БОРОДА В КЕРОСИНОВОЙ ЛАМПЕ

14 мая 1999 в 00:00, просмотров: 248

— Камеры нашей главной кабульской тюрьмы Пули-Чархи пустуют. Никто там не задерживается. За воровство, прелюбодеяние и до умышленного убийства — расстрел, виселица, ампутация рук и ног. Ну или наезд танком... ...На полпути, когда проезжали по горному серпантину мимо какой-то деревушки, сопровождавший нас талиб неожиданно бросил: — Стоит мне сообщить местным, что среди нас — русский, как от тебя ничего не останется, — выдержав паузу, он успокаивающе добавил: — Не бойся. Я лично отвечаю за твою голову. Потом все оказалось наоборот. Многие кабульцы, узнав, что мы из России, сразу начинали, улыбаясь во всю ширину рта, демонстрировать свой русский язык. И жалеть, что шурави ушли: "При вас был порядок". В одном учреждении мне даже показали письмо с Урала от группы бывших советских воинов, служивших в Афганистане. Ребята собирались в счет отпуска приехать и помочь разминировать окрестности Кабула. "Пришлось отказать, — объяснил чиновник. — Мы не могли рисковать их жизнями". Кабул вообще напоминает Сталинград. Везде пепелища, уцелевшие дома можно пересчитать по пальцам. В разговоре на улицах каждый считал своим долгом подчеркнуть: "Не ваша работа. Это наши разрушили в борьбе за власть". Главный милиционер Всеми фибрами души Омар ненавидит Кабул. Именно Кабул служит "рассадником ненавистной западной культуры". А главное — его населяют не только пуштуны, как сам Омар, но и таджики, туркмены и хазарейцы. Сам мулла выступает за "монолитный", то есть пуштунский Афганистан. У Омара две мечты: навязать стране мир и шариат. И страну, видимо, по этой причине переименовали в "Исламский эмират Афганистан". Кандагар — малая родина 41-летнего Мохаммада Омара. Именно в Кандагар он перенес "духовную и политическую" столицу нового мусульманского государства Талибания, охватывающего 90 процентов Афганистана. Кабул теперь — столица чисто на словах. Священный полководец. Этот титул Омару дан за непримиримую борьбу против Советской армии, в боях с которой он был четырежды ранен и потерял правый глаз. Талибы любят вспоминать о временах, когда мулла впервые поднял знамя джихада, — у него едва набралось 30 последователей. Вообще талибы были взращены задолго (еще за два года) до прихода в Афганистан советских войск — усилиями тогдашнего соседа-диктатора Зия-уль-Хака. Как бы то ни было, в конце концов радикалов сплотил вокруг себя Мохаммад Омар, недоучившийся семинарист. Отсутствие диплома не помешало ему стать настоятелем мечети в деревушке под Кандагаром. Из скромности он никогда не называл себя муллой — "человеком, который распространяет знания". Арабское "талиб" значит не столько "студент", сколько "человек, находящийся в постоянном поиске знаний и передающий их другим". Отсчет современной истории здесь ведется с октября 1994 года, когда еще не организованному и в то время плохо вооруженному 25-тысячному отряду "студенческой милиции", ведомому двенадцатью бородатыми клерикалами в черных тюрбанах, удалось нанести сокрушительное поражение войскам премьер-министра Гульбеддина Хекматияра. Это произошло под уездным городком Спин-Болдак в южном Кандагаре. Несмотря на высокое духовное звание, Омар явно слабоват в письме вообще и подготовке богословских трактатов в частности. Плохой оратор, которому мешает косноязычие, в публичных выступлениях никогда замечен не был. Это не мешает, однако, сторонникам искренне верить в духовную силу лидера. Мулла не выносит дипломатов, в первую очередь работников ООН. Еще пуще ненавидит пишущую братию. До интервью он снисходит иногда — с одним и тем же пакистанским журналистом. Тот тоже пуштун по национальности и в своих материалах не забывает превозносить скромный образ жизни "отца". Родной Кандагар Омар превратил в самую изолированную в мире столицу. Где и живет безвыездно. Вождям ничто человеческое не чуждо. Сперва жилищем своим Омар избрал бомбоубежище, затем переселился в специально построенный для него особняк. Вместо двух телохранителей, как прежде, вокруг его дома постоянно дежурит взвод охраны. Мало ли что — из 12 "исламских апостолов", основавших с ним движение, в живых осталось всего пятеро. Стал ездить на дорогом "Лэнд-крузере" с затемненными стеклами. В бомбоубежище, бывало, принимал гостей, сидя на полу, скрестив ноги по-турецки. Теперь на совещаниях встречает их на кровати в той же позе, гости же располагаются на ковре. Приговор суда — "наезд танком" Вообще у афганцев очень красивая улыбка. Но редкий человек видел на лице фундаменталиста (не афганца, нет!) улыбку. Смеха не слышал никто. В своем религиозном фанатизме они разучились выражать эмоции. Кабульцы платят талибам той же монетой ненависти и неприязни. Причин много. Комендантский час, из-за которого замерла ночная жизнь. Талибы отбросили страну на 600 лет назад. Запрещены музыка, спорт, кино и фото, телевизоры, радиоприемники, спектакли — все зрелища. Но как может правоверный