УМИЩЕ ЗА ТЫЩУ

22 января 1999 в 00:00, просмотров: 203

Финансовый кризис вынес едва успевшим встать на ноги частным вузам смертный приговор. Кто в условиях повального обнищания станет платить за высшее образование, которое при желании можно получить бесплатно? Казалось, негосударственная высшая школа доживает последние дни... Однако в итоге вышло наоборот. Экономический коллапс больнее всего ударил по вузам государственным, превратив и без того скудные финансовые подачки из госбюджета практически в ничто. Халява кончилась? Хорошее образование стоит дорого. Это давно поняли во всем мире: правительства развитых стран инвестируют миллионы в поддержку университетов, студенты вкалывают по вечерам, чтобы заработать деньги на обучение в Принстоне или Итоне. Наше образование до недавних пор тоже стоило дорого. Правда, мы этого не замечали, так как все оплачивало государство, а студентам оставалось лишь в меру своих сил прогуливать лекции и сочинять многокилометровые "шпоры" в ночь перед экзаменом. Халява кончилась в одночасье: государственный карман опустел, вузы сели на голодный паек, лаборатории и залы отдают в аренду коммерческим фирмам, а профессора вместо сочинения новых учебных программ стали сочинять тысячу и один способ дожить до зарплаты. Результаты не замедлили сказаться: лишь считанное число вузов сумели с грехом пополам сохранить за собой звание храмов науки и достойный уровень обучения. Остальные сегодня могут предложить студентам разве что "корочки" с гербовой печатью, отсрочку от армии да не самый худший способ весело прожить текущую пятилетку. Именно в этот момент у негосударственных вузов появился шанс, которым они не замедлили воспользоваться. Они начали завоевывать абитуриентов тем, чего им не могли предложить вузы государственные: преподавателями английского из Англии и США, компьютерными классами, оборудованными по последнему слову техники, собственными службами занятости... И ситуация начала меняться: еще совсем недавно никто не воспринимал коммерческие вузы всерьез, а сегодня в 300 с лишним негосударственных высших учебных заведениях учится более полумиллиона студентов – несмотря на то, что стоимость обучения в некоторых из них доходит до 5000 долларов. Вечером — деньги, утром — карьера Если смотреть правде в глаза, до сих пор нельзя считать, что о частных вузах сложилось благоприятное общественное мнение. По мнению специалистов из Ассоциации негосударственных вузов, на то есть реальные причины: "Поначалу, конечно, в негосударственное высшее образование пришло немало людей, желающих по-быстрому заработать деньги. Были случаи, когда вузы закрывались, едва успев собрать со студентов плату за обучение. Другие вместо обещанных "государственных" дипломов выдавали какую-нибудь филькину грамоту. Писали в рекламе: "диплом установленного образца", а кем и как установлен этот образец, не знали даже сами организаторы. Бывало даже, как ни сложно в это поверить, что во главе частных вузов вставали люди без высшего образования. Конечно, сейчас ситуация меняется — но опасения у абитуриентов и их родителей до сих пор остаются". Но дело, конечно же, не только и не столько в образовательном уровне ректора новоиспеченного университета. Ведь всем ясно, что эпоха первоначального накопления капитала в российском частном образовании, можно сказать, завершена. Создана четкая система лицензирования и аккредитации вузов, некоторые из них уже не первый год выдают выпускникам дипломы государственного образца и предоставляют отсрочку от армейской службы. Но многих до сих пор отпугивает от негосударственных заведений реакция возможных работодателей на диплом никому не известного института. Отпугивает, как выясняется, зря. "Честно говоря, не припомню случая, чтобы наши клиенты требовали от соискателя диплом именно государственного вуза, — рассказали нам в одном из крупнейших в столице рекрутинговых агентств. — При поиске кандидатов на должности топ-менеджеров в крупные компании иногда среди обязательных требований указывают наличие какого-то конкретного образования, чаще всего МГУ или Финансовой академии. Но это связано исключительно с традиционно высоким