ТАНЦЕВАЛЬНЫЙ ПАПА

12 мая 1999 в 00:00, просмотров: 500

Груву недавно посоветовал один известный и важный шоу-бизнесовый дядька: "Чего тебе дергаться-то? Расслабься, ты же папа уже!". "Папа" — в соответствии с лексиконом дядьки — большой босс и авторитет. Это, пожалуй, так: Грув — совладелец доверху нашпигованной новейшими примочками студии звукозаписи в Питере; ездит уже на двух "Мерседесах" (правда, водителя теперь рассчитал: сам рулить выучился и освоился на пугающих московских дорогах), но носит все те же мятые маечки и широкие джинсы. "Вконец затусовался с корпорациями, попсовыми звездищами и их мерзотными продюсерами!" — этим упреком Груву ну просто плешь проели, и с некоторых пор он стал принимать его совершенно спокойно и глубокомысленно с ним соглашаться. Хотя времена громких, пафосных "ремиксовых"-историй с Кузьминым, Пугачевой и Иосифом Кобзоном уже прошли. Давеча очень тихо-скромно вышел альбом "Ди-джей Грув и все, все, все..." ("Звездные ремиксы") — там уже довольно мелкий попс-набор "обслужен" ди-джеем: Газманов, "А-Студио", "Стрелки", "Блестящие" (по сравнению с мэтрами-то, знамо дело, — голытьба)... Но мэтры не забыли прыткого мальчугана: пару недель назад из рук Кобзона Грув получил статуэтку премии "Овация" — как главный деятель молодежной культуры. Отчасти это справедливо: ведь именно он разжевал и в рот засунул попс-официозу, замшелым постсоветским дядькам, понятия "ди-джей", "данс-музыка", "ремикс", "молодежная фишка". В этом смысле Грув — герой! (Хотя, может, и зря он так, может — для дядек так стараться и не стоило...) — Жень, вот я недавно слышала по радио твое интервью об отношениях с попсой. Ты с какой-то даже агрессией заявлял, что, мол, считаешь себя артистом поп-культуры, и это нормально, поскольку у нас в стране реально можно продвинуться только через попсу... — Да, молодежную музыку можно продвинуть только через массы, а для этого она должна иметь коммерческую окраску. Я с 90-го года занимаюсь ди-джейством, играл и безумное техно, и джангл, когда вокруг вообще не знали, что это такое. Но только с выходом коммерческой вещицы "Счастье есть" народ обратил внимание на танцевальную музыку. Да, я — артист поп-сцены, широкие массы больше знают меня как поп-музыканта. Вот в данный момент я приобретаю новое звучание: в свежих трэках очень много гитар, саксофонов, флейт; я пытаюсь придумать совершенно новый стиль — digital fank (цифровой фанк). Но я не уверен, что эти новомодности найдут огласку в широких массах: людям у нас не нужна сложнопостановочная музыка — им нравятся песни с запоминающимися припевами. С другой стороны, у народа можно развивать музыкальный вкус. — Как же, к примеру, твой ремикс на Сташевского или Газманова сможет развить вкус и продвинуть молодежную культуру? — Газманову я сделал ремикс на "Танцуй, пока молодой" в стиле спид-гараж. "Ляпису Трубецкому" впервые в жизни я попробовал сделать ремикс в стиле биг-бит. Скрейджей туда нарезал, записал живые гитары — говорят, это напоминает "Fat Boy Slim". Это ведь все в массы несет новые стили! — Твоя "фишка" дрим-хауса, нежных трогательных мелодий, с которыми тебя и ассоциировали, надо полагать, умерла? — Последний "дрим-хаус", который меня попросили сделать, — это "Небо" для "I.F.K.". Теперь — все: я покупаю фанк-пластинки, слушаю только такую музыку. Вот поступило предложение из Голландии записать пластинку. Я быстро собрал музыкантов — гитаристов, саксофонистов, трубачей — и сделал три вещи: "Дискофан", "Музыка" и "Нон-стоп-гитары" в стиле фанк. Сейчас жду ответа: на каком голландском лейбле будем это выпускать. Еще фанковый ремикс я сделал недавно шведской группе "Vacuum" на песню "Tons of Attraction". И поп-ремикс на нее сделал, более доступный. — Как тебя к шведской-то попсе занесло? — Нам ведь только кажется, что, мол, живем в замкнутой стране. На самом деле о нас все знают, отслеживают наш рынок. Обо мне шведы знали, что есть такой ди-джей, активно делающий русским звездам ремиксы. Ну и "Стокгольм-рекордс" предложила заремикшировать "Вакуум". Для меня это новый уровень: выход на заграницу, как-никак! Шведам мой "провал" в "Вакуум" весьма понравился: следующий вариант предложили — "Cardigans". В середине мая должны прийти от них вокальные трэки, чтоб я начал делать ремикс. Обидно, что в России это выходить не будет, только в Европе отдельными синглами... — Шведы, конечно, круто — только непонятно, чего они в тебя вцепились: своих ди-джеев, что ли, мало? А вот с кем, признавайся, из наших попс-звезденок тебе милее всего было ремиксы резать? — У меня в "Звездных ремиксах" больше всего душа лежит к "Ляпису Трубецкому" и к Газманову. Самые продвинутые, кажется, получились вещицы. — Ну вот "Ляписы"... Они же производят впечатление непробиваемой совковой тупизны! Как вот ты с ними общался? — Они — прикольные ребята, зря ты так. — Почему же они делают такую дико-помоечную музыку и так омерзительно ведут себя на сцене? — Как хотят, так и ведут — они честные, не желают напускать на себя всякого... А прикольность их — в простоте, в доступности, в том, что, играя, как и сотни прочих групп, на гитарах, они запоминаются... Они — сильно