ОПАСНЫЕ СВЯЗИ

12 мая 1999 в 00:00, просмотров: 1001

Не лезьте в мою личную жизнь! — убеждает нас Юрий Ильич. И добавляет: "Все это подлог и обман". Позвольте. Если подлог и обман, при чем здесь вмешательство в личную жизнь? Но Юрий Ильич настаивает. Согласно официальному сообщению Главного военного прокурора России Ю.Демина, "в связи с заявлением Скуратова Ю.И. о незаконном вмешательстве в его частную жизнь возбуждено уголовное дело". Следственный эксперимент Поначалу г-н Скуратов держался индифферентно. Дескать, не знаю, я там на пленке или не я. То ли память отшибло, то ли слово кому дал — молчать, как Лига Наций. Пусть, значит, компетентные органы сами установят, кто там на кушетке размером два на два кувыркается. Ему говорят: ну ежели мужик, скажи честно — ты там или не ты? Увольте, — отвечает Юрий Ильич. Уволили. Но вот это г-на Скуратова как раз не устроило. И так же, как со своими заявлениями об отставке (то подавал, то обратно забирал), он решил свое невмешательство в работу следствия сменить на некоторую активность. Теперь Юрий Ильич ему, следствию, версии подбрасывает. На днях в интервью одному еженедельнику он так высказался: "Можно сфабриковать любую пленку, на то и компьютерная графика, на то и возможности ТВ, и возможности актера, который специально сыграет". Такая мысль — относительно фабрикации — уже озвучивалась политическими соратниками Генпрокурора. А вот по поводу актера — это уже что-то новенькое. Но тут, по-моему, Юрий Ильич промашку дал: не найти такого актера. Который вот так же аккуратно носочки бы с себя снял и между двумя барышнями улегся. Нет, не найти. Хотя, конечно, воспользовавшись предложением одного нашего народного избранника, можно было бы "следственный эксперимент" провести. Чтобы некий служитель Мельпомены (по выбору г-на Скуратова) и сам Юрий Ильич перед видеокамерой вышеозначенный эпизод воспроизвели, а потом с имеющейся пленочкой сравнить. Эксперимент века. Однако и без такого эксперимента кое-что уже проглядывает. И не только очертания голого человека, поразительно похожего на Генерального прокурора. Но поскольку некоторые сексуальные прихоти этого человека имеют прямое отношение к разразившемуся скандалу, с них и начнем. Фрагмент из "Заявления" №1 (фамилии подписавших заявления не упоминаю в интересах их безопасности; орфография и пунктуация сохранены полностью): "Второй раз я приехала по звонку на встречу с Суреном снова к гостинице "Метрополь" откуда мы поехали на ту же квартиру. В квартире находились еще две девушки и мужчина, который представился Юрой. Мы сидели довольно долго и много выпивали после чего пошли заниматься сексом вчетвером. В конце нашей встречи пришел Сурен и заплатил нам по 1 тыс. долларов. Недавно в телевизионных новостях я увидела Юру, который оказался генеральным прокурором Скуратовым". Фрагмент из "Заявления" №2: "Мне позвонила девочка и сказала что хочет меня познакомить с друзьями которые платят деньги нам дали адрес я приехала еще с одной девочкой, когда я приехала там было две девушки. Мы все вместе долго сидели разговаривали, много пили. Нам дали деньги. Деньги дал на мой взгляд хозяин квартиры Сурен в сумме 400 дол. Сексом я пошла заниматься с Юрой, но он был в часах и я попрасила их снять, когда он снимал с руки они упали мне на лицо и разбилась губа, потекла кровь я сказала что у меня травма мне добавили еще 300 долар и мы позвали мою подругу и занимались сексом втроем. Когда я смотрела телевизор я поняла что это был Юра Скуратов потом мы как то встречались еще раз в другом составе, кроме Юры Скуратова и Сурена, тоесть с другими девушками". Фрагмент из "Заявления" №3: "В течение второй половины 1997 года я несколько раз имела интимные отношения со Скуратовым Юрием. Все эти встречи происходили в присутствиии Сурена, который звонил мне на пейлжер и приглашал на квартиру, находящуюся в доме, где расположен супермаркет "Эльдорадо". За мое присутствие в их компании Сурен дважды дарил мне деньги (что-то около 1000 $), склонял при этом к интимной связи со Скуратовым Ю. В июне 1997 года Сурен пригласил меня на выходные дни в Сочи, в гостиницу "Рэдисон-Лазурная", где я встретила