качеством образования в этих вузах. Во всех остальных случаях работодатель не смотрит не на то, частный или государственный вуз закончил кандидат". Времена изменились, и сегодня именно частные вузы зачастую дают больше возможностей для старта карьеры. "В МГУ я не пошла, испугавшись нервотрепки на вступительных, — рассказывает недавняя выпускница факультета менеджмента одного из столичных коммерческих университетов. — Когда подала документы в частный вуз, друзья меня отговаривали, говорили, что с таким дипломом я потом работу не найду. Из них только один теперь работает по специальности. А меня еще на третьем курсе отправили на стажировку, и до сих пор я работаю в той же фирме, только уже старшим менеджером". На сегодняшний день трудоустройство выпускников — один из главных козырей коммерческих вузов. Студенты платят деньги, зачастую немалые, за шанс получить такое образование, которое даст им возможность успешно работать и хорошо зарабатывать. И руководство вузов изо всех сил старается оправдать их ожидания, иначе они просто-напросто потеряют клиентов. Здесь у каждого учебного заведения свои секреты: одни заключают партнерские договора с коммерческими фирмами, другие создают собственные службы занятости, третьи издают портофолио своих выпускников и рассылают потенциальным работодателям... Если работа ведется активно, будут и результаты: "Цель наших студентов — сделать успешную карьеру, — сказали нам в ректорате одного из столичных коммерческих вузов. — Конечно, мы стараемся создать комфортные условия для обучения, но нам платят 2000 долларов в год вовсе не за тренажерный зал и кафе-столовую с китайской кухней. Платят за то, что после института все наши выпускники могут претендовать на место в коммерческой фирме с достойной оплатой. И мы действительно даем им такую возможность: в 97-м году мы трудоустроили практически всех наших студентов, в 98-м — около 70%, причем пострадали в основном те, кто решил погулять остаток лета, а работу искать с сентября". В другом негосударственном высшем учебном заведении нам посетовали: почему у нас до сих пор не в ходу западная рейтинговая система, согласно которой вузы оцениваются по результатам трудоустройства выпускников. И в самом деле, почему? Не потому ли, что эффективность огромной части российских вузов окажется тогда близкой к нулю? Ведь выпускники большинства государственных высших учебных заведений сегодня не востребованы на рынке труда. По подсчетам социологов, около 70% выпускников вузов 97-го года никогда не будут работать по полученной специальности. Но государство все так же исправно продолжает переводить деньги вузам. То есть, по сути, из своего кармана оплачивать подготовку специалистов, которые ему не нужны. Дефицитные бюджетные средства, затраченные на обучение никем не востребованных специалистов, по сути, выбрасываются на ветер. Однако — вот парадокс! — общественность возмущает идея сократить число бюджетных студентов по наименее популярным специальностям. Основной довод "против": таким образом, мол, лишатся возможности учится талантливые, но бедные ребята. Между тем именно сейчас, когда на каждого студента приходится сумма откровенно смешная, таланты лишены возможности получить образование, которого достойны. Власти этого, похоже, тоже не понимают и явно не собираются пойти на столь непопулярную меру, как сокращение "бюджетных" студентов. Весной 98-го правительство вроде бы заговорило о сокращении числа бесплатных мест в вузах, но после последовавшего взрыва "народного возмущения", вылившегося в студенческо-преподавательские демонстрации по всей стране, об этой идее никто больше не заикался. А это значит, что на ближайшие годы отношения государственной высшей школы и правящих инстанций будут строиться по принципу: вы делаете вид, что платите нам деньги, а мы делаем вид, что готовим специалистов, которые хоть кому-то нужны. Частные учебные заведения такой безалаберной и разорительной политики позволить себе не могут... Недавно в одном из частных вузов столицы придумали замечательную методику борьбы с прогулами. Студент, пропустивший занятие без уважительной причины, вносит в кассу института