Высокие стандарты низких земель

Почему Нидерланды стали для многих россиян родным домом?

25.07.2013 в 18:09, просмотров: 4303

Накануне Петербургского международного экономического форума, который, кстати, посетил премьер-министр Нидерландов Марк Рютте, голландское министерство экономики пригласило группу российских журналистов в свою страну, в том числе и меня, редактора отдела экономики «МК». Цель — наглядно представить различные местные предприятия, которые, как правило, сотрудничают с Россией. Тем более что 2013-й объявлен в обеих странах годом друг друга. Я ожидал довольно скучной, слишком уж деловой поездки. Но, к счастью, прогадал. И дело не только в ярких красках этой небольшой, но очень ухоженной и уютной страны. Это все и так знают. Я на практике понял, почему Голландия — инновационная страна, где хочется жить и работать, а Россия — нет.

Высокие стандарты низких земель

«Дома поужинаем»

Любая страна в наше время открывается иностранцам не в морском порту или на сухопутной заставе, а прежде всего на взлетной полосе. Амстердамский аэропорт не представляет собой ничего особенного среди других европейских конкурентов. Есть и больше, и удобней.

Но именно в местном аэропорту я случайно подслушал заинтересовавший меня диалог. Все ждали чемоданы. Привыкшие к авиапутешествиям пассажиры не выражали никаких видимых эмоций. Но одна маленькая белокурая девочка канючила, теребя за руку довольно еще молодого мужчину: «Папа, я хочу есть! Пойдем в ресторан!» И делала она это на прекрасном московском диалекте. Я было подумал, что это смешанная семья: мама, видимо, из России. А папа — что называется, местный. Голландец.

Но не тут-то было. Он ответил девочке на том же московском диалекте (его даже питерские подделать не могут): «Подождем маму и поужинаем дома». И у нее, и у родителей, похоже, дом действительно уже давно находится не в Москве, а в Амстердаме. Почему?

Ладно, многие едут в США или Великобританию. Там есть высокооплачиваемая работа для физиков, математиков и программистов. И дело не только в деньгах, но и в возможности профессионального общения без визовых проблем.

Но, что тянет уроженцев России в маленькую Голландию (ее территория не превышает 44 тыс. кв. км — столько же земли и в Московской области)?

Я путешествовал по Нидерландам всего неделю. Но, кажется, ответ на этот вопрос нашел. Пусть он наверняка и не очень полный.

А если цунами?

Начнем, впрочем, с самого очевидного. В отличие от Москвы и области, где в пробках можно провести всю жизнь и даже больше, в Королевстве Нидерландов в любом направлении можно мчаться со скоростью в 130 км/час. Больше всего потрясает (сколько я бы не ездил по заграницам) полное отсутствие перекрестков и соответственно светофоров на загородных шоссе. Всю Голландию можно проехать вдоль и поперек и ни разу не сбросить разрешенную скорость.

Передвигаются (а часто и живут), как известно, в Голландии на многочисленных баржах, катерах и яхтах. Для этого есть Северное море с многочисленными заливами, полноводные реки и, главное, каналы. В Амстердаме их 191 — всего на четыре меньше, чем в Венеции. И их чистота вызывает уважение. В последние пять лет каналы чистят особо тщательно. Члены королевской семьи, дабы поддержать в этом нелегком деле амстердамский муниципалитет, возглавляют массовые заплывы по каналам. Конечно, не Байкал. Но от каналов пахнет живой водой, а не машинным маслом, как от Москвы-реки.

Но что совсем необычно, так это то, что сейчас каналы рыть можно далеко не везде. Как-никак почти вся Голландия лежит ниже уровня моря. Так голландцы каналы стали насыпать! И вот едешь по дороге и обгоняешь самоходную баржу, плывущую метров на пять выше тебя…

Интересно, каким образом Голландия опустилась ниже уровня Северного моря. Опять пресловутый человеческий фактор. До XVII века Нидерланды были, конечно, низменной территорией, но поросшей густыми сосновыми и лиственными лесами, которые хоть на метр-два были повыше морских вод. Однако первая в мире буржуазная революция в конце XVI века привела к бурному экономическому росту и колониальным захватам. Леса вырубили на корабли (осталось чуть-чуть во Фрисландии). А затем обратили внимание на почву. Оказалось — сплошной торф. А те века в Европе были очень холодными. Небольшие реки и каналы во Фландрии и Голландии зимой промерзали до дна. (Откуда и пошла мода на коньки.) Надо было топить, а заодно снабжать энергией быстро развивающиеся мануфактуры. Вот голландцы и срезали по всей стране торф на 5 метров в глубину. Пришлось срочно возводить многочисленные дамбы. Некоторые из них потрясают воображение. Как-то пришлось переехать 36-километровую дамбу, буквально делящую море на две части. Все чрезвычайно надежно, удобно и экологично — галдящих морских птиц просто навалом. Правда, ни один из голландских инженеров так мне и не ответил на вопрос: а если цунами?