вышеназванного Скуратова Ю. с его знакомым. Также там присутствовали еще 3 девушки, тоже прилетевшие из Москвы. Как я помню, всего я видела Юру 6-7 раз в течение 1997 г. Как правило, были еще девушки. Как правило, Сурен давал деньги (примерно 1000 $)". Пусть вас не смущает, читатель, что сии милые барышни поначалу не знали, с кем имеют дело. И лишь потом — как я понимаю, с развитием скандала — они, посмотрев телевизор, опознали в своем партнере г-на Скуратова. Судя по всему, обычно эти девушки телевизор не смотрят и политикой не интересуются. И, может быть, оно и правильно. У них другие игры. К вопросу о коррупции (Коррупция. Моральное разложение должностных лиц и политиков, выражающееся в незаконном обогащении, взяточничестве, хищении и срастании с мафиозными структурами. С.И.Ожегов, Толковый словарь русского языка) Что-то мы все о борделе да о борделе. Оно, конечно, интересно, но не настолько. Правда, когда завсегдатаем подобного заведения оказывается Генеральный прокурор страны, к элементарному любопытству примешивается еще кое-что. Что-то такое из области престижа столь высокого учреждения, коим является Генеральная прокуратура. Исходя из чего появляется мыслишка о том, что не надо бы. Ну не надо руководителю сего правоохранительного органа заголять свои органы в борделе. Не знаю почему, но — не надо. А может быть, все-таки — личное дело? Его, прокурорское личное дело? А мы, подавив в себе некоторую робость, а также смущение, должны вытянуть руки по швам (то есть вдоль, извините, тела) и попросить прощения. Дескать, извините за вмешательство. Не извольте беспокоиться. Продолжайте ваши многотрудные упражнения на благо отечества. Попробуем разобраться. Отделить личную жизнь (хоть бы и в борделе) от коррупции. Ко мне случайно попали документы, касающиеся "дела Скуратова". Подчеркиваю: совершенно случайно. Эти документы помимо уже приведенных мной фрагментов из заявлений прокурорских партнерш содержат весьма любопытные сведения. Вот, к примеру, сугубо секретная "Справка по уголовному делу в отношении Скуратова Ю.И.": "Ю.И.Скуратовым из личной заинтересованности и вопреки интересам службы, общества и государства использовалось свое должностное положение для получения определенных услуг от лиц, проходивших по расследовавшимся Генеральной прокуратурой РФ уголовным делам. Установлено, что хозяином квартиры (речь идет о квартире в здании, где на первом этаже размещается супермаркет "Эльдорадо"; в этой квартире человеку, "похожему на Генерального прокурора", оказывались "интимные услуги". — М.Д.) является родной брат председателя правления одного из банков. Один из свидетелей дал подробные показания о том, что в сентябре 1998 года в ресторане он стал очевидцем разговора между двумя неизвестными лицами и хозяином указанной выше квартиры, в ходе которого последний утверждал, что Скуратов Ю.И. помогает ему и брату решать все вопросы с правоохранительными органами и делает все, что они скажут, а они оплачивают услуги проституток, которых поставляют Скуратову Ю.И. К настоящему времени установлено также, что действительно в 1997—1998 годах в следственном управлении Генеральной прокуратуры находились в производстве 4 уголовных дела, по которым исследовалась законность деятельности ряда банков, в том числе тех, которые возглавлял человек, оплачивавший услуги интимного характера, оказывавшиеся Скуратову Ю.И. Следствие по этим делам до сих пор не завершено. Причины длительности их расследования и обоснованность принимавшихся по ним процессуальных решений будут анализироваться в ходе следствия по настоящему уголовному делу. В настоящее время назначена и проводится комплексная экспертиза с целью определения и идентификации личности и подлинности видеозаписи, фрагмент которой был продемонстрирован по ТВ ночью 18 марта с.г. Вместе с тем уже имеется заключение видеоаудиофоноскопической экспертизы. Согласно экспертным данным, на пленке видеокассеты голос мужчины принадлежит Скуратову Ю.