Анжелику “кинули” в России

Легенда французского кино дала эксклюзивное интервью “МК”

22 октября 2008 в 16:36, просмотров: 1376

Знаменитая французская актриса Мишель Мерсье (прекрасная Анжелика, покорившая сердца российского зрителя в 1960-х годах) прибыла в Москву, чтобы в рамках кинофестиваля “Верное сердце” представить зрителям новый фильм — “Русский след Анжелики”. В котором проведен глубокий анализ персонажей книг Анны и Сержа Голон. Накануне премьеры актриса дала эксклюзивное интервью “МК”.

— Мадам Мерсье, говорят, вы не мечтали стать актрисой, вам нравились танцы?

— Это все моя любовь к музыке! (Смеется.) Я полюбила ее с самого детства. Мне довелось танцевать в оперном театре Ниццы — для этого пришлось выйти победительницей в сложной конкурсной программе. Впервые я вышла на сцену, когда мне было 9 лет, и буквально была повенчана с балетками на протяжении 12 лет. Я перетанцевала все балеты русских композиторов. Это волшебно, чудесно просто! Каждый раз, видя выступление русского балета, я сама себе говорила: “Какое чудо”. Сергей Дягилев был моим персональным национальным героем.

— Мечтали о сцене Большого театра?

— Я сменила много подмостков. Опера Ниццы, Парижа, театр на Елисейских полях — подменяла балерин, которые по тем или иным причинам не могли выйти на сцену. Но о выходе на сцену Большого театра даже не мечтала.

— Когда вам было 15 лет, актер Морис Шевалье предсказал ваш успех и популярность. Что связывало вас с ним настолько, чтобы он мог делать такие предсказания?

— Это была удивительная встреча. Я уже танцевала в опере Ниццы, а Морис приехал в оперу, чтобы снять для нового фильма сцену с танцами. Он сам увлекался пением и регулярно пил специальный малиновый сироп для укрепления связок. А покупал этот сироп в аптеке, которая принадлежала моему деду. И когда в разговоре с аптекарем Морис выяснил, что я танцую, выказал желание со мной познакомиться. Мы пошли в ресторан неподалеку, и он мне сказал: “Девочка, ты очень талантлива. Но если хочешь сделать карьеру — учи английский”. У меня до сих пор сохранились письма Мориса деду, в которых он восторгается моими танцевальными па.

— Ваше настоящее имя — Жослин, а Мишель — вашей погибшей 5-летней сестры. В связи с чем вы взяли ее имя?

— Это было не мое решение. В тот момент у меня не было намерения сниматься в кино. Первую роль я получила, можно сказать, случайно. Мне предстояло сыграть в фильме вместе с находящейся на пике популярности актрисой Мишель Морган. И режиссер, и продюсер в один голос заявили, что имя Жослин — для актрисы не звучное. И решили назвать меня так же, как и Морган, — Мишель. Опять же, одинаковые инициалы — своеобразный рекламный ход, позволяющий лучше запоминать имя актрисы. Мишель Морган, Мишель Мерсье — М.М. Однако я была против, поскольку считала, что родители могут расценить это как глумление над смертью младшей дочери. Но папа и мама развеяли мои опасения, сказали: “Пусть так и будет”. И буквально на следующий день они начали называть меня Мишель.

— Насколько я знаю, вам очень нравится творчество режиссера Франсуа Трюффо, в частности картина “Стреляйте в пианиста”. Что особенного в этом режиссере?

— Нельзя сказать, что я восторгаюсь им как режиссером, да и в отношении человеческих качеств в нем не было ничего необычного. Просто для меня методы его работы были в новинку. Я чуть ли не впервые увидела, как оператор передвигается с переносной камерой. Тексты придумывались в последнюю минуту. Мне нравилось работать с Франсуа. Несмотря на то что фильм “Стреляйте в пианиста” снимался в кошмарных условиях (это были какие-то старые дома, едва ли не развалины, — о современных павильонах мы даже не мечтали), с Франсуа я была готова работать везде. Кстати, для фильма эти естественные декорации были очень выгодны. “Стреляйте в пианиста” был и остается единственным фильмом, в котором я согласилась играть, несмотря на чудовищные условия. Причем я игнорировала не только условия — в одном из его фильмов я играла девушку легкого поведения и снялась с обнаженной грудью. И когда меня спросили, готова ли я сняться в таком амплуа, я ответила: “Трюффо? Я согласна”.

