mk.ru : Московский комсомолец

Мужчинам, конечно, трудновато представить, каково это – быть женщиной. Зато у них есть возможность пофантазировать об этом. О переодевании в женское платье, в котором мужчина остается мужчиной, в преддверии 8 Марта Елена ШАХНОВСКАЯ поговорила с Дмитрием ХАРАТЬЯНОМ, Михаилом ЕФРЕМОВЫМ и Юрием ЧУРСИНЫМ.

Несмотря на то что актерской традиции переодевания мужчин в женщин  уже несколько сотен лет, тема эта до сих пор вызывает вполне ощутимый ажиотаж. Слишком уж это необычно и экстравагантно.  Но если к мужчине, разгуливающему в женском платье в нерабочее время, еще могут возникать кое-какие вопросы относительно его социальной и прочей ориентации, то мужчина, примеряющий чулки и каблуки в рамках профессии, – вне подозрений. Ну в самом деле, не станете же вы предполагать, что актер, играющий в детском спектакле старого зайца, тайно склонен к зоо- или, простите, геронтофилии. О тех счастливцах, кому выпало играть на утренниках репку или, скажем, морковку, не стоит даже и говорить.

Дмитрий ХАРАТЬЯН: «Играя женщину, актеры все равно наделяют свою героиню какими-то мужскими чертами. Их персонажи угловаты и мужеподобны. С другой стороны, этим героиням свойственны кокетство и жеманство».

Именно эти черты в первую очередь характеризуют женщин в представлении мужчин?

Дмитрий: «Да. Хотя в «Гардемаринах» я как раз не ставил перед собой задачу сыграть кокетство. В начале фильма, где Алеша Корсак играет в театре, – да, он был девицей манерной. Но когда мой герой-героиня переоделся в монашку-странницу, мне хотелось наделить его самыми тонкими женскими чертами. У моей «камеристки» не было никакого жеманства, особенно тогда, когда дело касалось взаимоотношений моего героя с возлюбленной – Софьей. А в «Супертеще» у меня была гротескная роль: я играл беременную даму. И актерские задачи уже другие – этот сериал сделан в жанре комедии положений». 

Редкий режиссер ставит перед актерами-мужчинами задачу всерьез по-стигнуть глубинную женскую сущность. В российской театральной практике, пожалуй, только Роман Виктюк, прогремевший в свое время со спектаклем «Служанки», пытался уловить оттенки психологического перетекания «мужского» в «женское» (все женские роли там играют, причем виртуозно, мужчины). Но не ныряя в глубину, тоже можно обнаружить много интересного: прекрасную леди надо не столько почувствовать, сколько изобразить. 

Юрий ЧУРСИН: «Когда мужчина играет женщину, возникает комический эффект. Ведь зрители видят не женщину, они видят переодетого мужчину. Интрига в том, что он пытается быть кем-то совершенно другим. Интересно наблюдать, как он будет существовать и действовать в такой необычной ситуации».

Вы наделили свой персонаж какими-то своими чертами?

Юрий: «Моя героиня – полностью придуманный образ, в ней от меня, пожалуй, только тело».

Сложно было придумать?

Юрий: «Я делал это вместе с режиссером, с педагогом по пластике, с подругами, за которыми я наблюдал. Самое важное в женском характере выражается через взгляд. Он может быть беззащитным, наивным, циничным, каким угодно. Через то, как женщина смотрит на мир, можно поймать и правильную пластику, и правильную речь».

В случае актерского перевоплощения из мужчины в женщину расклад сил очевиден. Актерская школа переживания Станиславского уступает школе представления Вахтангова, предлагая зрителям женщину не столько по сути, сколько по форме.

Михаил ЕФРЕМОВ: «Я играл не женщину, а переодевшегося в нее мужчину. Сначала девочку – в фильме «Все наоборот», потом взрослую женщину – в картине «Супертеща для неудачника». Эти роли – фантазия на тему женщины».

Что дает актеру такой опыт?

