ТАКИЕ ЛЮДИ — И БЕЗ ОХРАНЫ!..

25 мая 1999 в 00:00, просмотров: 575

Теперь мы боремся за права человека. И не абстрактно, так сказать — в общем, а за вполне конкретные права вполне конкретного человека. Вы его знаете. НАШ НЕПРОСТОЙ СОВЕТСКИЙ ОМБУДСМЕН Омбудсмен. В ряде буржуазных стран — специальное должностное лицо парламента, наблюдающее за законностью действий государственных органов и соблюдением прав и свобод граждан. Словарь иностранных слов. Как там у нас с правами человека? Куда-куда идти?.. Нет, вы погодите. Что значит — "какими такими правами человека"? Теми самыми. Основополагающими. Краеугольными, как булыжники для пролетариата. Лично мне кажется, что у нас с этими правами хорошо. Плохо — без них, но это уже другой вопрос. А хорошо у нас с ними потому, что компетентные товарищи хранят по сему поводу молчание. Если сказать нечего — значит, с этим делом все в порядке. Главный же компетентный товарищ у нас в данном вопросе — Уполномоченный по правам человека. Слышали о таком? Нет? Стало быть, у вас все хорошо. А Уполномоченный между тем имеется. Товарищ Миронов Олег Орестович. Коммунист. И не просто, а член ЦИК КПРФ. Однодельцы давно Миронова продвигали. Сначала хотели его в Конституционный суд пристроить. Судьей. Не получилось. А тут как раз выяснилось, что бывший политзек Сергей Адамович Ковалев в качестве Уполномоченного по правам человека никого не устраивает — ни левых, ни правых. Слишком въедлив. Вот и стал главным правозащитником страны Олег Орестович. Дескать, ни вреда от него, ни пользы, а должность такая должна быть: без нее нас в цивилизованное общество не пускают. Впрочем, кое для кого эта должность оказалась весьма полезной. Для тех же коммунистов, к примеру. Ну как же: их подельник — и правами человека заправляет! Еще не так давно само это словосочетание — права человека — товарищи слышать не могли, в лагеря за него сажали. А теперь — будьте любезны. Олег Миронов приступил к исполнению своих обязанностей в конце мая прошлого года. Приступил резво. Я бы сказал — с желанием. Прямо-таки сразу засучил рукава, и за дело. Перво-наперво новый Уполномоченный зачитал присягу: "Клянусь защищать права и свободы человека и гражданина, добросовестно исполнять свои обязанности, руководствуясь Конституцией Российской Федерации, законодательством Российской Федерации, справедливостью и голосом совести". После этой пионерской клятвы Уполномоченный приступил собственно к работе. Впрочем, не сразу. Ведь сначала нужно было создать Структуру. И тов. Миронов ее создал. Чего-чего, а это коммунисты умеют. При Сергее Адамовиче Ковалеве штат Уполномоченного по правам человека состоял из четырех человек. Несмотря на столь незначительную численность "аппарата", о его деятельности знала практически вся страна. И вовсе не потому, что Ковалев себя рекламировал — этот человек органически чужд рекламе. Просто наши сограждане знали: если тебя преследуют власти, если над тобой издевается начальство или "органы правопорядка" — у Ковалева можно найти защиту. Штат омбудсмена Миронова посерьезнее — более 120 человек. Пока. Говорят, вскоре будет 300 сотрудников. А почему нет? Уж если делать, то по-большому. Все исправно получают зарплату, и немалую. Да и у Олега Орестовича оклад жалованья — 8000 рублей (у министра — 6000). Персональную зарплату тов. Миронову положил лично Президент. Оно и понятно: должность Уполномоченного хлопотная, без персонального оклада голоса совести совсем не слышно будет. Но уж зарплату свою тов. Миронов отработал. Развернулся на славу. В аппарат Уполномоченного по правам человека Российской Федерации входят: секретариат; общий отдел; управление делами; планово-экономический отдел; отдел кадров; бухгалтерия; отдел транспорта, связи и материально-технического обеспечения. Это далеко не все. К примеру, существовал в аппарате нашего омбудсмена отдел по охране государственной тайны. Ну вот скажите мне: какие могут быть гостайны в области прав человека? Разве что тайну составляет как раз отсутствие этих самых прав. В конце концов кто-то все-таки догадался (может быть, даже сам Олег Орестович), что существование такого отдела в штате омбудсмена — нонсенс. Думаете, ликвидировали отдел? Ничего подобного: переименовали. Теперь он называется просто, без затей — орготдел. Функции остались те же. Какие именно, не знаю. Секрет. А еще у тов. Миронова есть пресс-служба. Из шести человек. И отдельно — пресс-секретарь. Итого — семеро. Вот плод их труда: шикарная книга (язык не поворачивается назвать это произведение полиграфического искусства брошюрой) под названием "Доклад о деятельности Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в 1998 году". 