Кризис можно бить кулаком
Московский Комсомолец № 25104 от 15 июля 2009 г.
Если возродить класс крестьян-единоличников, поголовно уничтоженных советской властью “Тамбовский кулак должен быть трудолюбивым, порядочным и с неподмоченной репутацией”, — так рассуждали организаторы проекта “Возрождение кулачества”. Кандидатуру для этого государственного дела подбирали долго. Претендентов было много, но один пил, другой ленился, третий языком чесал почем зря. Требования у бизнесменов, оборудовавших под ключ свиноферму для фермера, к претендентам, как у богатой невесты на выданье, оказались чересчур высоки. Из огромного числа испытуемых на роль кулака подошел … всего один. Товарищ Петров. Спецкору “МК” удалось разыскать этого самого крестьянина, которым президент мог бы по праву гордиться. По озаборенному периметру свинофермы хрюшки перемещались туда-сюда. Нюхали цветочки пятачками, копали навоз копытцами. Неподалеку располагалась огромная конструкция под брезентовой крышей, патриотично раскрашенная в цвета российского флага. Это был свиньин домик — первенец тамбовского аграрного проекта под условным названием “свинофермы под ключ”. Исключительно местное ноу-хау. Вместо батарей — отходы
Тамбовские бизнесмены-инвесторы, осознав вдруг всю важность “крестьянского вопроса” для государства, решили воспитать и в своей округе парочку кулаков, создать им идеальные условия ведения фермерского хозяйства. Их частный проект назывался “Возрождение кулачества”. Трудись, кулак, не хочу. А мы поможем материально. Поставим систему видеонаблюдения за хозяйством, дадим электронного пастуха, комбикорм и забор для ограждения территории. Но главное — это модуль для выращивания молодняка. Тот самый, накрытый брезентом-триколором. Сделан он по особой, канадской технологии и практически не требует затрат. Внутри горит лампочка в 120 ватт. Отопления даже зимой не нужно. Здесь и в лютые морозы градусов 18 выше нуля. Свиньи дышат, и свиньи, пардон, ходят в туалет — навоз дает естественное тепло, но не убирается, а преет. Каждый слой м-м-м-м… отходов жизнедеятельности через какое-то время прокладывается слоем соломы. Хрюши в него зарываются, и им хорошо. Получается экологически чистая и замкнутая система, которую весной, не видоизменяя, просто вычищают бульдозером и вывозят на поля в качестве удобрений. Но кулаку-первопроходцу уникальная свиноферма должна была достаться почти даром. Рай на земле
Кирсановский район Тамбовской области в смысле кулачества особенный. На подъезде к городку Кирсанову, на горках и пригорках бескрайних черноземных полей, билась когда-то Красная Армия с российским крестьянством под предводительством Антонова. Потом это назвали последней крестьянской войной. Как известно, Советская власть желающих честно работать на своей земле тогда победила. Те же, кто уцелел, в тридцатые годы были записаны в колхозники и трудились уже не за личную прибыль, а за палочки. — В те же тридцатые к нам нагрянули американские идеалисты, мечтающие построить рай на земле и работать фермерами в Советском Союзе, — рассказали мне местные жители. — Они приехали в нашу страну навсегда, покинули родину, чтобы основать крестьянскую коммуну. — Ну и чем дело закончилось? — интересуюсь я. — Как чем? Как врагов народа расстреляли их к ядрене матери… Да, на месте кирсановцев я бы в кулаки и сейчас не рискнула… Почем сегодня мини-пиг?
“Не хотите ли приобрести поросеночка? — спрашивает у меня хозяин первой и единственной пока, а потому образцово-показательной свинофермы товарищ Петров. — Дешево отдам. Две тысячи рублей штука. Из ближайших деревень ко мне все за поросятами ездят”. Я представляю, как умилительно буду гулять с живой хрюшей во дворе моей московской многоэтажки, объясняя соседям, что это мини-пиг. Дальше этого фантазии не идут. Убирать последствия жизнедеятельности мини-пига не очень-то охота. А использовать их как замену батареям зимой вряд ли пройдет. — Как же вы решились стать кулаком, товарищ Петров? — перевожу разговор на проблемы насущные. Товарищ Петров вытирает рукавом трудовой пот со лба. И говорит, что кандидатуру для этого государственного дела подбирали долго. Претендентов было много, но один пил, другой ленился, третий языком чесал почем зря. Требования у бизнесменов к претендентам, как у богатой невесты на выданье, оказались чересчур высоки. “Тамбовский кулак должен быть трудолюбивым, порядочным и с неподмоченной репутацией”, — рассуждает Юрий Хохлов, один из организаторов проекта “Возрождение кулачества”. А где же такого взять?