— А как в других картинах? В откровенных сценах вы снимались лично или приглашали дублерш?

— Разумеется, сама! Я настаивала на привлечении дублеров, только снимаясь за рубежом — в Мексике, в Южной Америке, в Африке. Во Франции я всегда работала в кадре сама. В родной стране меня в кадре никто подменять не должен и не будет. Понимаете, актрисы-дублерши, которым постоянно приходится обнажаться в кадре, — это несколько иная профессия. Вообще, я считаю, что задницами светят те, кому больше засветиться нечем.

— Правда, что на роль Анжелики пробовалась и Марина Влади?

— К тому времени я, француженка, уже была звездой итальянского кино. Продюсер просто сделал вид, что этого не знал. Ему хотелось, чтобы в прессе появились заявления, что именно он открыл меня мировому кинематографу. А я уже снималась в фильмах Трюффо, Дерэ, многих других. Я была куда большей звездой, чем Марина Влади. Скажу вам больше, кроме Марины на роль Анжелики претендовали Джейн Фонда и Катрин Денев. Но Фонда говорила по-французски с американским акцентом, а Денев была слишком светлокожей.

— Как проходили пробы на роль Анжелики?

— Все девушки были крашеными блондинками (карьеру в кино в то время могла сделать только блондинка, хотя итальянцы меня любили брюнеткой). На кастинг я приехала из Италии. Мне было противно проходить те пробы, потому что на меня все смотрели высокомерно, как на куклу. Кроме того, угнетало, что пробы проводились без текста. Нас просили только демонстрировать разные эмоции, играть с мимикой. И когда меня попросили показать гнев, я взорвалась, крикнула: “Так вы хотите увидеть меня в гневе?!!” Я начала орать на режиссера, на продюсера, буквально на всех, кто находился в студии. Едва стульями не кидалась. После этой тирады я развернулась и ушла. Потом долго ругала себя, плакала — была уверена, что провалила пробы. Но на следующее утро у меня зазвонил телефон. В трубке я услышала: “Ты — чудо! Ты — самая лучшая!”

— Анжелика сделала вас популярной во всем мире. Однако одну из своих книг вы назвали “Я — не Анжелика!”.

— Я часто задавалась вопросом, почему Анжелика пользовалась таким феноменальным успехом? Она стерла все мои достижения, которые, хочу заметить, дались мне немалой кровью. Ведь до Анжелики я снялась в трех десятках фильмов. А потом… Про меня просто забыли, никаких предложений не поступало. Это очень грустно, как если бы у художника отобрали кисть. И тем не менее я, как феникс, готова возрождаться вновь и вновь.

— Стоит популярность тех страданий, которые выпали на вашу долю?

(После паузы.)

— Думаю, что всего в этой жизни должно быть поровну. Да, я много выстрадала. Но теперь жду, когда ко мне начнут поступать дивиденды радости от моих горестных вкладов.

— Что бы посоветовали тем, кто только собирается связать жизнь с кино?

— Я скажу любому, что этот шаг может себе позволить только безумец. Путь звезды тернист и труден, пусть никто ошибочно не полагает, что он радужен и легок. Профессия безжалостна, нужно быть очень сильной. Нужно располагать сильной волей, мужеством, дисциплиной и, главное, покорностью. Но если даже вы выберете этот путь и вам удастся добиться успеха, будьте благодарны публике — именно она определяет ваш успех.

P.S. Как стало известно “МК”, недавно в России большим тиражом были выпущены мемуары мадам Мерсье, посвященные ее работе в киносериале об Анжелике. Книга пользовалась спросом, тираж разошелся моментально, но сама актриса до сих пор не получила авторский гонорар. Более того, как выяснилось, актриса даже не давала согласия на публикацию своих мемуаров! Организаторы фестиваля “Верное сердце” устроили встречу актрисы с министром культуры РФ, в ходе которой мадам Мерсье затронула этот скандальный вопрос. Министр обещал разобраться.



    Партнеры