И.". Этот вывод поклонники Генпрокурора уже предвосхитили: дескать, записали голос Юрия Ильича в другом месте и на фальшивую видеозапись наложили. Оно, конечно, возможно. Непонятно только, где это другое место. Не иначе как в другом борделе записывали. Потому как выражения на пленке очень уж специфические. Если то, о чем написано в "Справке", — не коррупция (затягивание расследования в обмен на оплату дорогих проституток), то я, воля ваша, чего-то не понимаю. Но это еще, так сказать, цветочки. Пора познакомиться поближе с другими "фигурантами" — судя по всему, близкими приятелями г-на Скуратова. Фигуранты Собственно, их фамилии уже не раз мелькали в СМИ в связи со скандалом вокруг Генерального прокурора. Однако они по-прежнему умудряются оставаться в тени. То ли надеются на то, что Скуратов устоит и их прикроет. То ли на то, что Скуратов все-таки утонет, но в гордом одиночестве. Конечно, у Юрия Ильича такого интереса нету — своих приятелей сдавать. Ему лишняя групповуха не нужна. Тем более, одна уже есть. Но нам эти господа весьма небезразличны. Мы ведь любим, чтоб если правду, то голую, а если инкогнито, то чтоб обязательно с фамилией. Вот, скажем, персонаж, который в показаниях девушек по вызову обозначен как "Сурен". Он же — хозяин "нехорошей квартиры". По-видимому, речь идет о человеке, которого зовут Сурен Егиазарян. Сей бизнесмен, что называется, "лично известен". И давно. В частности, он проходит по уголовному делу № 18/1718445-97, которое расследует Следственное управление Генеральной прокуратуры. Дело, насколько мне известно, не слишком большое, но и не маленькое. Оно касается руководителей Национального резервного банка. Три года назад руководители провернули хорошее дельце с облигациями внутреннего валютного займа, при этом часть вырученной валюты (около 30 миллионов долларов) осела за границей на счетах контролируемых банком фирм. Согласно материалам следствия, Сурен Егиазарян имел самое непосредственное отношение к одному из таких "дочерних предприятий" — расположенной на Кипре фирме "МЕЛФОРД ОВЕРСИС ЛТД". На ее счета было переведено 1 миллион 300 тысяч долларов. В "Справке", которую я цитировал, говорится о том, что "Скуратов Ю.И. помогает ему и брату решать все вопросы с правоохранительными органами и делает все, что они скажут". "Ему" — это Сурену Егиазаряну. Как вы понимаете, имеется еще и брат. Персонаж куда более значительный. Ашот Егиазарян — председатель правления Московского национального банка. В 1997 году "компетентные органы" получили информацию о мошенничестве с государственными средствами, находившимися на счетах Внешнеэкономического объединения "Проммашимпорт". В результате сложных манипуляций со счетов "Проммашимпорта" "ушло" около 30 миллионов долларов. Этими деньгами расплатились за долги коммерческих структур, учрежденных Московским национальным банком. В мошеннических операциях, по мнению следствия, принимал непосредственное участие Ашот Егиазарян. Весной 1998 года эти материалы, по согласованию с Генеральной прокуратурой, были переданы в ГУБЭП МВД России. И тут стали выясняться прелюбопытнейшие подробности. ГУБЭП раскопал, что еще до мошенничества со средствами "Проммашимпорта" г-н Ашот Егиазарян участвовал в хищении 130 миллионов долларов, принадлежавших Государственной компании "Росвооружение". Часть похищенных денег была переведена в контролируемые фирмы и банки, а 53 миллиона долларов и недвижимое имущество внесены в уставной фонд Московского национального банка. Впоследствии эти деньги и имущество были переданы в собственность ОАО "Русторгцентр" и АОЗТ "Росток", фактический владелец которых — Ашот Егиазарян. Кроме того, ГУБЭП получило данные об участии этого предприимчивого господина в хищении 16 миллионов долларов, выделенных Министерством финансов "Машиноэкспорту". По подложным договорам деньги были переведены за границу в оффшорные зоны, главным образом на Кипр. На основании проведенных ГУБЭПом раскопок Прокуратура Москвы возбудила уголовное дело № 275313. Его передали в следственный отдел Центрального административного округа Москвы. В нем значились конкретные фамилии, в числе первых — Ашота Егиазаряна. И тут произошло нечто совсем уж из ряда вон. По указанию некоего высокого лица из Генеральной прокуратуры (фамилия мне известна) статьи дела № 275313 были изменены на менее