НОСИТЕ ЛОДОЧКИ! ЛАСТОЧКИ!

5 марта 1999 в 00:00, просмотров: 258

Российские женщины безобидны, добросердечны и не злопамятны. Как иначе можно объяснить то, что мы легко позволили моде загнать себя в те самые вещи, которые так долго ненавидели? Опостылевшие и проклинаемые еще в недавнем прошлом телогрейки, ушанки и фартуки — воплотившие в себе всю безрадостность советской женской судьбы — сейчас снова завоевали наши тела. С ангельской покорностью мы поменяли платформу на шпильки, тупые мысы на острые, поверили в то, что фартук хорош не только на кухне, но и на коктейле. Но расстаться с черным цветом российская женщина, похоже, не сможет никогда! По идее, конкурс модельеров "Платье года" должен продемонстрировать не только кипение российской дизайнерской мысли, но и показать универсальный образ женщины ушедшего года. Чаадаевские борения Европы и Азии в России до сих пор не дают покоя нашим модельерам. Кто-то видит русскую женщину во власти теплых вещей, национальных пейзажей и теплых материй. Другие по-прежнему рвутся на Запад, в теплую, сытую Европу. Европа в сознании умещается на маленьком кусочке Мулен Ружа. Все европейские варианты платья года фривольно обнажают самые заветные интимные части женского тела. Такая женщина не может быть зрительницей кабаре, ее только на сцену. Все рекорды по части обнаженки в этот раз побил молодой модельер из Тольятти Евгений Трефилов, представивший платье, сплетенное из бисера, шелкового шнура, искусственного жемчуга, стекляруса и дутого золота. Платье Трефилова может носить только кокотка, которая до поры до времени подпирает колонну и молчит, — сказать ей в таком красноречивом платье безусловно нечего, а сделав шаг, она обнажается, так как самое легкое движение раздевает ее полностью, не оставляя никаких шансов на загадки. Но даже трефиловская Жар-птица из кабаре не могла растопить холода черноты, который излучал зал и доминировал на подиуме. Черные женщины заполняли зал, черные манекенщицы наводнили подиум. Черный и прозрачный — вот два прилагательных, которыми модельеры характеризуют платья россиянок. Робкие попытки оживить гамму и расцветить палитру оранжевыми, фиолетовыми, красными и белыми искорками таяли на лету, не успевая согреть черноту зала. Белое трикотажное платье облегающего силуэта с минимумом деталей от Ольги Шеховцовой заставляло мечтать о ласточках, белых тюльпанах и невинности без сослагательных. Жюри, воодушевившись, признало "ласточку" лучшим авангардным платьем. Женщина в платье — это кто? Видимо, так спрашивали себя модельеры. На сцене к той поре уже были представлены женщины в образе минерала, русалки, снежной бабы, бабочки-кокона и Мерилин Монро. Женскую фигуру протыкали спицей в районе сонной артерии, обматывали полосками ткани и завязывали шерстяной нитью. Но может ли женщина ходить, дышать, есть и чувствовать себя человеком? Вопрос, вероятно, для большинства участников конкурса неактуальный. Поэтому когда Светлана Пепина из Омска не только нарядила свою модель в плиссированный костюм (платье, судя по всему, на сегодня не означает непременно платья как такового, под видом платья смело выступают любые детали гардероба) из абстрактных полотен, добавив брюки, стало очевидно: вот оно, лучшее городское платье. В таком наряде еще есть смысл думать о женственности. А лучшим платьем года жюри под председательством Оливье Лапидуса признало работу Олега Бирюкова из Иванова. Олег создал маленькое черное платье без рукавов с воротником-лодочкой-стоечкой. Лаконичное и строгое, цвета темного маренго, это платье легко могли носить наши мамы или наши бабушки. Если бы не модный, такой бесполезно-полезный шов, который разрезал скромный девичьий силуэт от линии груди к подолу, образовав ассиметричные вытачки и складку к низу. Простушка сразу оживилась, превратившись в городскую барышню с претензиями. Захочу — на работу, а захочу — на праздничную вечеринку с кавалером. В общем, времена меняются, а маленькие черные платьица остаются. Что в наших экономических условиях очень приятно. Особенно в дни, когда по старой традиции нам, женщинам, дарят подарки.



Партнеры