это не мое. Вот Ани Лорак ее спела очень хорошо, а я себя в этой песне совсем не представляю. Для меня поездка на “Евровидение” возможна только в том случае, если есть органичная для меня песня, чтобы она мне подходила. А просто ехать и придумывать на скаку абы что — неправильно.

— А “Flyer”, значит, не абы что?

— Когда эта песня пришла, я действительно сразу подумал о том, что она вполне органична для “Евровидения”. И, главное, она мне подходит, меня заводит, мне удобно ее петь, она мне нравится. Поэтому я ее записал и послал. Просто все это уже случилось в последний момент — и сразу пошли эти разборки, пересуды, перешептывания о какой-то невообразимой интриге.

— Многие ждали, что ты сбросишься с крыши Академии наук после оглашения результатов…

— Наоборот, я ходил и сам всех успокаивал. Мой балет вообще рыдал. Они очень хотели выиграть. А я был спокоен. Серьезно, мне просто не хотелось, чтобы пропала песня “Flyer”. И она не пропала, пошла в народ, в эфир. Вовремя. Получила хорошие отзывы. Все здорово. Назвать провалом свое выступление я не могу. А что касается собственно “Евровидения”, то я очень горел этой идеей, когда был Smash!! У нас была песня, но тогда поехали t.A.T.u. (в Ригу в 2003 г.). Потом мы хотели ехать с “Obsession”, но поехала Савичева (в Стамбул в 2004 г.). Потом у меня началась сольная карьера, и я уже охладел к этому, а вокруг, наоборот, начался какой-то бум. Как ни “Евровидение”, все только и обсуждают: то ли Билан, то ли Лазарев?.. А я ни сном ни духом.

— Но Киркоров всем на ухо просто обшептался в тот день, что о тебе, мол, “с кем надо”, он договорился.

— А я вот лично слышал, как он в тот день говорил, что болеет за Билана.

— Да уж, лапши на уши всем развесил. А ты Билана поздравил?

— Конечно. Дима действительно очень хотел в этом году поехать на “Евровидение”. Я это видел, как он рвался. Поэтому, когда он победил на отборочном туре, я подумал: слава богу! Он хотел, и он едет. А конкурс в этом году будет очень сложный, и ему там придется нелегко.

— Будешь за него болеть?

— Буду болеть за всех наших — и за Билана, и за Гурцкую, и за Лорак, и за Алехно, тем более что они все едут с достойным и сильным материалом.

— А на будущий год?

— Все будет зависеть от песни. И от результата. Если Дима победит и “Евровидение” приедет в Россию, то для нас пропадет на какое-то время прелесть борьбы за победу. И что тогда там делать? “Евровидение” для меня не идея фикс, не тот предел, к чему я так стремлюсь. Для меня важнее история с Англией, где маленькими шагами я уже стараюсь что-то делать. Премьера прошла удачно. Теперь надо закрепляться и развиваться. Месяц назад запустили “Girlfriend” в клубы, а 10 мая выйдет уже сингл и я поеду в промо-тур… Это здорово отрезвляет, когда ты приезжаешь в страну, где тебя никто не знает и все надо начинать заново и с нуля. У нас проблема многих артистов в том, что им уже некуда стремиться, они уперлись в потолок. А там есть эта радость — новых открытий и достижений. Тем более что в Англии у меня уже есть небольшая история — мы начали с “Fake”, а “Shattered Dreams” ротировался просто на всех музыкальных каналах и разошелся по Европе. Мне даже Игорь Крутой звонил как-то из Франции, говорит: вот сижу у телевизора, смотрю рекламу твоего сингла. Здорово!

— На “Евровидении” у тебя вечные догонялки с Биланом. А в Англии вот Валерия вдруг в спину задышала. Как-то тебе не везет, Серега!

— Был прикол. Прихожу в Лондоне на Би-би-си, а мне говорят после интервью: спасибо, а через полчаса к нам Валерия приедет. Это хорошая тенденция. Чем больше там будет русских, тем меньше в нас будут видеть диковинную экзотику, а станут воспринимать нормально. В шоу-бизнесе это очень важно — быть своими, а не чужаками с неизведанной и дикой планеты. Совсем другое отношение и качественно другие возможности открываются.

— Тогда, затаив дыхание, ждем результатов!





Партнеры