ДЖАНЕТТА — ЖЕНЩИНА-ГРАЧ

10 декабря 1998 в 00:00, просмотров: 854

Если все мусорные свалки одинаковы, то каждый обитающий на них бомж одинаков по-своему. Для 40-летнего Подопригоры предел мечтаний — большой лист меди. Любого другого подобная находка повергла бы в ужас. Ну куда с ней сунешься? Любого. Только не 40-летнего бомжа с истринской свалки. За килограмм меди (в местах, которые еще нужно знать) отстегивают 12 баксов. За кило алюминия — четыре. Для Подопригоры вопрос в том, чтобы знать нужное время и нужное место, когда "кто-то" такой медный кусок возьмет — да и выбросит. А он, Подопригора, будет тут как тут. У Подопригоры, как и у каждого "санитара" свалки, есть магнит. Если железка липнет к магниту — она никому не нужна даже на свалке. А вот если магнит не тянется к находкеѕ Каждый божий день Подопригора ходит на свалку, но, кроме медных пуговиц или дверных ручек, ничего не попадается. Девушкой по прозвищу Джанетта двигает другая хрустальная мечта. Она уверена, что в один прекрасный день в горах мусора найдет чемоданчик с долларами. Ни из какой психбольницы она не сбежала, и обыкновенный чемоданишко — не плод ее воспаленной фантазии. Пару месяцев назад новый русский муж поругался со своей новой русской женой. И, чтобы покрепче ей насолить, выбросил в мусорный контейнер "дипломат" со 100-долларовыми банкнотами. Когда жена узнала об этом, было уже поздно. Содержимое контейнера высыпали в мусоровоз, и он умчался на истринский полигон твердо-бытовых отходов: так по-современному именуется свалка. Новая русская жена прибыла сюда с охраной на трех иномарках. И честно рассказала про свою беду. Отыскавшему кейс обещала тут же, не отходя от чемодана, отвалить половину денег — 500 тыс. $! Свалка напомнила фильм "Этот безумный, безумный, безумный мир", каждый хотел из грязи попасть в новые русские. "Дипломат" так и не нашли. Эту неудачу Джанетта переживает острее безутешной жены нового русского. В тот день она, дура, не приехала из своего Волоколамска на свалку. Иначе бы его точно нашла! Любая собака на полигоне знает, какая у нее "легкая" рука. За три года Джанетта отыскала тут немало интересного. Например, мужа. В паре с ним она способна иголку в стоге сена найти. "Муж и жена, — с доброй завистью вздыхают "санитары", — одна сатана". Поскольку ее верная "половина" под постоянным контролем, то он (половина) не пьет и не курит, как другие мужики. А все свое рабочее время посвящает, разумеется, работе. — Они, — говорят про супругов друзья по несчастью, — обставили квартиру самой современной электроникой, обулись и оделись. И все — со свалки. Особенно им почему-то везет на музыкальные центры. Два дня назад Джанетта опять нашла музыкальный центр "Шарп" — в прекрасном рабочем состоянии. И "толкнула" его всего-то за тысячу рублей. Конечно, продешевила. Но не унывает, говорит, что еще найдет — может, даже сегодня. С приездом каждого нового мусоровоза Джанетта убеждена, что именно в этой машине и таится ее "Эльдорадо". Она первой кидается к куче мусора и втыкает в нее длинную кочергу. Нет. Пусто. Сегодня — не ее день. Доверяй, но проверяй! И Подопригору, и Джанетту бомжами назвать нельзя. У них как раз все определенно: и место, и жительство. А бомжи — это там, в глубоких снегах. Их час — ночь, когда "нормальные" разъезжаются по своим домам в Истру, Красногорск, Волоколамск и даже в Москву. На истринской свалке, как когда-то на колхозных полях шефы, ковыряются в мусоре по 100—150 человек ежедневно. Раньше свалку оккупировали грачи да вороны, сейчас — люди. До августовского кризиса полигоном заправляли два десятка бомжей. "Средний класс" потеснил отсюда самое дно общества, ведь выживает сильнейший. Ремесло старьевщика пополнение осваивало с трудом. Такая у нас година испытаний: на свалке найти можно все. И трупики новорожденных младенцев. И комплекты золотых украшений из кулонов, колец и сережек. Бригадира тут нет, каждый сам себе генерал. Чтоб придать копошению хоть