Михаил: «В профессиональном смысле это очень интересно – сыграть такой явно комедийный персонаж. Мне нравятся парадоксальные ситуации. И потом, в этих ролях прослеживается старинная традиция капустников. Главный «капустный» номер – когда мужики в баб переодеваются. Скажем, взрослые дядьки «Лебединое озеро» танцуют…»
Кстати, облюбованный школьными капустниками «Танец маленьких лебедей» в мужском исполнении не дает покоя и профессионалам балетного дела. Швейцарский хореограф Матс Эк поставил этот танец с профессиональными танцорами.  Свое художественное решение он мотивировал тем, что в этой сказке пол лебедей никто не проверял.

Корнет, вы – женщина?

Как известно, актерство долгое время было исключительно мужским занятием. В античном театре, а позже и европейском, играли почти без исключений одни только мужчины. Хотя, казалось бы, все должно было быть строго наоборот, ведь женская психика куда более пластична и вариабельна.

Дмитрий ХАРАТЬЯН: «Мне кажется, что актерские способности больше проявляются у женщин, чем у мужчин. Занимаясь актерским мастерством, нужно уходить от внутреннего контроля, от самооценки, а это лучше удается женщинам. Они больше следят за своим внешним видом, вообще более внимательны к себе, чем мы. Хотя сейчас меняется мода, появляются новые общественные стандарты. Сегодня следить за собой не является для мужчины дурным тоном – даже наоборот».

В знаменитом шекспировском театре все роли играли мужчины. Это было социальной, а не эстетической необходимостью? 

Дмитрий: «Традиция шекспировского театра обусловлена тем, какое место занимала дома в обществе, а вовсе не ее способностями. Странно было бы думать, что она по-другому чувствует поэтическое слово или искусство вообще».

Во времена Шекспира женщина  могла реализовать свой творческий потенциал только возле домашнего очага, даже и не помышляя о публичном признании. До женской эмансипации было еще очень далеко. К тому же само актерство считалось делом легкомысленным и неблагородным. Если бы какой-нибудь особенно темпераментной англичанке пришло в голову сбежать с бродячим театром, она оказалась бы социальным изгоем аж дважды: как женщина и как актриса.

Михаил ЕФРЕМОВ: «Тогда было совершенно другое отношение к женщине. В тех исторических обстоятельствах ее воспринимали почти как животное, как кошку или собаку. Поэтому театром – таким то ли серьезным, то ли, наоборот, веселым делом – занимались только мужчины».

Юрий ЧУРСИН: «В шекспировском театре существовала совершенно другая актерская техника, в спектакле расставлялись другие акценты. Не было психологического углубления в характер, никого не интересовало, почему Офелия – именно такая».

В своей роли вы продолжаете эту традицию?

Юрий: «Сейчас мы можем только нафантазировать, как они там играли. В любом случае, возврат к мужчинам в женских ролях может быть забавным, но не более того. Ведь сегодня женщинам быть актрисами уже вполне прилично».

Другая знаменитая театральная традиция, в которой все роли исполняют строго мужчины, – японский театр кабуки.

Удивительно, но основателем этого театра была женщина, танцовщица по имени Окуни. Своими неистовыми плясками и сценками женская труппа так сильно всколыхнула общественность, что вскоре, убоявшись всеобщего падения нравов, им запретили играть на сцене. На их место пришли мальчики-подростки, но ненадолго – их популярность была еще более сомнительна. Так в кабуки появились взрослые мужчины.

В японском театре, в отличие от европейского, ценят не универсальность, а специализацию. Вероятно, поэтому в кабуки появились оннагата – актеры, играющие исключительно женские роли. Их мастерство столь велико, что сегодня к ним зачастую приходят дамы, стремящиеся постичь все тайны подлинной женственности. И это не единственный парадокс: поскольку кабуки – театр династический, умение сыграть идеальную женщину частенько передается из рук в руки, причем из мужских в мужские – от отца к сыну.    

Кружева, шпильки, помада

«Как вы ходите на каблуках?» – удивленно вскидывая брови, частенько интересуются мужчины. Персонаж Мела Гибсона в фильме «Что хочет женщина» решил проверить, каково это – быть  леди. Оказалось, не так уж легко: красота требует жертв, причем регулярных. Каблуки, колготки, юбки, эпиляция, макияж – пожалуй, самые из них безобидные. Российским актерам тоже пришлось натерпеться всякого – во имя искусства.   

Дмитрий ХАРАТЬЯН: «Как же тяжело женщинам приходится с одеждой!

