Власть игнорирует коррупцию

Обсуждать взятки пришли одни эксперты

16 апреля 2012 в 16:19, просмотров: 1335

Прошедший вчера круглый стол, который должен был стать началом публичного обсуждения инициатив Госдумы по созданию новых институтов противодействия коррупции, представители комитета, отвечающего за борьбу с нечистыми на руку чиновниками так и не явились. К диалогу присоединились только общественные деятели, прямо или косвенно борющиеся со взятками. «МК» выслушал их предложения.

Власть игнорирует коррупцию
фото: Александр Астафьев

По мнению телеведущего Максима Шевченко, чтобы побороть коррупцию, нужно полностью поменять политическую систему в России. «Сама экономика у нас коррупционна. Госслужба воспринимается как кормление», — говорит он. Шевченко называет последние 15 лет временем борьбы с парламетом. Ведущий горячо выступает за создание парламенских комиссий, которые будут следить за правительственными чиновниками и силовиками. Альтернативу комиссиям могут составить и спец прокурор или другое спецучреждение. При этом, нужно полностью поменять кадровый состав чиноничьего аппарата. «Реформы должны идти сверху», — говорит он.

Эксперт центра политической информации Алексей Мухин считает, что Росфинмониторинг должен заниматься контролем за недостоверной информацией, предоставляемой чиновниками. При этом, по его мнению «госорганы» должны следить за чиновничьими расходами, а создавать дополнительных институтов не надо. «Достаточно ограничиться инструкциями», — говорит Мухин.

Замдиректора Института политических исследований Григорий Добромелов выступает за отделение государства от бизнеса. «Сейчас самое важное, — найти слабую точку в коррупции», — настаивает эксперт на необходимости общественного контроля за Госзакупками. По его словам, сейчас все внимание должно быть направлено на разработку Федеральной контрактной системы.

Сегодня комиссии, следящие за соблюдением прав осужденных действуют в 79 регионах, рассказывает Мария Каннабих, председатель президиума общероссийской общественной организации «Совет общественных наблюдательных комиссий». По ее словам, такие важные процедуры, как условно-досрочное освобождение или даже улучшение условий содержания заключенных остаются в значительной степени коррумпированными. Общественники пытаются бороться с беспределом в кругах стражей порядка, непосредственно посещая тюрьмы и следственные изоляторы. Каннабих надеется на развитие своего института.

ЭКСПЕРТ «МК»:

Кирилл Кабанов, председатель Национального антикоррупционного комитета:

— Для того, чтобы победить коррупцию, нам нужна прежде всего нормальная конкуренция. Кроме того должен быть нарушен институт неприкасаемый — перед законом должны быть равны все. Но в России это пока, к сожалению, не выполнимо. Поэтому любой создаваемый орган, будь то специальная прокуратура или еще что-то, будет коррупционным по определению. Того же мнения, к слову, придерживается и президент Медведев. Мы, в рамках Комитета гражданских инициатив, недавно созданного Алексеем Кудриным, уже готовим несколько предложений, которые в дальнейшем планируем передать «наверх». Одним из первых шагов станет введение понятия «незаконное обогащение» в Уголовный кодекс. Пока же у нас работает только система уголовного преследования за взятки, которая не покрывает всё коррупционное поле. С принятием этой нормы у нас появятся более широкие возможности по противодействию коррупции.

Иван Ниненко, заместитель директора Transparency International:

- Понятно, что исключительно "сверху" побороть коррупцию не получится. Однако создание отдельного органа, независимого от прокуратуры и следственного комитета, на наш взгляд, все же необходимо. Он должен стать конечным в спорах о наличии конфликта интересов и ряде других вопросов, связанных с коррупционными скандалами. Такая инициатива уже была озвучена на встрече с президентом Медведевым, но он ее не поддержал, посчитав, что подобный институт должен функционировать внутри прокуратуры. Это, с нашей точки зрения, неправильно, потому что и сама прокуратура давно запятнала свою репутацию, да и начальство над этим институтом взял бы главный прокурор, что тоже было бы как минимум странно. А самое главное, что независимый орган по противодействию коррупции был бы ответственен за свою работу и с его руководителя - конкретного человека, можно было бы спрашивать за плохие результаты. Сейчас функции по борьбе со взяточничеством размазаны по многим ведомствам: то есть вроде как все при делах, но занимаются все равно другими вещами. Независимый институт можно было бы коллегиально формировать: кого-то из его членом назначал бы лично президент, кого-то - парламент, а здесь в первую очередь были бы важны кандидаты от оппозиционных партий. И конечно же в него должны входить представители общественности. У наших ближайших соседей, например в Латвии, такой институт работает уже довольно давно.



Партнеры