mk.ru : Московский комсомолец

В павильоне студии Горького — полная темнота. Посередине бетонного пола стоит огромный куб, внутри которого раздаются громкий плеск и истошный крик задыхающегося человека, как будто он изо всех сил пытается наполнить легкие воздухом, одновременно колошматя руками по воде. Отсняв сцену, в павильоне включили свет. Бросается в глаза слегка прикрытый досками бассейн, наполненный мутной водой, как из канализации. В углу бассейна лицом вниз плавает труп — один из десятка манекенов, которые сыграют в картине роль утонувших пассажиров.

Огромный куб оказывается продолжением этого же бассейна, но окруженного высокими стенами. Теперь это подземный бункер, в котором пытаются спастись уцелевшие пассажиры. Внутри, несмотря на тесноту, помещается режиссер Антон Мегердичев, оператор Сергей Астахов (снявший почти все фильмы Алексея Балабанова) и актеры, среди которых и два главных героя фильма — Сергей Пускепалис (обладатель “Серебряного медведя” Берлинале за роль в “Как я провел этим летом”) и Анатолий Белый. Режиссер и оператор — в высоких резиновых сапогах, а актеры — в чем были, насквозь мокрые, да еще и с подрисованными царапинами и ссадинами.

В таком же точно тесном пространстве, только в ситуации прямой опасности для жизни, по сюжету, оказываются герои фильма — замкнутые, не знакомые друг с другом обычные пассажиры, которые вынуждены сплотиться, чтобы выжить. Как это произошло только что: девушка-астматик потеряла свой ингалятор, а парень, которого она видела первый раз в жизни, рискуя собой, сиганул в мутную воду и ингалятор достал. Начало большой и чистой любви, не иначе.

Смотритель всего этого апокалипсиса Антон Мегердичев говорит, что лично интересовался у сотрудников метрополитена, возможна ли подобная катастрофа в московском метро.

— Мне ответили: “Этого не может быть, но все-таки иногда бывает”. Хотя на самом деле нечто подобное произошло однажды в Питере. Тогда метростроевцы задели случайно рукав Невы под землей, и дикий поток воды хлынул в подземку. Чудом весь город не ушел под землю. Об этом наш оператор Сергей Астахов снял документальный фильм “Прорыв” в 1985 году.

— Вагоны рушите по-настоящему?

— У нас будут макеты масштабом один к трем, но и реальный поезд будем бить тоже.

— Я посмотрел расписание съемок: у вас там сплошные переломы рук и позвоночников, проколотая арматурой женщина…

— Есть два таких плана на всю картину. Смаковать насилие и увечья мы не будем. Постараемся достичь напряжения за счет игры актеров.

Как говорит режиссер, Пускепалис появился в фильме очень простым путем: “Я увидел фильм “Простые вещи” и улетел”. По площадке Сергей, как и остальные актеры, перемещается в гидрокостюме, поверх которого надета одежда по роли. Но вода все равно затекает за шиворот.

— Сергей, у вас в этом бункере клаустрофобия не начинается?

— Я долгое время служил в военно-морском флоте, поэтому к замкнутым пространствам отношусь нормально.

— Ваш герой, как и в прошлых фильмах, снова суровый и немногословный?

— Не то что суровый, скорее замкнутый, все держит в себе. Это и является причиной конфликта между ним и тем персонажем, которого замечательно, на мой взгляд, делает Анатолий Белый. Его герой — единственный, кого может назвать своим знакомым мой персонаж. И то это знакомство нельзя назвать приятным.

— Морду не бьете друг другу в кадре?

— Будет у нас и такой эпизод. (Улыбается. ) Под напряжением нервы, знаете ли, рано или поздно не выдерживают.