Особенности национальной научной работы

или почему доклад Ильи Пономарева по заказу фонда «Сколково» вызывает все больше вопросов

22 апреля 2013 в 19:07, просмотров: 13131

На моем столе лежит объемная, почти 300-страничная монография «Принуждение к инновациям: стратегия для России» (под редакцией Владислава Иноземцева), написанная коллективом известных титулованных авторов из 14 человек, включая вашего покорного слугу, увидевшая свет в конце 2009 г. Гонорар, полученный от провластных заказчиков, по большому счету, лишь покрывал затраты на подготовку материала. Впрочем, деньги для нас никогда не были главенствующим стимулом — мы всегда работали прежде всего за идею.

Особенности национальной научной работы
фото: Геннадий Черкасов

Знали бы мы тогда, что практически одновременно с нами схожий труд об инновационной деятельности по заказу фонда «Сколково» готовит малоизвестный в экспертном сообществе, но зато один из наиболее популярных оппозиционных депутатов Госдумы Илья Пономарев, а цена доклада «Ярославский план 10-15-20: 10 лет пути, 15 шагов и 20 предостережений. Дорожная карта строительства инновационной экономики» составит, по данным СМИ, 450 тыс. долл.!

Оказалось, что «Сколково» еще легко отделалось. Как заявил г-н Пономарев в интервью «МК» 20 апреля 2013 г., «если сравнить деньги, которые заплачены по этому контракту, с суммой, которую взяли бы в McKinsey&Company на разработку аналогичных бумаг.., то я думаю, что сделал эту работу раз в 10 ниже рыночной цены». Для сравнения: в начале этого года стало известно, что один из крупнейших инвестиционных банков мира Goldman Sachs взялся в течение трех лет и всего за 500 тыс. долл. «подтянуть» инвестиционный имидж всей России. И еще, для сведения депутата: во-первых, рыночных цен на научно-исследовательские работы ввиду уникальности не существует, а во-вторых, сравнивать себя с McKinsey, мягко скажем, некорректно.

Поговорим о нетленке. Вообще-то, насколько мне известно, «Ярославский план 10-15-20» был подготовлен не столько г-ном Пономаревым, а Нью-Йоркской академией наук к 20 августа 2010 г. и представлен на Мировом политическом форуме в Ярославле 8—9 сентября того же года. Ознакомиться с докладом можно на сайте МГИМО. Полагаю, что негоже присваивать себе авторство чужого труда, к тому же уже, вероятно, кем-то оплаченного. Видимо, по чьей-то недоработке, а может, по оговорке самого г-на Пономарева в интервью контракт на выполнение опубликованной работы был заключен... в сентябре 2010 г., а общая сумма, опять же согласно данным СМИ, составила 750 тысяч долл. У доклада объемом 127 стр. 3 автора, столько же соавторов и 36 участвовавших в опросах экспертов (в их числе и сам г-н Пономарев). Кстати, экспертам вознаграждение обычно не выплачивается, но здесь, похоже, особый случай.

Почему всю дорогу речь идет именно о «Ярославском плане 10-15-20»? Потому что о нем говорит сам г-н Пономарев в упомянутом выше интервью. В нем депутат также подтверждает, что получил все 750 тыс. долл. «за вычетом налогов, а потом тратил на переезды, проживание и оплату экспертов, когда это требовалось». Непонятно только, какое отношение имеет «Сколково», у которого вообще-то несколько иные задачи к научной работе (о подлинном авторстве нью-йоркских академиков здесь умолчим), приуроченной к Ярославскому политическому форуму, организованному в соответствии с Распоряжением Президента РФ Дмитрия Медведева №86-рп от 14 февраля 2010 г.?

Немаловажная деталь: инновационный центр в пресс-релизе сообщает, что представленные г-ном Пономаревым материалы «удовлетворили Фонд, как заказчика, и не только используются в организации его текущей деятельности, но и оказались востребованы на рынке». Что же получается: депутат Госдумы запутал «Сколково», представив чужое и широко известное к тому времени исследование, а инноваторы по непонятным причинам не удосужились проверить?, либо это сговор?

Это еще что. Как следует из информационных сообщений, в рамках договора со «Сколково» г-н Пономарев, закончивший физфак МГУ, прочел 10 лекций с оплатой по 30 тыс. долл. за каждую. Здесь «вскипает ярость благородная» не только у интеллектуальной элиты Гарварда или Кембриджа, но и у российских профессоров, получающих за один мастер-класс также до 30 тысяч. Но рублей. (Кстати, оклад автора этих строк, в бытность завкафедрой солидного российского госуниверситета, тоже составлял около 30 тысяч. Рублей, 
естественно).

Все бы ничего, если бы депутат Пономарев не приписал себе авторство доклада, в котором по сути он упомянут как эксперт. Интересно, а указал ли он в декларациях позднее подтвержденные «сколковские» доходы и не подвел ли фонд? Чем? Да хотя бы тем, что являлся советником Президента Фонда «Сколково» Виктора Вексельберга по международному развитию и коммерциализации технологий. А что если г-н Пономарев был «завербован» сколковским олигархом в качестве агента влияния в российской оппозиции? Но довольно внимания к г-ну Пономареву, которому, как думается, вскоре предстоит объясняться с самыми разными государственными организациями. Зададимся несложными вопросами о работе самого «Сколково».

Господа инноваторы, не кажется ли вам, что оплата бюджетными деньгами, да к тому же прежде опубликованного научного доклада, а также десятка лекций не самого известного эксперта в сфере инноваций — это как минимум расточительство? И кстати, выбирался ли исполнитель по конкурсу или без оного ?

Хорошо, предположим, что г-н Пономарев — ценный и опытный специалист, к тому же депутат, оплата услуг которого действительно оценивается в 750 тыс. долл. Однако это уже не первый скандал вокруг «Сколково».

В частности, следствие проверяет полученную из ФСБ России оперативную информацию о допущенных фондом «Сколково» фактах нецелевого расходования 3 миллиардов 500 миллионов рублей, выделенных на развитие наукограда, которые были размещены на депозитах «Меткомбанка», аффилированного президенту фонда «Сколково» Виктору Вексельбергу. То есть субсидии, выделенные фонду из федерального бюджета на создание центра «Сколково», на длительное время оседали на депозитах в кредитной организации», сообщало РИА «Новости».

Тогда же достоянием общественности стал факт перечисления фондом в 2010-2011 гг. 401 млн рублей в виде гранта Сколковскому институту науки и технологий (Сколтех). По версии проверяющих, Сколтех вообще не должен был получать бюджетные средства из фонда, так как в реестре участников инновационного проекта не значился.

Еще одним объектом проверки стала оплата дочерней структурой фонда в июне-августе 2011 г. работ на 37 млн рублей, не предусмотренных договорами с подрядными организациями, строившими в «Сколково» электроподстанцию подземного типа.

Наконец, все большее беспокойство вызывает судьба самого проекта «Сколково», в теории преподнесенного как базис национальной инновационной системы, а пока на практике оказавшегося не достаточно просчитанным, не очень подготовленным, да что там — калькой с устаревших западных образцов. Через четыре года после начала реализации проекта почти никаких инновационных результатов не видно, зато деньги «успешно» осваиваются, а скандалы день ото дня множатся.

Удручающая, безвыходная картина. Не оставляющая власти иного выбора, кроме как скорейшего выявления и публичного наказания виновных.



Партнеры