тяжкие, а конкретные фамилии заменены на обтекаемое слово "руководители". Еще месяц назад никому из "руководителей" обвинение не предъявлено. Уж не их ли имел в виду г-н Скуратов, когда грозился обнародовать имена главных коррупционеров? Нет, явно не их. Между тем в самой Генеральной прокуратуре имеются два уголовных дела (№ 18/171877-97 и № 18/171845-97), в которых Ашот Егиазарян проходит в качестве свидетеля. Пока — свидетеля. В этих двух уголовных делах доказывается участие Егиазаряна в хищении бюджетных средств. В одном случае — выделенных Московскому региону. В другом — выделенных на финансирование поставок для Индии самолетов МИГ-29. Финансовый романс Ни за что не поверите: Генеральная прокуратура РФ имеет право на осуществление коммерческих операций! Даже не знаю, с чем это можно сравнить. Ну вот как если бы при МУРе открыть ломбард. Или при РНЕ — синагогу. За это право бился еще небезызвестный Ильюшенко. Но оказался в "Лефортово". А право — осталось. И расцвело как раз при г-не Скуратове. Осенью 1995-го и весной 1996-го Генеральная прокуратура РФ получила от Московского национального банка два кредита (копии кредитных договоров у меня имеются). Первый — на 81 с половиной миллиард рублей (неденоминированных) под 91% годовых, второй — на 25 миллиардов под 50%. Притом что ставка рефинансирования составляла тогда примерно 170%. Коммерческие же банки, к коим относится и Московский национальный, ссужали клиентов под 300—400% годовых. А то и под 500. С чего же вдруг — такое снисхождение к Генеральной прокуратуре? Уж не в надежде ли на будущее снисхождение с ее стороны? В этих двух кредитах есть еще одна любопытная деталь. Суммы немалые, под них нужен поручитель. Такой поручитель нашелся: Министерство финансов РФ. Именно оно выплатило МНБ всю сумму первого кредита вместе с процентами. Что стало со вторым кредитом, никому неведомо. Сухая фраза экспертной справки гласит: "Суммы и даты реальных платежей в погашение кредита неизвестны". Короче говоря, по мнению экспертов, Московский национальный банк заработал тогда на этой финансовой операции с участием Генеральной прокуратуры не менее 100 миллиардов рублей. Или, округло выражаясь, более 22 миллионов долларов. А прокуратуре это зачем? — спросите вы. Ну, тому же Скуратову? Хорошо, конечно, помочь обогатиться своим приятелям, господам Егиазарянам. Но ведь не настолько же! Не знаю. Девушки по вызову — единственное, о чем стало известно, так сказать, широкой общественности. А что там еще — кто ж его знает... Между прочим. В недавнем интервью Юрий Ильич особенно резко высказался в адрес Центробанка: "Надо разобраться со статусом Центробанка. На ГКО ЦБ заработал, и будь здоров как!" Мне в общем-то не с руки защищать ведомство г-на Геращенко. Я не раз писал о Центробанке весьма критически. Однако в данном случае необходимо заметить: следствие проверяет также версию о том, что давление Скуратова на Центробанк было вызвано желанием сохранить лицензии на осуществление финансовой деятельности для тех банков, к которым руководство Генпрокуратуры испытывает искреннее расположение. Каста неприкасаемых Стало быть, с г-ном Скуратовым у нас теперь два уголовных дела имеются. Одно — это которое он сам инициировал в связи с нарушением неприкосновенности его частной жизни. А другое — которое против него: за злоупотребление должностными полномочиями. На днях к нему на дачу два следователя приезжали. Один — по первому делу, другой — по второму. Так вот, с одним Юрий Ильич побеседовать соизволил, а с другим — наотрез отказался. Нету, говорит, такого закона — против меня дело возбуждать. И самое интересное, что он таки, похоже, прав. Статья 42 Федерального Закона о прокуратуре гласит: "Любая проверка сообщения о факте правонарушения, совершенного прокурором или следователем органов прокуратуры, возбуждение против них уголовного дела (за исключением случаев, когда прокурор или следователь застигнут при совершении преступления), производство расследования являются исключительной компетенцией органов прокуратуры". Теперь давайте переведем. Если кратко, то перевод такой: что бы прокурорский чин ни сделал, судить о том может