рублевый эквивалент пяти долларов. Эта мера оказалась прямо-таки чудесной: прогулы прекратились как по волшебству. Поневоле задумаешься: а не внедрить ли подобную меру в государственных институтах и университетах, где на занятиях давно уже присутствует жалкий процент студиозусов? Внедрить, конечно, можно. Да вот только вряд ли она на "бюджетных" студентов подействует. Во-первых, прогуливать они не перестанут. А во-вторых, платить тоже не будут. Психология у них другая. Они не понимают, что образование — это деньги. Которые они будут получать в будущем. Или, соответственно, не будут. Те, кто учится в коммерческом вузе, эту нехитрую истину постигают каждый день на собственном опыте. "Нашим студентам гораздо проще не прогуливать, — объяснили нам в ректорате. — 12 часов английского в неделю — это очень интенсивный темп обучения. Пропустишь одно-два занятия, догнать потом будет очень сложно. А ставить оценки за красивые глаза мы позволить себе не можем. Мы за наших студентов не держимся: каждый год за неуспеваемость из института отчисляются 10—15 человек, которые не в состоянии освоить нашу программу. Но репутация вуза с высоким стандартом обучения стоит значительно дороже тех денег, которые могли бы заплатить нам отчисленные за несколько лет учебы". Кризис: быть или не быть? И все-таки сегодня у частной высшей школы множество проблем. В первую очередь, конечно, материальных. В сравнении с государственными вузами, каждый из которых имеет по нескольку общежитий, учебные и лабораторные корпуса, даже самый состоятельный коммерческий вуз кажется Золушкой-замухрышкой в стоптанных деревянных башмаках. Из нескольких сотен лицензированных частных институтов и университетов только два десятка имеют собственную материальную базу. Как правило, это одно-единственное здание, выкупленное у города в разобранном виде и собственными силами доведенное до ума. Но и это — радость, потому что у других нет и такого и им приходится ютиться на арендованных площадях. И сколько-нибудь массового решения этой проблемы пока нет. Ведь стоимость самого современного компьютерного класса или лингафонного кабинета гораздо ниже цены здания пусть даже на окраине столицы. А ведь учить химиков или медиков, не имея ни лабораторий, ни собственной учебной базы для практических занятий, невозможно. Так что в области преподавания естественных наук государственные вузы еще долго не будут иметь конкурентов в лице частных учебных заведений. Статистика весьма показательна: в прошлом году из стен частных вузов вышло около трети от общего числа выпускников по гуманитарным, экономическим, управленческим, юридическим специальностям. А вот инженеров или медиков — ни одного. По идее, в развитии и становлении частным вузам могло бы помочь государство — по крайней мере именно так и происходит в большинстве стран мира. Но нашему нищему государству не хватает денег на содержание собственных институтов, что уж говорить о частном образовании? "Мы не можем претендовать на какую бы то ни было долю в государственных инвестициях в образование, пока в Химико-технологическом университете профессор получает меньше, чем в нашем Международном университете получает уборщица", — говорил профессор Г.А.Ягодин на круглом столе, посвященном проблемам негосударственного образования. Впрочем, отказываться имеет смысл от того, что тебе предлагают. Государство же не выделяет ни копейки на поддержку частной высшей школы. "Во всех странах мира принято поддерживать тех, кто работает в сфере образования, — сообщили нам в другом институте. — Во всех, только не у нас. А ведь частные вузы очень много делают для поддержки именно государственной образовательной системы . Начать хотя бы с того, что мы оттягиваем к себе наиболее состоятельную часть студентов, тех, кто может платить за обучение. Из-за этого снижается конкурс, и менее денежные абитуриенты имеют больше шансов получить образование за счет государства". Несмотря на полное отсутствие государственной поддержки, за последние пару лет перечень специальностей, по которым готовят специалистов коммерческие вузы, заметно расширился. Да и с помещениями стало получше: кто-то уже