Восемь лет назад Юрий Хохлов попытался было уже создать одно фермерское хозяйство. Но из-за повального воровства и приписок проект провалился. “Сейчас мы обратились к власти региона, к губернатору, чтобы нам помогли найти людей, которые бы занялись вопросом честно. Но господдержки особенной не было. По своим каналам нам отрекомендовали товарища Петрова как наиболее достойного”. — До этого я двадцать лет был главой сельсовета. Но проиграл выборы и остался без работы, — объясняет новоявленный фермер. — На помощь со стороны, понятно, не рассчитывал. Взял кредит в банке под огромные проценты, решил восстановить порушенную во времена реформ свиноферму и закупить свиноматок для размножения. Бизнесмены-инвесторы так удивились, что человек сам барахтается, да еще и не пьет, что решили именно такому доверить свой проект. Динозавр из Тамбова
Возрожденного кулака — как вытащенного из вечной мерзлоты и отогретого динозавра — в прошлом году прокатили по всем каналам местного телевидения. Петров смущался и не знал, что говорить, даже не улыбался в камеру. Видно, думал, в чем подвох, — кредит под 10 процентов годовых и без накруток. 550 тысяч дали на постройку специального ангара. 170 тысяч положили на закупку свиноматок. Выплаты начинаются аж спустя год после начала плодотворной работы. Только этой весной Петров оттаял. Поверил, что вроде никто его обманывать не собирается. И теперь показывает всем пример. Первый приплод — 150 поросят, и фермер освоил один гектар площади под их выпас. На следующую весну — 250 голов поросят и пять гектаров площади под их прогулки. — 500 поросят — это предел, я человек маленький, и ферма у меня компактная, — машет рукой фермер. — Тут недавно в газете прочел, что “свиной грипп” оттого случился, что в Мексике построили гигантские свинофермы на несколько тысяч голов. Хрюши толкались там друг о друга и заражались вирусом. Это большая мировая проблема. Попробую у нас на Тамбовщине ее избежать. Потехе — час
Не умею я сочинять деревенские репортажи. Корову от свиньи отличу, наверное. А вот корову от быка — вряд ли. Но я хоть честно признаюсь, что ничего в этом не понимаю. А вот позиция наших высоких чиновников, советующих, как нам возродить деревню, но уже лет двадцать не ночевавших на сеновале, искренне удивляет. Мне сказали ехать в Тамбовскую область, для того чтобы положительно написать о высоком творческом потенциале сельчан. Которые прямо-таки поголовно мечтают стать фермерами. А государство им в этом позитивно помогает. Но фермер-то пока лишь один, Петров. И он на фоне глушащих самогон соотечественников скорее исключение из правил. Иначе его бы так долго не искали. И теперь им так сильно не гордились. Петров говорит, что свободного времени после работы на ферме у него полно остается. В модуле все механизировано. Максимум два работника обслуживают пятьсот голов скотины. Постоянного присутствия человека свиньи вообще не требуют. Даже кормить свиней нужно всего раз в месяц. Насыпал комбикорм в специальное приспособление, и по мере надобности тот подается сам по себе. Но когда у русского человека появляется много свободного времени, тот начинает думать — и добром этот процесс обычно не заканчивается. — Я уже в три часа дня дня все дела переделываю, — тихо вздыхает Владимир Петров. — А что потом? — Скучаю потом. * * *
У инициаторов проекта “Возрождение кулачества” новая головная боль — где же взять последователей фермера Петрова. Последователи обязательно нужны. Такие же честные, трудолюбивые, непьющие и любящие поросят. Ау! МЕЖДУ ТЕМ Вторая свиноферма по этой технологии открылась в Тамбовской области буквально на днях. Кулаком стал бывший военный. Есть четыре заявки из Воронежской области, обращаются из Подмосковья. В основном все потенциальные фермеры — именно бывшие военные, которые хотят жить хуторской жизнью. В Тамбовской области рассматривается в перспективе 4—6 свиноферм, но пока актуальна проблема кадров. Комментарий эксперта Алексей ПЛАХОТНИКОВ, депутат Государственной думы, курирующий этот проект: “Идея возродить тамбовское кулачество в лучшем смысле этого слова появилась примерно год назад. И мне невероятно радостно, что нашлись инвесторы — партнеры проекта, которые сегодня помогают подниматься нашим фермерам. Да, проект развивается через обустройство небольших животноводческих комплексов, это гарантия того, чтобы крестьянин, хозяин дела, крепко стоял на ногах. Что может быть важнее?” материал:
Екатерина Сажнева |
