ОБВИНЕННЫЕ В ПОДВИГЕ

10 октября 1998 в 00:00, просмотров: 442

Вообще-то их было 29. Но 29-й оказался трусом. Когда немцы наступали, он поднял руки и хотел сдаться. Тут же раздался выстрел. Его убили сами гвардейцы. Его фамилия неизвестна, возможно, она в числе других написана на мемориальной плите героям-панфиловцам. С этого сенсационного заявления и начался наш разговор с кандидатом исторических наук, ведущим научным сотрудником 3-го отдела Института военной истории Борисом Невзоровым, изучившим все материалы о героическом взводе. А вспомнили мы о панфиловцах в годовщину боев за Москву. В последнее время все чаще начали поговаривать о том, что никакого подвига 28 героев и не было. Вроде бы вся 316-я стрелковая дивизия Панфилова проявила массовый героизм, а не отдельный взвод, входивший в нее. Но подвиг двадцати восьми был. Правда же состоит в том, что не все герои пали в этом бою смертью храбрых. Те же, кто выжил, оказались... лишними. Их заставили отречься от участия в знаменитом бою за Москву. Один из бойцов оказался в советском концлагере, его лишили всех наград. Легендарный взвод был просто разрозненной группой солдат Осенью 41-го наши войска терпели огромные поражения. Общие потери защитников столицы составили около миллиона человек. Полки 316-й дивизии растянулись на 14 км. Разведка донесла, что немцы готовятся к нападению. Жукову был дан приказ сорвать план противника. — 16 ноября после наступления немцев армия готовилась к контратаке, — объяснял нам расстановку сил Борис Невзоров. — План заключался в том, чтобы обойти Волоколамск и отрезать наступление на Москву. Панфиловская дивизия должна была нанести контрудар с юга. Однако план провалился. Ровно в 8 утра немцы начали наступление. Вместо нападения дивизиям пришлось обороняться. Немцы прорвали оборону и двинулись к Москве. — Почему взвод панфиловцев не имел номера? — Он был собран из остатков различных полков. По существу это была просто разрозненная группа бойцов. Командир взвода был ранен и находился в госпитале. По военным законам заместить его может любой, имеющий самое высокое звание во взводе. Им оказался сержант Добробабин. Взвод располагался в районе разъезда Дубосеково, на стыке двух дивизий — Панфиловской и группы Доватора. Именно эту точку выбрали немцы для следующей атаки. Они все просчитали. Стык двух соединений — всегда самое слабое место в обороне. Ровная местность позволяла легко пройти танкам. Направление — как раз в тыл 316-й дивизии, на Москву. В этом районе обрывистый берег реки Ламы и густые леса, поэтому помешать наступлению с фланга оказалось невозможно. — Насколько хорошо были вооружены бойцы взвода? — Из вооружения у взвода было 2 пулемета, 2 противотанковых ружья, гранаты, бутылки с зажигательной смесью и винтовки. Силы явно перевешивали в пользу "фрицев". Решено было подпустить противника поближе и открыть огонь. Ошарашенные немцы не ожидали такого отпора. Они считали, что все погибли после авиационного обстрела. Атаку успешно отразили. Но за пехотой двинулись танки. Их было 20. Бойцов — 28. За полтора часа 14 танков осталось на поле. 15 человек остались в живых. Во взвод для руководства боем прибывает младший политрук Клочков. Снова танки. Еще четыре подбито. За 4 часа боя 18 танков. На поле — кровавое месиво. 3 дня дивизия Панфилова сдерживала танки, и этим дала возможность другим нашим частям лучше подготовиться к обороне. В штабе решили, что все участники сражения погибли. После боев за Москву нашли тела, которые похоронили в братской могиле. Всем 28 было присвоено звание Героев Советского Союза. Стрелковой дивизии — звание 8-й гвардейской. Героев прославляли. Им подражали солдаты. Перед их именами преклонялись. Героев заставляли отказываться от подвига под угрозой расстрела — Прошло несколько лет. И вдруг выясняется, что из 28 погибших героев 6 оказались живы. Четверо из них были ранены во время боя и попали в плен. Двоим удалось выйти из окружения. Естественно, этот факт не мог быть проигнорирован властями. Образ героев, отдавших жизнь за Родину, совсем не сочетался с "ожившими" бойцами, да еще