девочка ПОЖАР

24 марта 1999 в 00:00, просмотров: 711

Со мной случилось что-то. Слова — мой всесторонне освоенный рабочий инструмент — застряли где-то на уровне диафрагмы. С полчаса я тупо и растерянно смотрела в окно, потом перемотала отыгравшую кассету на начало. Включила во второй раз, в третий... С трудом пришла в себя под утро и поняла: меня накрыло, я влюбилась. Я задыхаюсь от нежности и не могу ничего объяснить! Но взять себя в руки все-таки надо. Чтоб рассказать про это нечто. ОНО пришло с Востока, степного, местами дикого. ОНО, это многозначительное нечто, — девушка Земфира, в чью страстную, болезненную, ошеломляющую музыку я и влюбилась в считанные минуты. Такое же потрясение обрушилось на наш шоу-мирок три года назад. Тогда тусовка твердила в непонятке: "Мумий Тролль" из Лондона! Похоже, этот парень станет суперзвездой!" Сейчас — все то же самое: "Земфира из Уфы! Она порвет всех в клочья и станет намбер ван как пить дать!" Здесь сомневаться не приходится: ведь именно Лагутенко, уезжая на год в Лондон, сам взял за руку эту девочку и привел ее на свое место. Место главного молодежного кумира конца 90-х. Из пистолета в нее не попали Еще прошлой весной Земфира приехала в Москву со своей музыкой. И понеслось! "Хамка, дикарка, бандитка!" — визжали важные дядьки-продюсеры, в кабинеты которых Земфира вышибала двери ударом натренированной ноги. "Да кто ты такая, девочка?" — снисходительно спрашивал самый рокерско-демократичный из продюсеров Дмитрий Гройсман (ведущий "Чайф" и "Серьгу"). "Звезда! Не то что некоторые..." — сверкали светло-карие глаза. И изливались потоки трехэтажного мата. В общем, она уехала ни с чем, ну разве что с подарком — с гитарой от изумленного девичьей своенравностью Сергея Галанина. Потом, в мае, на прошлом "Максидроме" трепетные подружки как-то сумели подсунуть кассету Земфиры запаренному Лагутенко. И вскоре обалдевшие менеджеры "Мумий Тролля" кинулись разыскивать "башкирское золото". Земфира прожила свои 22 года в Уфе, раздираемая запредельными мечтами и противоречивыми стремлениями. Ей хотелось сразу всего и много. Брат-меломан закармливал доисторическим роком: "Блэк Саббат" и "Квин". Папа — учитель истории — отвел в музыкальную школу — приличной девочке надо осваивать фортепиано. Самостоятельно она записалась еще в 6 секций: спортивных и технических. Желала научиться всему и по полной программе. Попозже в личном рейтинге интересов стал побеждать баскетбол — к 15 годам невысокая Земфира стала капитаном девичьей сборной России! Но возникающая из ниоткуда музыка накапливалась и распирала душу. Носить это в себе становилось все невозможнее, девушка бросила оранжевый мячик, поступила в училище искусств на отделение эстрадных вокалистов и, проникнув на местную "Европу плюс", занялась там придумыванием радиоджинглов и выкручиванием ручек на пульте для микширования. Местным знаменитостям, уфимским "шиншилловым стрелкам", девушка по знакомству настрочила пару блокнотов текстов для песен — за то знаменитости разрешали бесплатно записываться по ночам в их студии. Днем же Земфира с приятелем-саксофонистом зарабатывала в городских кафешках: пела разноформатную зарубежную попсу, а из русского — пару хитов Лагутенко из пластинки "Икра". На них как-то наехали уфимские "брателы" — не пой, мол, девочка, эту московскую фигню. Девочка с пол-оборота послала на три буквы. "Брателы" тут же достали ствол и выстрелили почти в упор. Как ни странно, не попали... Лагутенко увидел ее на уфимской площади: девочка агрессивно терзала гитару перед многотысячной толпой на празднике Дня города. Через месяц они уже вместе закрылись на студии "Мосфильма": Земфира с музыкантами "Мумий Тролля" корпела над альбомом, Илья строго следил за звуковыми наворотами. После Нового года Земфира понеслась к Илюхе в Лондон. Там, на легендарной "Бетховен-студии" (где были сделаны все пластинки "Мумий Тролля"), под чутким руководством лагутенковского друга Криса Бэнди, одного из лучших английских звукорежиссеров, альбом-дебют "Земфира" довели до идеала. (Кстати, здесь случился неслабый скандал. Писаться "Земфира" должна была на деньги, заработанные "МТ" на декабрьских концертах в Горбушке. Но Игорь Тонких, организатор тех концертов и глава компании "Фили", заработанные группой доллары "зажал" на неопределенный срок. Короче, в Лондоне сидели без копейки, убалтывая хозяев студии честными словами. Но все же записанную фонограмму "Земфиры" арестовали и отдали, лишь когда Лагутенко и компания насобирали требуемую сумму из личных практически сбережений. Дружба-то с англичанами дружбой, а фунты стерлингов, как известно, врозь.) Ее сугубости и упертости Утекай-звукозапись" (лагутенковская звукозаписывающая компания) хоть и понимает, что Земфира взорвет и опрокинет шоу-мирок, все же не подписывает с ней контракт. "Нельзя же заключить контракт с ветром!" Неистовость и вольнолюбие, нетерпимость и упрямство — это Земфирина суть. Она спокойно посылает на три буквы любых авторитетов и строит всех, кто кажется ей неправильным (своих неумелых музыкантов, чрезмерно требовательного Лагутенко, занудных журналистов). Она временами