какую-то видимость предприятия, вчерашний "средний класс" сам для себя создал неписаные правила. Заповедь первая: интересная, многообещающая находка должна быть вскрыта прилюдно. Трудно предположить, что произошло бы на полигоне, если б Джанетта вдруг нашла и открыла кейс с миллионом долларов. Но суровое второе правило гласит: находка однозначно принадлежит тому, кому она первому попала в руки. — То есть, — спрашиваю собеседников, — если самый последний бомж найдет мешок с миллионом баксов, все до последнего цента отойдет ему? Без дураков? Их глаза алчно вспыхивают. Внутренне "санитары" восстают против такого счастья в одни руки. Справедливее всего рассовать пачки денег по карманам, кому сколько достанется, и — в пивную! Но, поняв, что "лимон" им, да и никому другому, все равно не найти, успокаиваются: если он не дурак, то никто его собственность не тронет. Третья заповедь свалки: дружный коллектив "санитаров" ответственность за чужое добро не несет. Ценные и громоздкие находки, которые не спрячешь в карман, прячутся по сусекам в близлежащем лесу. У каждого есть свое потайное место, настолько секретное, что иной раз сам хозяин не может его найти. К сожалению, все тайное рано или поздно становится явным. Не так давно одна дама нашла здесь прекрасную котиковую шубу, еще с этикетками. Спрятала ее в своем сусеке, а, когда в конце рабочего дня пошла за находкой, шубы и след простыл. Доверяй — но проверяй! Это четвертое и последнее золотое правило истринской свалки. Большая халява Так это полигон или магазин "Снежная королева"? Все эти шубки, норкиѕ Три недели назад в Россию поступила гуманитарная помощь из США. Дубленки, распашонки, женские сапоги, кожаные куртки. Все новяк, с лейблами и этикетками. Кто-то решил, что такие заокеанские подачки оскорбляют патриотические чувства россиян, и два трейлера "помощи" прямой наводкой оказались на истринской свалке. Однако в загребущие руки бомжей и их "младших братьев" "санитаров" предметы роскоши не попали. Площадку заокеанского скарба окружили молодчики в камуфляже. Потом шубы и польта долго трамбовали бульдозеры. После чего одна дамочка чудом отыскала неповрежденную шубку. После чего уже ее сперлиѕ Завсегдатаи свалки убеждены, что если привыкнуть к специфическому запаху (а к нему привыкаешь быстро, к концу беседы я и сам ничего "такого" не чувствовал), то на полигоне вообще можно жить-поживать да добра наживать. Бутылка водки тут стоит 15 рублей, дешевле нигде не найдешь. Закуска тоже перепадает, да еще какая! В ноябре из Истры три раза привозилиѕ парное мясо! Оно было даже чуть тепленьким. "Добро" на употребление дал настоящий врач, даже более того — подполковник медицинской службы, участница боев в Афганистане. Пути Господни неисповедимы. Костлявая рука безработицы добралась и до нее, почти два года она обитает на свалке. Но по большому счету не жалеет, не зовет и не плачет. Если медь, алюминий "конвертировать" в деньги, то среднестатистический "санитар" зашибает в месяц три тысячи рублей. Где такую зарплату сегодня получишь? Но сюда нужно добавить и пропитание, хлеб наш насущный. "Окорочка Буша" (настоящие, замороженные, в упаковках) раз в месяц здесь точно бывают. Никто не знает, откуда и почему эти деликатесы оказываются на свалке. Но в обиходе окорочка называют продовольственными заказами. Их набирают в мешки столько, сколько способен унести. В нашем обществе заурядная свалка превращается в жизнь. А то, что мы считаем жизнью, — в безысходную свалку. Например, простые смертные с ужасом ждут нового, 1999 г. Ясно, что нового счастья он не принесет. А истринская свалка — в предвкушении большого халявного куша. От бомжей-старожилов знают, что у нас традиция такая: в последних числах декабря не только взвинчивать цены, но и списывать в магазинах огромные партии товара. И предавать их не символическому сожжению, а настоящему захоронению на полигоне. Новый год тут справят с шампанском. С наступающим!





Партнеры