народные, этим и берут. А я сделал из них очень стильных парней, поющих брейк-бит. Здорово! — Они хоть сами-то въехали, что такое брейк-бит? — Да, им понравилось. Но никому и никогда я не делал такого наимоднейшего ремикса, какой сделал на днях для Киркорова. Он мне сказал: "Женя, нужно, чтоб ты сделал реальную танцевально-клубную вещь, чтоб могли под нее клубиться!" Я убрал весь текст "Мыши", взял лишь отдельные слова — и накрутил сплошной фанк с вкраплениями джаза. Сейчас уже "106,8 FM" берет это в ротацию. Это совсем уже не Филипп Киркоров — вот в чем фишка. И он этого сам хотел: чтобы присутствовать в молодежных клубах, у ди-джеев в сумках тоже. — Многие, кстати, боятся этого как чумы! Я знаю, родственники композитора Таривердиева подали на тебя в суд за "глумление" над творческим наследием (как известно, Грув сделал ремикс на песню Таривердиева "Облако" из фильма "Семнадцать мгновений весны" для "продвинутой" техно-пластинки Иосифа Кобзона)! — В детстве я засыпал, между прочим, под мелодии Таривердиева: "Я спросил у ясеня: где моя любимая?" — вот под это. Жена Таривердиева просто не может понять: никакой это не "глумеж" — это обработка по-новому красивой музыки из старых времен, чтобы эти замечательные мелодии могла слушать сегодняшняя молодежь. — Ну и что суд-то? — Все: продажу кобзоновского альбома "Я техно отдал все сполна" остановили, крест поставили на проекте. — А Кобзон что? Обломался, наверное, дико, все локти пообкусал, что с "молодежью" связался и в судебный процесс вляпался? — Да нет вроде. Сын его, Андрей, предлагает мне еще что-нибудь сделать, какой-нибудь новый ремикс Иосифу Давыдовичу. — Ты небось с ним приятельствуешь? С кем, кстати, из попс-деятелей общаешься не по службе, так сказать, а по велению сердца: пообедать там, испить чашечку кофею за досужими разговорами? — Мало у меня времени для таких встреч. Ну, с "блестяшками" (группа "Блестящие". — К.Д.) видимся, часто созваниваемся с Володей Кузьминым... Да всех и не упомнишь — столько разных людей вокруг! — Что-то ты поговаривал давеча об отъезде в Лондон... — Я не сразу в Лондон хотел, сначала в Амстердам: там у меня хорошие контакты — можно было бы реально работать, писать музыку, играть в клубах... Но это на крайний случай: у меня было желание уехать в разгар кризиса — когда это все закрутилось! — Ни в Амстердаме, ни в Лондоне ты ведь не будешь тем, кто ты здесь! — Не буду. Но если я напишу пару-тройку хитов, пусть даже и поп-хитов, — почему бы нет? Я же не собираюсь всю жизнь заниматься клубной музыкой... — Клубная музыка, кажется, медленно, но верно умирает, как и мода на ди-джеев и на все эти танцевальные заморочки! — Да, сейчас никто ничего не делает. Данс-музыка постепенно уйдет в попсу с применением вокала. Первый шаг в этом направлении — "Гости из будущего". Сейчас таких "гостей" множество появится — спорим? Куча поющих под танцевальную музыку девочек! — Многие тонкие люди говорят: это здорово, что у нас сейчас такая пертурбация во всем! Должна смениться кровь: придут новые люди, свежие лица, растворятся все эти доставшие, как заезженная пластинка, шоу-персонажи... Ты за себя не боишься? Ты ведь, в определенном смысле, тоже избитый персонаж? — Я же не всю жизнь собираюсь быть "представителем молодежной культуры". Я могу быть продюсером: мне нравится искать эти свежие лица, молодых людей, которые взрывали бы молодежную культуру. Это хороший, талантливый бизнес. — Ну вот "Гостей из будущего" ты в свое время нашел, приподнял, стал для них эдаким трамплином. За полгода люди из пустоты реально стали звездами с помощью раскрученного тобою хита "Беги от меня". Сейчас ты от них дистанцировался — и что? Не больно, скажем, на клип-то смотреть? Девушка там как-то очень неправильно выглядит, по-моему... Сами себя они уродовать начинают! — Какой-то странный там работал стилист. Ведь Ева — такая нежная поэтесса, она настолько женственна! В видео это не передается. И потом, снять клип в туалете — это слишком пошло для песни "Беги от меня". Я бы режиссеру руки оторвал. Я сейчас нашел молодого человека — Никиту. Замечательный голос, четыре октавы диапазон, пластичен, отлично двигается. Очень удачная смесь клубной и массовой музыки. Но у меня нет таких денег: чтобы нормально продвинуть парня, нужно тысяч шестьдесят-семьдесят долларов. Я показал Никиту Юрию Шмильевичу Айзеншпису, и он стал его генеральным продюсером, вложив в него свои деньги и связи. Так что все получится. — Что-то мне страшно, честно говоря, за мальчонку! Такие дяди так раскрутят — мало не покажется... — Если ты о чем-нибудь эдаком думаешь — не волнуйся. Все сейчас по-другому. И тот же Айзеншпис понимает, что все поворачивается в сторону молодежной музыки!.. Вот так. Кстати, можно через "МегаХаус" передать привет? — Ну попробуй! — Хочу передать привет девушке, которую очень люблю! — Господи, у тебя завелась-таки девушка?! — Она не знает, что я ее люблю. Я к ней не приближаюсь. — Что такое, она замужем и имеет пятерых детей? — Типа того. Поэтому только передаем приветы — такая платоническая любовь. Здорово, кстати, в творчестве помогает. Да, сублимация, как известно, сильная штука.



    Партнеры