уверена, что в ней сидит обыкновенный гений. (На то, кстати, есть основания: Земфира каждую неделю пишет по новой песне, и одна получается лучше другой; для второго альбома, скажем, уже накопилось эдак песен 70.) Но иногда она растерянна и по-детски непосредственна. Улетая из Лондона, присели на дорожку. "Давайте все проверим, не забыл ли кто билетик!" — встревожился, почувствовав возможные проблемы, Леня Бурлаков, продюсер "МТ" и, стало быть, теперь Земфиры. "Какой такой билетик?" — прищурилась девушка. Билетик она давеча выбросила в мусорное ведро, совсем не думая, что он туда-обратно. В невозмутимом Лондоне успела взрывоопасная Земфира устроить не один скандал. Как-то вечером чуть было не разгромила тишайший пивной паб. Зайдя опрокинуть с Лагутенко кружечку-другую "Гиннесса", девушка заметила, что за ее спиной у стойки бара стал как-то подозрительно возиться ужасный алкаш с лиловым длинным носом. Старикан возбудился, видать, не на шутку от темпераментной смуглости Земфиры и уже приготовился было слегка поэксгибиционировать... От гнева восточной красавицы насилу ноги уволок. От упрямства Земфиры могут рухнуть горы и повернуться реки вспять . Если она о чем-то спорит — умрет, но не сдастся. Несчастный Леня Бурлаков проклинает себя: зачем-то поспорил на кучу денег, что рано или поздно сможет одеть ее в платье или хотя бы в юбку. Хоть как-то смягчить угловатые черты имиджа девочки-мальчика. Плакали Ленины денежки, однозначно! Ее страсти и ее страхи Страстью, всепоглощающей и мнущей, как шоколад стекло, переполнены все ее песни. Но страстью к кому — непонятно. Предмет любви размыт (то ли дурной мальчишка, то ли отвергающая, непонимающая женщина), но выпирает из альбома глубокая, безумная жажда чего-то. В глазах же у Земфиры — холод и полная самодостаточность. Ходит она по улицам Уфы, Москвы и Лондона, не вынимая из ушей "бананов" от плейера и слушая всегда... саму себя. Зациклившись на своей музыке, ищет совершенство. Кстати, рядом постоянно ходит милейший персонаж по имени Аркадий: то ли знающий все душевные тайны друг, то ли скромный бойфренд. Страшно в жизни Земфире было дважды. Когда как-то в течение двух недель не могла написать песню (душа ушла в пятки — куда же делся дар?). Второй раз — в больнице. На койке она провела почти год: были большие проблемы со слухом, над ухом остался заметный шрам после тяжелой операции... Кстати, именно в больнице Земфира услышала пластинку "Икра" и вдруг задумалась: а что-то есть в этом "Мумий Тролле". Лагутенко Сначала он ей категорически не нравился — не переваривала песни из "Морской". За полюбившиеся хиты из "Икры" ее чуть было, если помните, не пристрелили бандюганы. Но это на самом деле ничего не значит и ни к чему никого не обязывает. Между ними, Земфирой и Ильей, нет никакой романтики (о которой могли бы возомнить впечатлительные фанатки). Более того, нет и намека на крепкую дружбу. Илья просто поступил рационально, услышав Земфиру. Ведь хоть она и "девочка-скандал", "девочка-пожар", упускать шанс сделать ее звездой своего лейбла — глупо. Ведь завтра-послезавтра за "скандалом" будут гоняться табуны продюсеров. Земфира же с первых минут стала громко ругаться с ним из-за музыки и всюду твердить, что у этого Лагутенко "нет даже среднего музыкального образования". Тем не менее: вся игра слов в песнях, все ужимки и манеры, все чувственные оттенки голоса она взяла от "Тролля". Земфира говорит, что Илья поразил и проник в нее фразами: "Ты меня не знаешь, я тебя не знаешь!" (из песни "Так надо"). И еще: "Я — не слабый, просто добрый я! Только не приостановленный!" (из "Дельфинов"). Глубину человека характеризуют его фразы. Своей лучшей строчкой девушка считает: "Помнишь? Да ни фига ты не помнишь!" из стопроцентного будущего хита "140". "Мегахаус" же полагает, что лучшая строчка: "Меньше всего нужны мне твои комбэки" (из также несомненного хита "Ромашки"). А гиперлучшая: "Я задыхаюсь от нежности! От твоей-моей свежести!" — из гиперхита "Почему". Задохнуться кому-то от нежности, а кому-то от зависти — в ближайшее время предстоит очень многим. Сняв первый свой клип на первый свой сингл "СПИД" в Праге, Земфира позавчера окончательно въехала в Москву, дабы здесь заполыхал, ослепляя и вдохновляя, настоящий пожар. С трудом переводя дыхание, Капитолина. P.S. Да! Фанаты меня не поймут, если я не обмолвлюсь о нынешней судьбе Лагутенко. Как следует отдохнув в гостях у университетского приятеля, владеющего сетью отелей на Канарских островах, Илья вдруг принял твердое решение о единственном своем концерте в 99-м году. Он все-таки состоится в середине лета где-то между Москвой и Питером. В час Х и в месте Х ("Мегахаус" полагает, что это либо Бологое, либо Тверь). От исторического ежегодного концерта летом во Владивостоке "Мумий Тролль" отказался из-за вопиющей несправедливости тамошних властей. Дело в том, что мэр Владивостока непонятно зачем присвоил звание почетного гражданина города Саше Васильеву из группы "Сплин". Красу же и гордость Дальнего Востока — Илюху Лагутенко — никаким званием не отметили. А даже культового героя можно иногда задеть за живое...



Партнеры