только другой чин того же ведомства. А какой это — другой чин? Правильно: вышестоящий. А ежели речь идет о Генеральном прокуроре? На этом месте любая веревочка, даже канат, пусть он хоть трижды обовьется вокруг Генпрокурора, обязательно рвется. Вот ведь и в нашем случае. Застигнут во время своих утех г-н Скуратов не был, а все прочее необходимо доказывать. Причем доказывать может только вышестоящий прокурор. А его, вышестоящего, нету. Не знаю, кто именно из прокурорских этот закон писал, но явно не дурак был. Для себя старался. Таким образом, получается у нас с вами, граждане, забавная история. Получается, что прокуратура у нас абсолютно бесконтрольна и безнаказанна. Этакое государство в государстве, со своими законами и уставом. И попробуйте сунуться к ним с нашими, стало быть — с государственными законами: сожрут и костей не оставят. В новейшей нашей истории столь же широкими внеконституционными правами обладал лишь достославный Комитет госбезопасности. Но у того была, извините, идеология, а также "партия — наш рулевой". И уж главного рулевого, да даже и боцманскую команду, Политбюро, Комитет ослушаться не смел. А нынче прокуратуре нашей никто не указ. Хоть бы и сам Президент. Ну разве что товарищ Илюхин. О контроле я уж и не говорю. Ну кто будет прокуратуру контролировать? Общественность? Да плевать они на нас с вами хотели! Прокуроры. В особенности — генеральные. Теперь, однако, г-н Скуратов на сенаторов сильно уповает. И в этом уповании, доложу я вам, тоже свой резон имеется. Ведь почему сенаторы, по большей части — председатели законодательных собраний, за г-ном Скуратовым скалой встали? Да потому что свой он, Скуратов. У них — та же бесконтрольность и безнаказанность. И девочки. Хочешь — в бане, а хочешь — в "Эльдорадо". "Эльдорадо" всюду найдется. Так что, смею предположить (и предположения мои — не беспочвенные), на многих сенаторов подобный компромат имеется. Вот они и опасаются. Прецедента не хотят допустить. Камешек этот только брось — круги потом не сосчитаешь. Между тем Юрий Ильич в своих взаимоотношениях с Советом Федерации ведет себя вполне ожидаемо. Как и надлежит руководителю коммерческой структуры. Он торгуется. Дескать, вы меня Генеральным оставьте, а я вам тогда все дела по коррупции до благополучного конца доведу. По-видимому, до такого же, что и дела братьев Егиазарян. Позиция у г-на Генпрокурора по меньшей мере странная. Те дела по коррупции, которыми он все время козыряет, — они что, у него в кармане? И почему законное расследование должно зависеть от весьма небезупречного госслужащего, каковым, судя по всему, является г-н Скуратов? Да хоть бы и безупречного. Без него все рухнет? Так еще тов. Сталин говаривал: "Незаменимых у нас нет". А по-моему, так без Скуратова хуже не станет. Хуже некуда. Теперь вот в недрах Совета Федерации очередная комиссия создана. Будет решать, сможем мы без Юрия Ильича обойтись или никак. А ей бы, этой комиссии, работу Генеральной прокуратуры проверить. И попытаться изменить законодательство о "государевом оке", каковое ("око"), как выясняется, вне Закона и над Законом. Пока же получается вот что. У сенаторов — свои задачи. Им от центра больше денег нужно и самостийности. Самостийность уже обещана, а с деньгами, видно, еще плохо. Скуратов тут — хорошая карта. Козырная. И для думских "левых" Юрий Ильич годится. На кону — импичмент, лишняя склока с Президентом не помешает. Есть свои резоны и у президентской команды. Сказка про строптивого прокурора, который-де не устраивает Кремль по причине излишней принципиальности, — это для нас с вами. В Скуратове и на грош принципиальности нету. Безвольный человек, запутавшийся в двух бизнесменах и трех девушках по вызову. На этом фоне бескомпромиссность Кремля выглядит хоть куда. И вот они там кувыркаются, все в белом. А мы — сами знаете в чем. Наблюдаем. Хоть противно все это и надоело уже до черта. А куда деваться? Да, чуть не забыл. Относительно нашего, так сказать, "героя". Он теперь отдыхает. Сильно устал от борьбы с коррупцией. Даже, я слышал, за границу собирается. На продолжительный отдых. Как бы к экстрадиции не пришлось прибегнуть.



Партнеры