СУОК, ОЛЕША И ДРУГИЕ...

3 марта 1999 в 00:00, просмотров: 296

Он родился в Елисаветграде. Родился сегодня, 3 марта. Но — ровно 100 лет назад. А детство и юность провел в Одессе. Примерно в те же годы на свет появилась еще дюжина одесситов, которым было суждено оставить блистательный след в литературной истории ХХ века. Эдуард Багрицкий, Ильф, Петров, Валентин Катаев... Они написали массу книг, прочитанных миллионами. На полке — среди этих книг — надежно стоят книги Юрия Олеши. В юности Юрий Олеша, наследник обедневшего дворянского рода, добровольцем ушел в Красную Армию, учился в Харькове, в начале двадцатых годов он уехал в Москву, работал в газете "Гудок" и подписывался решительным псевдонимом Зубило, написал более пятисот фельетонов. Он проснулся знаменитым, когда в свет вышла его повесть "Зависть". Он писал ее пять лет и впервые напечатал в журнале "Красная новь" в 1927 году. Здесь старое сражалось с новым, колбасный "генерал" Бабичев строил забегаловку "Четвертак" для быстрого перекусона пролетариев — прообраз нынешних "Макдоналдсов", а его брат Иван изобретал смертоносную машину, названную им "Офелия", для того чтобы убить своего партийного ненавистного брата. А героем "Зависти" стал Кавалеров. Он был поэт. Он пытался приспособиться к действительности, она же в ответ на это схавала романтика-неудачника, засосав в свое болото. В 1928 году Юрий Карлович издал очаровательную сказку о добре и зле, о равенстве и братстве, о демократии и деспотии — "Три толстяка". Вы помните благородного Тибула, мудрого доктора Гаспара, наследника Тутти — принца с железным сердцем, трех перекормленных толстяков, напоминающих наших олигархов? Героиню сказки — живую куклу — звали Суок. Это фамилия жены Юрия Олеши... А потом Олеша сломался. Он очень хотел стать хорошим советским человеком. Он писал статьи о пятилетках и вместе со Ждановым осуждал Шостаковича. В итоге он стал плохим советским писателем. Куда-то пропала гениальность первоначальных литературных порывов. Очевидно, Олеша и сам понимал, что погиб. Он зарабатывал литобработками для кино и театра, а все свое время проводил за рюмкой — в ЦДЛ, в кафе "Националь" на углу Тверской и Охотного ряда. Его помнят опустившимся, с неряшливой гривой седеющих волос, с воротником, обсыпанным перхотью. Он пытался доказать, что он еще жив. Потеряв ускорение юных лет, он писал отрывки "из ненаписанного" — детали, метафоры, краткие воспоминания, раздумья о творчестве и жизни... Многое, увы, с оглядкой на начальство. Его смерть 10 мая 1960 года прошла почти незамеченной, а потом вышло первое издание книги "Ни дня без строчки". Прекрасная посмертная книга, правда, урезанная и причесанная цензурой. С тех пор она переиздавалась раза три. Последний раз была выпущена к столетнему юбилею писателя несколько дней назад под названием "Книга прощания", и в этом варианте растрепанная книга представлена в наиболее полном и наименее причесанном виде... Многие годы жизни вплоть до смерти он прожил в "бастионе" советских классиков, первоклассном писательском доме в Лаврушинском переулке, как раз напротив Третьяковской галереи. Его вдова — Ольга Суок — пережила своего знаменитого некогда мужа на десяток лет. После ее смерти советские домоуправы выкидывали на помойку книги и рукописи того, кто так хотел стать хорошим советским человеком. Дабы побыстрее очистить квартиру для новых жильцов... Валентин Катаев в своем блистательном мемуарном повествовании "Алмазный мой венец" назвал своего старого товарища Ключиком. Наверное, имея в виду способность писательского зрения Олеши острым взглядом, как ключиком, вскрывать суть вещей, поворачивать ключи метафор, открывая нам необыкновенный мир фантазии и вдохновения. Но для самого Юрия Олеши, пережившего свою славу, все это оставалось в прошлом...



    Партнеры