приобрел собственное здание, кто-то в ближайшее время планировал это сделать... Но на массе благих намерений грянувший экономический кризис поставил жирный крест. После августовских событий скептики предрекали коммерческому высшему образованию смерть. Однако сейчас, несколько месяцев спустя, можно с уверенностью сказать: частные вузы выживут. Может быть, они лишатся части студентов. Вполне возможно, часть вузов, еще не успевших твердо встать на ноги, не сумеет осилить трудные времена. Но всей системе частного образования гибель сегодня не грозит. Негосударственным вузам повезло, что кризис ударил именно в августе, а не парой месяцев раньше. Набор студентов уже был закончен, деньги за учебу внесены. Основные проблемы должны были возникнуть не раньше следующего семестра, а то и к концу учебного года. А стало быть, времени на подготовку оставалось немало. К решению финансовых проблем каждый вуз подошел по-своему. Очень многие пошли по пути наименьшего сопротивления, поставив свои рублевые расценки в зависимость от растущего курса доллара. Правда, курс менялся от вуза к вузу: при курсе в 20 рублей за доллар в некоторых московских институтах плату за обучение брали по курсу 1:15 и даже 1:10. А вот, к примеру, в Современном гуманитарном университете отказались привязывать стоимость обучения к доллару: "Нам не хотелось бы перекладывать все бремя инфляции на плечи студентов", — объяснили нам сотрудники университета. В других вузах и вовсе отказались повышать расценки, потому что "и эта сумма достаточно велика, если сделать ее больше — многие просто не смогут платить". Кое-где сами вузы стали предоставлять студентам возможность подработать, например, на верстке и корректуре учебных материалов. Заработанные деньги могут быть перечислены для оплаты обучения. В наименее выгодном положении оказались те институты и университеты, где стоимость обучения и до кризиса была высокой — до нескольких тысяч долларов в год. "Да, учеба у нас стоит недешево, — объяснили нам в Институте международной торговли и права, — но мы просто не можем пойти на ее снижение. Большую часть себестоимости составляет преподавание иностранного языка с современным оборудованием, учебными пособиями, преподавателями из англоговорящих стран. Зарплата зарубежных преподавателей, учебная литература, оборудование — все это, к сожалению, привязано к курсу доллара. А снижать качество обучения мы не будем ни в коем случае". Возможные потери в численности студентов руководители различных вузов оценивают в 10—15 %. Скептики называют цифры в 20—25%. Но полного краха не предрекает никто. "После кризиса моя зарплата упала вдвое, — рассказал нам студент частного университета, — платить за учебу стало гораздо сложнее. Но я уже откладываю деньги, чтобы расплатиться за следующий семестр". Многие студенты частных вузов переводятся на вечернее отделение, но, как правило, стараются не бросать учебу. Тем более что в институте всегда готовы идти им навстречу: при необходимости подождать с оплатой, а для отличников — и существенно ее снизить. Руководители частных вузов прекрасно понимают: и они, и студенты сегодня — в одной лодке, и преодолеть бурное море кризиса смогут, лишь поддерживая друг друга... ...Как-то раз делегация российских педагогов отправилась обмениваться опытом в один из университетов Голландии. Все осмотрели и восхитились — мол, нашим бы студентам что-то подобное... А потом кто-то поинтересовался: а сколько здесь стоит обучение? Порядка шести тысяч долларов, ответили голландцы. Значит, это университет для богатых? — поинтересовались наши. Оказалось, нет: основную часть денег оплачивает государство, студентам же приходится платить около 80 долларов в месяц. Наши, привыкшие к самому бесплатному в мире высшему образованию, конечно, тут же спросили: а почему бы государству, если оно такое богатое, не взять на себя все расходы, ведь тогда студентам не придется работать и они смогут полностью отдаться занятиям. Нет, так нельзя, ответили практичные голландцы. Если студенты не платят за образование, они относятся к учебе безответственно. Потому что нельзя ценить то, что досталось просто так.



    Партнеры