Я понимаю, они с детства учатся носить платья, юбки, чулки… Но когда все это приходится надевать и как-то в этом существовать, мне ужасно неудобно. Женская одежда требует другой осанки и пластики, другого поведения.

У женщин это превращение происходит легко и элегантно. Для актера-мужчины носить такое – отдельный труд. Со стороны смотришь и думаешь: как девушкам это удается?!»

В чем, по-вашему, разгадка?

Дмитрий: «Видимо, тут действует французская пословица: «Чтобы быть красивым, нужно страдать». Женщины терпят такие неудобства, чтобы хорошо выглядеть: красят волосы, ухаживают за лицом, следят за фигурой, носят высокие каблуки и узкие юбки. И все для того, чтобы нравиться нам, мужчинам». 

Между прочим, многие женщины говорят, что стараются хорошо (в смысле – подчеркнуто женственно) выглядеть только для себя. А вовсе не для мужчин и уж тем более не для того, чтобы перещеголять потенциальных конкуренток. Вполне вероятно, в этом вопросе барышни лукавят. Но только самую чуточку: все эти штучки, баночки и каблучки действительно могут быть в удовольствие.

Юрий ЧУРСИН: «Благодаря моей роли я попробовал многие вещи, которые делают женщины. Ходил по магазинам, покупал косметику, выбирал колготки. Теперь мне известны многие женские секреты, я пережил их на собственном опыте».

Понравилось?

Юрий: «Еще как! Вряд ли мои впечатления чем-то отличаются от женского кайфа при выборе помады».

А эпиляцию, как персонаж Мела Гибсона, не пробовали?

Юрий: «Нет, в этом не было необходимости. Странно, почему-то женщины страшно гордятся тем, что делают эпиляцию. По-моему, ничего особенного. Мужчины вообще-то тоже совершают много всяких таких вещей».

Чего еще вы не делали, вживаясь в образ?

Юрий: «Не флиртовал с мужчинами. Мне кажется, для любовного флирта уже нужно быть женщиной по-настоящему».

У всех свои недостатки

Практически единственное, чего не могут мужчины, – стать женщиной по-настоящему. И, соответственно, наоборот. Хотя сегодня и это, в принципе, возможно. Но либо понарошку, либо насовсем, что, понятное дело, не совсем то.

Зигмунд Фрейд построил на этой объективной невозможности целую теорию о женской «зависти к пенису», а его психоаналитическая последовательница Карен Хорни двинула по учителю теорией о мужской «зависти к матке».
И ведь поди проверь!

Интересно, что бы произошло, если бы у людей появилась фантастическая возможность всерьез почувствовать себя человеком другого пола? Чем бы они занялись, что бы хотели испытать?

Представьте, что вам удалось на какое-то время – скажем, на день – стать женщиной по-настоящему. Что бы вы стали делать?

Михаил ЕФРЕМОВ: «Пожалуй, на день было бы неинтересно.
И даже на неделю как-то не очень. Тут нужен другой срок, чтобы выполнить женское предназначение – родить ребенка.
Я видел, как женщины меняются после этого события…»

Дмитрий ХАРАТЬЯН: «Я бы родил. Для мужчины самая большая загадка и таинство – возможность родить ребенка. В том смысле, что он не может пережить эти эмоции и чувства».

Юрий ЧУРСИН: «Если бы прямо по-настоящему стал женщиной? Хм, забеременел, скорее всего. Смотрю на беременных дам и думаю, что это тот опыт, который мужчине совершенно недоступен. Но тут дня, конечно, мало. И недели мало. Я хотел бы тогда сразу попасть в семнадцатую неделю беременности или в двадцатую, но не в самую последнюю… Хотя сам процесс родов пережить тоже было бы интересно. Но вообще-то я не хотел бы переживать то, что переживают женщины, не могу себе этого даже представить…»

Например что?

Юрий: «Ну, например, ужин с мужчиной».

Серьезно?

Юрий: «Да. Когда мужчина сидит по другую сторону стола, он часто не понимает, что женщина имеет в виду. Она играет, хочет понравиться, а мужчины – они же наивные, всему верят. Думают, если она сказала «может быть», то это уже «да». Хотя все может быть не так: женщина часто проверяет своего спутника: мужчина он или нет? А те не понимают, думают, что над ними издеваются. Мне не хотелось бы оказаться в такой ситуации. Но зато мне нравится смотреть на представительниц прекрасного пола – как у них все это органично получается».

