ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ПРЕДСЕДАТЕЛЮ ПРАВИТЕЛЬСТВА РФ, МИНИСТРУ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РФ С.В.СТЕПАШИНУ

20 мая 1999 в 00:00, просмотров: 257

Сергей Вадимович! В минувшую пятницу, 14 мая, я был задержан сотрудниками МВД по подозрению в использовании якобы поддельных документов. И хотя выяснить, поддельные ли документы лежали у меня в кармане или настоящие, легче легкого — достаточно было запросить соответствующие ведомства — я был препровожден в ОВД "Покровское-Стрешнево". Операцией руководил спешно прибывший на место заместитель начальника Главного управления угрозыска МВД генерал Давыдов. Той же ночью в отношении меня было возбуждено уголовное дело по статье 327 УК (подделка документов). Я был брошен в камеру изолятора временного содержания. Утром у меня дома сотрудники милиции провели обыск. Уже с самых первых минут мне стало понятно, что имеет место провокация, организованная вашими подчиненными — "героями" моих газетных публикаций. Теперь, узнав обо всех обстоятельствах "задержания", я утверждаю это категорически. Сергей Вадимович! Мне искренне хочется верить, что Вы не имели к этой провокации никакого отношения, что это дело рук совсем других людей, носящих, впрочем, генеральские погоны. Тем не менее есть ряд вопросов, ответить на которые, кроме Вас, министра, не может никто. 1. Действительно ли в тот день сотрудники Оперативно-поискового управления МВД вели за мной наружное наблюдение? На каком основании? Кто и почему оформлял "наружке" задание на меня? 2. Действительно ли экипаж ГУ ГИБДД МВД был оперативно вызван по тревоге для того, чтобы под любым предлогом задержать меня? (Подчеркиваю — именно Главного управления ГИБДД МВД, а не Московского; очевидно, столичным патрульным организаторы провокации не доверяли.) 3. Действительно ли экипаж ГУ ГИБДД МВД ждал мою машину на пересечении Ленинградского проспекта и улицы Алабяна, и после того, как инспекторам была задана цель, они приступили к выполнению приказа? 4. Действительно ли в патрульную машину ГУ ГИБДД МВД пересел кто-то из сотрудников МВД с тем, чтобы на месте контролировать операцию? (В дальнейшем этот человек, находящийся в автомобиле ГИБДД, исчез — он не приехал в ОВД "Покровское-Стрешнево", не фигурирует ни в одном из рапортов и протоколов.) 5. Действительно ли мой разговор с остановившими меня сотрудниками ГИБДД фиксировался на аудио- или видеопленку? В связи с чем в отношении меня проводились оперативно-технические мероприятия? Имеется ли санкция суда, как того требует закон? Почему эти записи не приобщены к материалам дела? 6. Почему на место происшествия приехал не представитель ГУВД, как я того требовал, а замначальника ГУУР МВД? Требовалось ли участие столь высокопоставленного лица в решении такого незначительного вопроса? Не кажется ли Вам странным, что целый заместитель начальника главка МВД, генерал весь пятничный вечер, до 3 часов ночи, провел в отделении, ведь генералы МВД не выезжают даже на убийства? 7. Действительно ли генерал Давыдов, ссылаясь на указание руководства МВД, потребовал от сотрудников ОВД "Покровское-Стрешнево" и УВД Северо-Западного округа ни в коем случае не выпускать меня на свободу, возбудить уголовное дело и отправить в камеру? 8. Действительно ли зам. начальника ОВД "Покровское-Стрешнево" по следствию отказался приезжать в отделение и возбуждать дело, и тогда был вызван начальник следственной части УВД СЗАО подполковник Морозов? Действительно ли подполковник Морозов "прикрыл" дежурного следователя, заявив, что возбудит дело сам, так как выслуга у него уже есть, а портить жизнь молодому следователю ни к чему. 9. Действительно ли генерал Давыдов звонил по телефону заместителю министра внутренних дел Рушайло и докладывал об успешном выполнении приказа? 10. Почему, когда обеспокоенные моим отсутствием люди начали меня искать и дежурный по городу запросил все отделения милиции, не задерживал ли меня кто-то, дежурный по ОВД "Покровское-Стрешево" ответил отрицательно? 11. Действительно ли в ОВД "Покровское-Стрешнево" находился доверенный сотрудник генерала Рушайло, надзирающий за ходом событий? 12. Действительно ли этот (или другой?) посланец Рушайло приезжал на следующий день в ИВС, где я содержался, и требовал от следователей организовать встречу со мной? 13. Действительно ли основной целью обыска было найти материалы компрометирующего характера на высокопоставленных должностных лиц и в первую очередь на Рушайло, Березовского и Дьяченко? 14. Действительно ли заместитель министра внутренних дел Рушайло давал указание не выпускать меня из ИВС, что бы ни случилось, до понедельника? 15. Действительно ли Рушайло и начальник ГУУР Храпов распорядились отсечь от моего дела сотрудников столичной милиции и делать все исключительно руками МВД? 16. Действительно ли в камеру ко мне был подсажен агент, которому следовало спровоцировать меня на откровенность и запугать милицейскими "ужасами"? 17. Кто из сотрудников милиции и по какому праву передал в СМИ ксерокопии изъятых у меня удостоверений личности? 18. Почему сегодня, когда уже установлено, что имеющиеся у меня документы не поддельные, а подлинные, и были выданы мне официальными должностными лицами, уголовное дело не прекращено? На каком основании сотрудники Главного следственного управления при ГУВД, которое одновременно подчиняется и МВД, продолжают сбор материала на меня? В частности, допрашивают прежнюю владелицу моей автомашины (!). 19. И последнее. Если все вышеизложенное имеет под собой хоть малейшее основание, возникает логичный вопрос: есть ли на меня в МВД какая-либо разработка? В какой связи она была заведена? В чем я подозреваюсь? Сергей Вадимович! Вы человек грамотный, доктор наук. Разумеется, знаете закон "Об оперативно-розыскной деятельности", как Отче наш. А значит, помните и статью пятую настоящего закона: "Лицо, полагающее, что действия органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, привели к нарушению его прав и свобод, вправе обжаловать эти действия в вышестоящий орган, прокуратуру или в суд. Лицо, которое располагает фактами проведения в отношении его оперативно-розыскных мероприятий и полагает, что при этом были нарушены его права, вправе истребовать от органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, сведения о полученной о нем информации. В случае, если будет отказано в предоставлении запрошенных сведений или если указанное лицо полагает, что сведения получены не в полном объеме, оно вправе обжаловать это в судебном порядке". Сергей Вадимович! Вы не раз говорили, что закон для Вас превыше всего. Что МВД и Вы лично находитесь вне политики, не зависите от каких-либо финансово-политических группировок. Мне очень хочется, чтобы сегодня Вы доказали это на деле. Александр ХИНШТЕЙН, политический обозреватель "МК".



Партнеры