Ну эти то ребята как раз не самые худшие образцы Голливуда, вполне приличные, оба. Мне нравятся. Посмотрите All The Kings Man с Джадом, многое поймете в этой жизни, это классика. Черный тоже играл хорошо, не помню название, о подводниках.
Джуд Лоу: “Я живу на минном поле”
Московский Комсомолец № 25334 от 22 апреля 2010 г., просмотров: 2517
Голливудский актер признался “МК”, что его работа — единственное безопасное место 
— Ваши персонажи абсолютно лишены человеколюбия... Джуд Лоу: — Да, они жестокие ребята. Но, с другой стороны, они служили в армии, где учили только убивать. Посмотрите вокруг: так много парней, вернувшихся из армии, которые больше ничего не умеют делать. Да, наши герои нашли работу в Союзе, они потрошат людей, вытаскивая неоплаченные органы. Поэтому я не искал оправданий — я искал понимания, почему мой персонаж так поступает. И в итоге пришел к тому, что он решает те же проблемы, что решают многие вокруг нас. Форест Уитакер: — Я искал в себе черты, которые делают нас похожими. В конце концов, я не могу сыграть все, мне нужно найти что-то внутри себя, на что можно опереться. И этим оказалась дружба. Чувство глубокой привязанности к другу, боязнь перемен и, в конечном итоге, когда перемены уже неизбежны, стремление все вернуть назад. Даже жестоким способом. А потом искать в самом себе прощения за свой поступок. — А что вы думаете о насилии? В вашем фильме и в кино вообще? Д.Л.: — Да мы создавали настоящее произведение искусства, придумывая, как должны выглядеть эти органы, как делать надрез, как их вытаскивать. А что касается насилия, мне кажется, это дело восприятия. Вот смотрите: мы вам показали, как двое парней разрезают должников, вытаскивая органы. Для общества, которое мы создали в фильме, это естественно и не вызывает отвращения. Но ведь сцены действительно шокирующие! А теперь посмотрите вокруг: как много вокруг насилия, к которому мы привыкли! Так что, вполне вероятно, рано или поздно мы все придем к тому, что показано в фильме. Ведь раньше фотография мертвого человека вызывала шок, а теперь включите телевизор — нам показывают убийства во всех подробностях в новостях! — Вообще, история про покупку органов в кредит — это будущее системы здравоохранения? Д.Л.: — В некотором смысле — безусловно. Но она и о тщеславии, о показном блеске, которого сегодня так много вокруг. Ведь, по фильму, некоторые клиенты Союза меняли органы просто так, как сегодня делают подтяжки, колют ботокс или вставляют силикон. Это история о том, что люди готовы принимать любые правила игры, они вступают в систему, не задумываясь о последствиях. — А покинуть систему можно? Вот вы можете просто выйти из системы кинобизнеса? Ф.У.: — Дело ведь не в системе, а в тебе самом. В том, насколько ты сильно привязан к тому, что для тебя эта система олицетворяет. Можешь ли ты выйти из системы, которую мы называем семья? А как же дети, жена, ты к ним привязан? Можем ли выйти из системы дружбы? Можем ли выйти из кинобизнеса? Пока вы задаете нам вопросы, а мы отвечаем, все в порядке. А если мы задумаемся над тем, зачем мы здесь, тогда вполне вероятно, рано или поздно ее покинем. Д.Л.: — Да, да, да! И такая жизнь может продолжаться до бесконечности. Потому что просто принять решение и покинуть систему невозможно. В каждом конкретном моменте жизни встречается столько желаний, стремлений людей — режиссеров, продюсеров, актеров, зрителей, что распутать этот клубок не так просто. Но если не задавать себе вопросов, то такой порядок вещей будет вечным. — Вы можете себе позволить жить обычной, нормальной жизнью? Ф.У.: — Насколько возможно, моя жизнь совершенно обычна. Мы так же играем в футбол, делаем барбекю. Вы правы, актерам не удается жить совершенно закрытой от посторонних глаз жизнью, я играл в самых разных фильмах, и меня узнают во всем мире, куда бы я ни поехал, — и дети, и взрослые, и хиппи, и пожилые консерваторы. Д.Л.: — Это непросто. Потому что практически ежедневно о тебе пишут отвратительные вещи. И практически ежедневно о тебе пишут приятные вещи. Я предпочитаю не читать вообще ничего. Иначе придется поверить всему, что о тебе пишут. — Джуд, да за вами же папарацци по пятам ходят… Д.Л.: — К сожалению, это так. И моя работа — единственное безопасное место. Если я захочу жить абсолютно нормальной жизнью, боюсь, мне придется переехать на остров Уайт. Потому что никого не интересует, какие роли я играю, всем интересно, как я живу. Я стараюсь не интересоваться, кто сколько весит и кто что носит. Я не читаю таблоиды и считаю, что живу на минном поле, стараясь держаться подальше от всего этого. Когда у тебя есть дети, жизнь меняется, и сам ты меняешься, взрослеешь. А совсем скоро я выйду из того возраста, когда в четырех сценариях из пяти мне предлагают роли симпатичных негодяев. — А своим детям вы показали бы “Потрошителей”? Ф.У.: — Мои дети, честно говоря, не очень интересуются тем, что я делаю. Они иногда смотрят мои фильмы, да среди них и нет ничего настолько страшного, что не должны видеть 13–летние подростки. И потом, у меня много замечательных комедий, я недавно озвучил фильм Спайка Джоунзи “Там, где живут чудовища”, я буду сам снимать историю Луи Армстронга уже в апреле, что в этом жестокого? Д.Л.: — Мой старший уже в том возрасте, когда мне пора интересоваться, чем он занимается. Так я стал самым горячим поклонником его группы Minds Alike — у него талант, как мне кажется. И никакого желания прославиться. И это сегодня, когда заветная мечта каждого ребенка — стать знаменитым! материал:
Мария Давтян |