Страна коров и верблюдов

Как мы представляем густонаселенную страну? В Голландии (как мы уже писали) на 44 тыс. квадратных километров живет более 17 млн человек. В Московской области, по официальным данным, более 7 млн. Плюс в Москве — где-то до 10 млн. Вроде бы равно. Но, конечно, на самом деле в столичном регионе обретается куда больше жителей (хотя несколько миллионов из них — явно незаконно). Но зато в Голландии тоже есть приезжие рабочие, а также в ежедневном режиме — толпы туристов и командировочных.

Так что сравнение возможно. И что же? Едешь по Подмосковью — кругом дачи, таунхаусы, свалки и совсем немного загаженной местными жителями природы.

В Голландии вокруг больших городов — Амстердама, Гааги, Роттердама и ряда других — свободной земли не так уж много. Кругом теплицы, сады, небольшие поселки. Но, что важно, везде кристально чисто.

Но когда едешь по 200-километровому шоссе от Амстердама до Гронингена, где на близлежащем шельфе добывают газ (и полностью им самообеспечиваются и даже экспортируют), то куда ни кинешь взгляд — полное безлюдье. Правда, есть по пути АЗС, а также кое-где — небольшие фермы. Но людей почти не видно. Зато на расчерченных каналами, канавками и чуть ли не среднеазиатского типа арыками изумрудных полях — мириады коров, овец, лошадей, включая пони, и даже увидел двугорбых верблюдов. И без всяких пастухов и пастушьих собак.

Сплошная благодать. Голландские коровы, можно не сомневаться, — основа местной знаменитой молочной промышленности. Непонятно только, зачем столько лошадей? На них вроде давно уже не пашут и вообще в хозяйстве не используют. Голландцы утверждают, что их используют в спортивных целях.

Кстати, полюбоваться в Голландии историческими ветряными мельницами также довольно затруднительно. По причине их редкости. Еще сто лет назад их насчитывалось более 36 тысяч. Сейчас — не более нескольких тысяч. Просто они особо не нужны. И если их сохраняют, то для истории. Зато на каждом шагу строят высоченные ветряные электровышки. Шум от них — ужасающий. Местные жители, впрочем, пока успешно отбиваются от того, чтобы их возводили рядом с жильем. В основном «пропеллеры» накручивают электричество в промзонах, вдоль шоссе и на сельхозполях. Ничего не поделаешь. Во всей Европе озабочены альтернативной «зеленой» энергией.

Дресс-код по-русски

Но все это — об отдыхе. Давайте все-таки вернемся к тому, как голландцы умеют работать. А любая служба начинается, как известно, с дресс-кода.

Мне недавно подарили приказ о внешнем виде сотрудников одной из крупнейших государственных российских нефтяных компаний.

По порядку. Для мужчин основных дресс-кодов там пять. Условно: сверхстрогий (для переговоров с особо значимыми партнерами); просто строгий (для встреч со среднезначимыми партнерами); не очень строгий (для повседневной работы); casual (как бы для повседневной работы, но лучше не надевать) и, наконец, стиль friday (для предпраздничных дней).

Теперь расшифруем все дресс-коды.

Сверхстрогий: исключительно темный костюм без всяких полосок. Лучше темно-синий или черный. Рубашка — только белая либо светло-голубая. Галстук — однотонной темной расцветки. Кожаные туфли на шнурках. Запонки. В зимнее время — пальто, никаких дубленок и курток.

Строгий. В костюмах и рубашках допускается темная малозаметная полоска, на галстуке также возможны продольные или поперечные полоски, но не яркого цвета. Туфли все те же, темные кожаные на шнурках. Запонки желательны.

Не очень строгий. Костюм может быть от темно-синего до темно-серого, но с более заметной полоской. Рубашка — тоже с заметной полоской, от белого до темно-голубого. Галстук — достаточно ярких расцветок, но только с геометрическими узорами. Запонки необязательны, но манжет рубашки должен выглядывать из-под рукава пиджака минимум на 3—4 сантиметра. Туфли уже могут быть темно-коричневыми, но по-прежнему на шнурках.

Casual. Цвет костюма — темно- и светло-синий, темно-серый, возможно, в яркую полоску. Рубашки могут быть тоже яркой расцветки, но либо в полоску или же со спокойным геометрическим рисунком. Запонки необязательны. Галстук любых расцветок, но только с геометрическими узорами.

И наконец, Friday. Но это не в пятницу, как вы можете предположить исходя из перевода, а только в предпраздничные дни. Вот здесь уже можно надеть твидовый пиджак даже в яркую клетку, вельветовые брюки и пеструю рубашку без галстука.