«В джазе только девушки», 1959

Тони Кертис – Джозефина

Саксофонист Джо, прячась с приятелем от мафии, переодевается в женское платье и перевоплощается в строгую, но потрясающе смешную консерваторку Джозефину. В актерской карьере Тони Кертиса роль Джозефины стала, пожалуй, ключевой. После съемок фильма актер рассказывал, что ходить на каблуках ужасно неудобно: «Спотыкаюсь, качает, снизу поддувает!» Мэрилин Монро, сыгравшая в этом фильме певичку Душечку, говорила Кертису: «Думаешь, быть женщиной легко? Каблуки – это ерунда, попробуй каждый день брить ноги!» 

Джек Леммон – Дафна

Контрабасист Джерри переодевается в отвязную красотку Дафну, способную устроить настоящий девичник и влюбить в себя миллионера. За эту блестящую роль Джек Леммон, уже получивший «Оскара», вновь номинировался на самую престижную американскую премию. Кстати, режиссер Билли Уайлдер рассказывал, что сделал этот фильм черно-белым потому, что на фоне женских платьев лица актеров-мужчин выглядели какими-то зеленоватыми. Что ж, как говорил поклонник Дафны, узнав, что она – мужчина: «У всех свои недостатки».

Дастин Хоффман – Дороти Майклз, «Тутси», 1982 год 

Чтобы получить роль в сериале, безработный актер Майкл Дорси переодевается в женское платье – и его альтер эго по имени Дороти Майклз становится потрясающе успешной актрисой. Удивительно, но именно эту роль Дастин Хоффман считает самой автобиографичной: образ Тутси он срисовывал со своей матери. В сцене, где Майкл впервые переодевается в Дороти, на стене висит настоящий портрет мамы Хоффмана. Тутси получилась такая правдоподобная и обаятельная, что киноакадемики долго не могли решить, в какой категории номинировать Дастина Хоффмана на «Оскар» – как лучшего актера или как лучшую актрису? 

Робин Уильямс – Миссис Даутфайр, «Миссис Даутфайр», 1993 год

Чтобы видеть своих детей чаще, разведенный отец Дэниел Хиллард переодевается в добропорядочную английскую миссис Даутфайр и нанимается няней в дом к бывшей жене. Для того чтобы убедительно сыграть пожилую леди, Робину Уильямсу приходилось ежедневно проводить в гримерке более четырех часов. Труды не остались незамеченными: «Миссис Даутфайр» получил «Оскара» именно за грим. Кстати, Робин проверял реалистичность своей героини на практике: однажды в образе миссис Даутфайр он зашел в книжный магазин – и не вызвал никаких подозрений!

Александр Калягин – тетушка Чарлея, «Здравствуйте, я ваша тетя!», 1975 год

Убегая от полиции, безработный авантюрист Бабс Баберлей переодевается в женское платье и попадает в дом отставного полковника в образе донны Розы – богатой тетушки из Бразилии. Работая над ролью, Калягин вспоминал о матери и тетках, о девушках, в которых он был влюблен или которых видел мельком. «Память выдавала то позу, то жест, то манеру держать веер, стрелять глазками, кокетничать, приподнимать ножку, хлопать ресничками…» Память все верно подсказала актеру: однажды во время съемок в баре «Останкино» его приняли за настоящую женщину.

Олег Табаков – мисс Эндрю, «Мэри Поппинс, до свидания!», 1983 год

В этом фильме Олег Табаков сыграл не мужчину, переодетого в женщину, а самую настоящую (правда, зловредную) леди – домоправительницу мисс Эндрю. Сам Табаков говорил о ней, что это никакая не леди, а мужик в юбке. Согласно театральной легенде, в образе мисс Эндрю Табаков изобразил собственную тещу, после чего родственники чуть ли не объявили ему бойкот. Кстати, эта английская домомучительница была уже не первой женской ролью Табакова: до этого он сыграл колоритную буфетчицу в спектакле «Всегда в продаже».