мусульманин-торговец, без напоминания полиции нравов и так ежедневно совершающий пять намазов, уважать талибов, если в его магазине давно не видели ни одного "живого" покупателя? На знаменитой Чикен-стрит, где раньше в сотнях лавок продавали домашнюю птицу, безлюдно, как в пустыне. Владелец магазина Хаджи Нур Мохаммед пожаловался нам, что за год не продал ни одного ковра. Чтобы кое-как свести концы с концами, горожане вынуждены сбывать и фамильные драгоценности, и домашнюю утварь. Справедливость требует отдать талибам должное в борьбе с криминалом. В этом деле они действительно преуспели, и верховный судья Афганистана Саид РЕХМАН доволен: — Камеры главной нашей тюрьмы Пули-Чархи, что в восточном пригороде Кабула, полупусты, — говорит он нам. — Мало кто там задерживается. За различные преступления — от воровства и адюльтера до умышленного убийства — в течение 2,5 лет нашего пребывания в Кабуле экзекуции подверглись свыше 2 тысяч человек. При этом используются разные формы. Расстрел, эшафот, ампутация рук и ног и наезд танком. Часто приговоренных к "вышке" забрасывают камнями — так требует Коран. Чтобы простому люду, так сказать, не было скучно, совершаются казни на единственном в городе стадионе. Присутствие женщин всячески поощряется. Женщины мало того что обязаны носить длинную, до пят, бурку и смотреть на мир сквозь плотную вуаль, так им еще нельзя носить белые чулки, "дабы не смущать взора мужчин" (как будто под буркой они видны). Все женщины в начальных и средних школах, составлявшие некогда 70 процентов среди учителей, уволены. Остались без работы преподавательницы медицинского колледжа. Вместо них наняты работавшие в больницах медбратья. Перевоспитаются ли на "талибский" лад 40 тысяч военных вдов, оставшихся ныне без средств к существованию? Из-за изгнания талибами из страны семь месяцев назад работников международных гуманитарных миссий в поисках пищевых отходов ежедневно на свалках копошатся 35 тысяч сирот. Это — в одном только Кабуле. Повезло, можно сказать, 700 детям в возрасте от 5 до 15 лет, нашедшим кров в единственном доме призрения без холодной воды, туалета и света. Живут по 15—20 человек в комнате. В полуразрушенном здании университета, некогда представлявшем гордость столичной архитектуры, вдвое меньше студентов, чем до прихода фундаменталистов. Учиться, по крайней мере сейчас, не резон. Все равно потом работу не найти. Вообще о своей внутренней жизни и проблемах фундаменталисты предпочитают умалчивать. Однако далеко не все спокойно в их стане. Дважды за последний год поступали сведения о попытках переворота. В разгар крупномасштабного наступления на оппозицию в сентябре прошлого года был раскрыт заговор, в результате которого за решеткой оказались 55 военных. На почве клановой принадлежности даже в "сплоченной" верхушке наметился раскол. Более или менее либерально настроенных мулл возглавляет номинальный лидер страны, "президент Исламского эмирата" Мохаммад Раббани, чья резиденция расположена в Кабуле — подальше от Омара. Наркота Экономика в Афганистане отсутствует. Не существует. Это единственная в мире страна, которая десять лет не имеет бюджета. Банки, кроме Центрального, давно не функционируют. За исключением Пакистана и Туркменистана, никто не решается торговать с талибами. Валюты нет. Вот и приходится финансистам Центробанка в рабочее время читать священные книги, приводить в порядок бороду или слоняться без дела. Согласно официальной "фетве", борода должна плотно вмещаться в стеклянную колбу керосиновой лампы. Иначе — порка плетьми. Исключение делается только для работников ООН. А вот меня и китайского коллегу, несмотря на наличие охранной грамоты из самого Кандагара, полиция задержала на улице и около часа допытывалась, почему бритые. Хотя какая у китайца может быть борода? Роль банков взяли на себя уличные менялы, мешками предлагающие бумажные купюры. Инфляция галопирует по часам. Все помыслы и усилия властей направлены на войну с оппозицией, то есть с Ахмад Шахом Масудом. Откуда же берутся деньги на ее продолжение? Ларчик открывается просто — наркотики. По производству и обороту гашиша и героина "серебряный полумесяц" Талибании давно превзошел знаменитый "золотой треугольник" в составе Бирмы, Таиланда и Лаоса. Согласно последнему докладу экспертов ООН по контролю за наркотиками, за тайное покровительство, оказываемое талибами наркодельцам, в 1997 году они получили 20 миллионов долларов. Сумма не бог весть какая, но имеются ведь и другие формы скрытого вымогательства. Как известно, в марте непримиримые противники все-таки сели в Ашхабаде за стол переговоров. Но теперь стало ясно, что все это время обе стороны активно готовились к одиннадцатому сезону гражданской войны. По печально установившейся традиции, сражение возобновляется во второй половине апреля. Сейчас в центре Афганистана, вокруг Кабула вновь развернулись ожесточенные бои. собкор. РИА "Новости" — для "МК", Кабул—Исламабад.



Партнеры