Но это еще не все. Очки разрешается носить только с прозрачными стеклами. Солнцезащитные очки в помещении запрещены. Так же как и двубортные пиджаки. Волосы должны быть пострижены коротко, чтобы не закрывали уши и лоб. Категорически запрещены «хвосты».

Также запрещены запахи изо рта, вызванные перегаром, нечищеными зубами и болезнями желудка. Кроме того, не рекомендуется переусердствовать с одеколоном и дезодорантом.

Рубашки предписывается менять ежедневно. Костюм — раз в два дня. Летом в жару разрешается носить более светлые аналоги всех зимних дресс-кодов.

В общем, получается, что нужно иметь не меньше десятка костюмов, столько же рубашек, галстуков и туфель, чтобы только выйти на работу. Ну а для людей с больными зубами и желудками работа в этой компании просто невозможна.

А мы потом удивляемся: откуда столько «откатов»? Чтобы просто «обмундироваться», на такой службе нужно получать в месяц не менее десяти тысяч долларов.

Ну и работник такой фирмы вряд ли способен на креативное мышление: он же «застегнут» на все пуговицы!

Дресс-код по-голландски

А теперь посмотрим даже не на рядовых сотрудников голландских газовых компаний — они одеты кто во что горазд, — а на их топ-менеджеров.

Голландия полностью обеспечивает себя газом. Более того, она его даже экспортирует. Правда, ежегодно она покупает у «Газпрома» газ в довольно незначительных размерах, чтобы улучшить качество своего экспортируемого газа, в котором изначально слишком много азота (более 10%).

Основные месторождения находятся на морском шельфе, недалеко от североголландского города Гронинген. В 2005 году вслед за Великобританией тогдашнее либеральное правительство Нидерландов разделило газовый бизнес на четыре основных части: добыча (ей в основном занимаются крупнейшие мировые нефтегазовые компании, в частности, Shell и ExxonMobil), транспортировка (государственная голландская компания Gasunie), оптовые продажи (полугосударственная Gasterra) и розничная реализация (десятки частных компаний).

Эту же операцию Еврокомиссия в рамках так называемого Третьего энергетического пакета сейчас заставляет провести и всех остальных членов Евросоюза.

Насколько либерализация газового рынка в Голландии оказалась эффективной, никто пока сказать доподлинно не может. Но ясны две вещи. Во-первых, у конечного потребителя, включая отдельные домохозяйства, появилась возможность в течение даже суток выбирать разные схемы поставок и оплаты газа. На чем многие предприимчивые голландцы изрядно экономят свой семейный бюджет. А во-вторых, Gasterra теперь настойчиво просит «Газпром» снижать цены.

Gasterra купила себе для офиса здание одного из гронингенских банков — в 6 этажей с подвалом-хранилищем. Дизайн — суперсовременный. Никаких отдельных кабинетов (даже для начальства). Кругом — бесчисленные коридоры и открытые ниши. Но зато везде, даже в самых неожиданных местах, установлены многочисленные компьютеры. Достаточно только ввести свой пароль — и работай сколько хочешь. Очередей к рабочим местам не наблюдается.

Даже святая святых — биржевой терминал, состоящий из десятков экранов, ничем не огорожен. Впрочем, особо никто никому не мешает работать, потому что половина сотрудников обретается на первом этаже, где бесплатно разливают чай, кофе и прохладительные напитки.

Так вот. Начальник этой компании вне зависимости от того, с кем он переговаривается в течение дня, никаких галстуков, запонок и туфель на шнурках не носит. Обходится лишь для особо почетных гостей модным, но скромным темным костюмом.

Еще более интересная ситуация — в государственной компании Gasunie. Штаб-квартира — не очень большая, не сравнимая с газпромовской. Выдержана не в строгом офисном стиле, а в духе какой-нибудь дубайской гостиницы. От пола до потолка — сплошная пустота, и только вдоль стен тянутся многочисленные переходы и небольшие кабинеты.

Топ-менеджеры, конечно, на этом фоне выглядят поскромнее. Один из них, например, всегда ходит в достаточно строгом костюме и строгом галстуке. Но носит на голове что-то наподобие ирокеза. А самый большой начальник, человек пожилой, строгий, коротко стрижен, ходит в очках со светлыми стеклами, но никогда не надевает галстук и брюкам предпочитает джинсы.

Казалось бы, ну и что? При чем здесь дресс-код? А при том! Молодому рядовому сотруднику с креативным мышлением проще донести инновационную идею до начальника, не застегнутого на все пуговицы, а раскованного, так же прогрессивно мыслящего.

Может быть, поэтому европейцы и опережают нас в развитии, инвестициях и инновациях. И особенно это бросается в глаза в двух странах, которые, собственно, и являются олицетворением Старого Света: Великобритании и ее бывшем историческом неприятеле — Голландии.

Амстердам—Роттердам—Гронинген—Москва.



Партнеры