Первобытная революция

“10 000 лет до нашей эры”: большое путешествие

28 мая 2008 в 18:15, просмотров: 781

У режиссера Рональда Эммериха есть сложившийся почерк мастера. Если в его фильме мир не был разрушен, как в “Послезавтра”, то он обязательно будет на грани гибели, как в “Дне независимости”, и не важно — мир вообще, как в “Звездных вратах”, или частный мир одного небольшого семейства, как в “Патриоте”. Однако в своей последней работе “10 000 лет до нашей эры” Эммерих изменил сам себе. Он снял историю о первобытных людях единственно возможным способом — потратив все экранное время на нечесаных актеров в звериных шкурах и их приключениях в джунглях, горах и пустынях, оставив наконец мир в покое. Как так получилось, режиссер рассказал в своем интервью накануне выхода ленты на лицензионном DVD.

-Вы ведь неплохо попутешествовали по миру во время съемок, так?

   
— Да, мы начали в Новой Зеландии, в местечке под названием Ванака. На самом деле изначально эти сцены должны были сниматься в Африке, но потом я увидел новозеландскую природу и передумал. Но костюмы были сделаны под африканскую температуру, что для актеров стало настоящим испытанием — они здорово мерзли на съемках, мы постоянно делали перерывы, чтобы они могли погреться в трейлере. До тех пор, пока не догадались: надо бегать. На самом деле это был совет старого новозеландского охотника Слиффа Кертиса. И это работало: когда тело разогрето бегом, замерзнуть трудно.

Дальше был Кейптаун, где мы снимали джунгли. Затем переместились в Шпицкоппе, в Намибии — именно там, где Кубрик снимал начало “Космической одиссеи-2001”, эволюцию обезьяны. Я всегда мечтал поработать в этом месте, мы жили в лагере — 500 палаток! А потом был Берег Скелетов в Намибии — там самые высокие песчаные дюны в мире. Кажется, все. Нет, еще совсем маленькой группой мы снимали в Таиланде и пару дней в павильоне. Вы правы, больше путешествие.

— А почему вы выбрали актеров неизвестных?

— Я с самого начала знал, что не хочу в этом фильме работать с узнаваемыми актерами. Потому одно их появление на экране мигом вернет зрителя в кинозал, и весь эффект доверия, присутствия пропадет.

— Отчего вас вдруг заинтересовали доисторические люди?

— Идея составилась из нескольких впечатлений. Однажды я увидел фильм про охоту на мамонтов. Это было пятнадцать лет назад. И после я много раз обсуждал с моим соавтором, Гарольдом Клозером, почему нет фильмов, где диалоги были бы не главной частью действия. У меня зародилась идея — но это было только тенью того, что получилось в итоге. Мы начали писать историю, ну у нас никак не выходил приличный финал. И тут я прочел несколько научно-популярных книг. Это были исследования об истории пропавших цивилизаций. Так мы придумали две культуры, которые в итоге столкнулись в фильме.

— Эти две культуры насколько реальны?

— Наша идея была в другом — показать своеобразное путешествие во времени. Зритель вместе с героями встречает племя земледельцев, охотников и так далее. Пока не знакомится с более высокой культурой. И вот тут-то оказывается, что бог высокоразвитой цивилизации — лживый, ведь люди управляются тираном, возомнившим себя богом. Нашей идеей было показать, что высокоразвитая цивилизация не значит лучшая.

— Вы давно в кино — наверное, смена цивилизаций отразилась и на вас?

— Да, фильмы со спецэффектами — это постоянно развивающийся жанр, от фильма к фильму появляется что-то новое. Я помню, раньше пленка обрабатывалась на специальных машинах с фильтрами. А сейчас все изображение цифровое, так что снимать стало гораздо легче. Но проблема в том, что человеку всегда мало. Это немного жестоко, потому что желания подстегивают человека двигаться вперед, и мы не знаем, когда этому придет конец. В старые времена эффекты были механическими, а сегодня меня спрашивают: “Как вы хотите, чтобы этот тигр выглядел?” “Я просто хочу, чтобы он стоял в воде”, и мне это моментально делают. Все это стимулирует развитие, и по-своему это прекрасно.

О ЧЕМ ФИЛЬМ:

Обо всем том, что можно вложить в словосочетание “10 000 лет до нашей эры”. О первобытных людях, их манере одеваться и выяснять отношения.

Из племени охотников на мамонтов работорговцы похищают людей. Уцелевшие отправляются по их следам. Путешествие, пролегающее через снежные горы и влажные джунгли, кишащие страусами-людоедами, приводит их в жаркую пустыню, которой правит цивилизация, сильно смахивающая на египетскую. Во всяком случае, рабы там строят нечто очень похожее на пирамиды древнего царства. Варвары из далеких гор, в жизни не видевшие ничего больше одного мамонта в год, сравнивают и пирамиды, и гигантские корабли, и дворцы с землей.

Воплощение этой первобытной революции в жизнь Эммерих осуществил при помощи своего излюбленного приема — спецэффектов.



Партнеры