побывавшими в плену. Приказы Ставки (№270 от 16.08.41 г.) и Сталина (№0321 от 26.08.41 г.), гласившие: "сдавшихся в плен — уничтожать всеми средствами...", "семьи сдавшихся в плен красноармейцев лишать государственного пособия и помощи", "семьи командиров и политработников арестовывать как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину дезертиров" — были известны слишком хорошо. Идеология того времени требовала — настоящий боец должен победить или умереть. Сотрудники СМЕРШа тут же кинулись "разоблачать" героев. От двоих потребовали отказаться от участия в бою под Дубосеково, а сержанта Добробабина обвинили в пособничестве врагу. Под угрозой ссылки или расстрела панфиловцы "признавались" в содеянном или отказывались от своего героического подвига. В результате этого "следствия" на свет появилась такая бумага: "В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона дралась 4-я рота и действительно дралась героически, причем из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как впоследствии писали в газетах"... Что же случилось с героями? Один из выживших — Даниил Алексеевич Кожубергенов первым вышел из окружения. Произошло это в мае. Узнал о том, что представлен к присвоению звания Героя. Правда, радоваться бойцу пришлось недолго. Под угрозой расстрела Кожубергенов подписал отказ от участия в бое. Вместо него в список 28 был внесен Алиаскер Кожебергенов, который прибыл в дивизию гораздо позднее этого боя — через 1,5—2 месяца. Ему присвоили звание Героя за бой, в котором он не участвовал. Живому Кожубергенову было строго запрещено говорить о тех боях даже четверть века спустя. Как-то его решили вызвать в Москву и все-таки наградить, но потом передумали. Он прошел всю войну. И умер, так и не дождавшись хотя бы извинений. Выжил и сержант Добробабин. Трое суток он, контуженный, пролежал в лесу. Когда пришел в себя, попал в плен к немцам, пытался бежать. По пути в Германию все-таки выпрыгнул из вагона и оказался на территории Смоленской области. Там ему посоветовали перебраться на родину, в Харьковскую область. Прибыв туда, Добробабин поступил на службу помощником старосты в поселке Перекоп. В 1944 году Добробабин опять вернулся на фронт. Прошел Румынию, Венгрию. Получил много наград, медаль за взятие Будапешта. После войны приехал в Киргизию. Тут его ждал приятный сюрприз — памятник ему, улица, названная в честь него. А через 4 дня он уже сидел как пособник врага и предатель. Его лишили всех наград и посадили на 15 лет, заставив признать, что он не участвовал в бою. Через 7 лет его освободили по его же жалобе, но обвинения не сняли. Правда, признали приговор "очень суровым". Только в 1993 году Верховный Суд Украины снял с Добробабина все обвинения. В России этого не сделали и по сей день. Два года назад он умер. — О том, кто захоронен в братской могиле, до сих пор ведутся споры, — рассказывает Невзоров. — Одни говорят, что из 120—140 человек 4-й роты "уцелело 20—25, остальные погибли". Но никаких сведений о раненых, убитых и пропавших без вести не было. И гарантий, что выжило именно столько человек, нет. Недавно к нам в институт пришла просьба от местного Комитета по культуре и туризму. Они хотят внести изменения в паспорт братской могилы героев-панфиловцев в деревне Нелидово. Поправка звучит так: "Здесь захоронено до 100 воинов 4-й стрелковой роты 1075-го стрелкового полка 316-й стрелковой дивизии... 78 красноармейцев и младших командиров, имена которых не установлены". Но сделать это без специальных экспертиз, эксгумации останков, без документальных подтверждений захоронения мы не имеем права. Институт военной истории Минобороны РФ считает, что необходимо внести изменения в список погибших в том бою. В списке должны быть имена всех реально сражавшихся там гвардейцев. Необходимо внести поправки по сержанту И.Е.Добробабину и рядовому Д.А.Кожубергенову, а фамилию Алиаскера Кожебергенова исключить. Великая Отечественная война с каждым годом все глубже уходит в историю. Если сегодня не добиться справедливости в отношении ее героев, правда так и окажется похороненной навсегда.



Партнеры