80 страниц, крупный шрифт, роскошная бумага. На первой странице, сразу под обложкой — цветной двуглавый орел. А на следующей странице — одноглавый тов. Миронов. Но тоже цветной. И это все, что можно сказать об этой, извините, книге. Впрочем, кое-что добавлю. Доклад полностью был опубликован в "Российской газете", поэтому выход сего бестселлера отдельным изданием вызывает, мягко говоря, недоумение. К тому же издание это как бы нелегальное: выходные данные отсутствуют полностью, что противоречит российскому законодательству. Как мне удалось узнать, тираж книги — не слишком большой, но и не маленький — 2 тысячи экземпляров. И вроде бы осуществление этого тщеславного замысла тов. Миронова обошлось нам всего-то в 120 тысяч рублей. А "нам" — потому что Олег Орестович не свои денежки на это дело пустил, а бюджетные. То есть наши. Но книга — это так, мелочь. Больше для души. А для работы прежде всего нужна связь. Нет, не в смысле "Эльдорадо", а в смысле телефонов. Тов. Миронов потребовал у Администрации Президента 10 аппаратов спецсвязи: АТС-1, АТС-2 и ПМ. Поставили. Ну как же заботиться о правах человека без спецсвязи? А без спецсвязи "Кавказ" для автомобиля Уполномоченного (Audi A8)? Тоже никак нельзя. Решит, к примеру, Президент поинтересоваться, как там у нас с правами человека, а тов. Миронов в этот момент как раз в машине едет. Неудобно получится. О такой мелочи, как сотовые телефоны, я уж и не говорю. Олег Орестович затребовал их у ФАПСИ в количестве 7 штук. Для себя. Ну, это понятно. Для Руководителя Аппарата Уполномоченного (все с прописных букв, так в документе. — М.Д.). Для Первого заместителя Руководителя Аппарата — Управляющего делами Уполномоченного. Для Руководителя Секретариата Уполномоченного. И так далее. Тоже понятно. Телефоны, как вы понимаете, выдали, они исправно функционируют. Ясное дело, за наш счет. Но с одним атрибутом вышла осечка. "В целях безопасного и оперативного передвижения по г. Москве прошу Вашего разрешения о выдаче на мой служебный автомобиль Audi A8 предписания на транспортное средство с установкой специальных сигналов и условных опознавательных знаков в виде фар синего цвета. О.О.Миронов". Насчет "предписания" (проще говоря, спецталона, который не дает права работникам ГИБДД и милиции осмотреть машину или даже просто потребовать документы у водителя. — М.Д.) не уверен. Наверное, все-таки выдали. А вот спецсигналы и "условные опознавательные знаки в виде фар синего цвета" — ну никак! Уж куда только тов. Миронов со своей просьбой не обращался! И к руководству ГИБДД, и в МВД, и в Администрацию Президента... Не дают. Ну, бюрократы, сами знаете. Как же можно, чтобы права человека — и без спецсигналов с опознавательными знаками? Но я думаю, Олег Орестович своего добьется. Я даже уверен. Он настойчивый. Связь тов. Миронов любит не только телефонную. Вообще-то он предпочитает личные контакты. Особенно с зарубежными товарищами и коллегами. Ковалев за год работы Уполномоченным по правам человека выезжал за границу в этом качестве лишь однажды — в Португалию на международный съезд омбудсменов. В остальное время он по большей части сидел в Грозном. Тоже за границей, но не настолько. Не скрою, Олег Орестович по "горячим точкам" поездил. Во Франции был. В Швеции. На Мальте. Учился защищать права человека в Перу. Почему в Перу? Наверное, ничего поближе и получше не нашлось. Дыра, одним словом. Так что не будем завидовать. Или вот, к примеру, Польша. Да лучше на каторжные работы, чем туда! Ни шопинга тебе приличного, ни позагорать. А тов. Миронов — ничего, поехал. Для "изучения опыта проведения мониторинговых исследований". И не только сам поехал, но сотрудников своих на эту каторгу потащил: Управляющего делами, начальника отдела кадров, начальника общего отдела, да еще двух секретарш. Чтоб служба медом не казалась. Представляете себе: начальник отдела кадров, изучающий "опыт проведения мониторинговых исследований". Представили? Или вот та же Куба. Олег Орестович только-только оттуда вернулся. Чем не "горячая точка"? Там же жарко. В буквальном смысле. Тов. Миронов прямо почернел весь. От горя. Потому как получилось, что зря проездил. Полторы недели там отбыл — и ничего. Никаких инакомыслящих, говорит, на Кубе нету, в тюрьмах одни уголовные преступники сидят. Ну прямо благодать. Как при советской власти. При ней тоже никаких диссидентов не было. Одни уголовники. Кстати. Пока тов. Миронов на "Острове свободы" о правах человека пекся, в Москве большая правозащитная конференция проходила. На нее съехались уполномоченные по правам человека в субъектах Федерации. А Олег Орестович как раз на Кубе. Небось телеграмму прислал. Дескать, мысленно с вами. Нет, вы не подумайте: по своей отчизне тов. Миронов тоже поездил. Дважды. В Саратове был и в Астрахани. Ну, в Саратове — это понятно. Можно сказать, почти родной город. А в Астрахань зачем его понесло? И почему именно туда? Не иначе как с инспекцией осетрового хозяйства. Беспокойные сердца эти правозащитники. Если у вас создалось впечатление, будто наш омбудсмен только и любит, что ездить в гости за наш счет, то вы не правы. Приглашать к себе гостей тов. Миронов тоже любит. Счет, правда, от этого не меняется. А он, между прочим, немаленький. Совсем недавно, в марте, Олег Орестович принимал Уполномоченного Верховной Рады Украины по правам человека г-жу Карпачеву. Принимал не у себя дома: г-жа Карпачева и двое сопровождавших ее лиц в течение пяти дней жили в "Президент-отеле". Сама Уполномоченная, ясное дело, в "люксе" (300 долларов в сутки), а сопровождавшие — в номерах поскромнее, одноместных (265 долларов в сутки за каждый номер). Кто платил? Да мы с вами и платили. Истинные правозащитники могут пребывать только в самой фешенебельной гостинице Москвы. А как же иначе? Иначе не престижно. А почему бы, спросите вы, тов. Миронову не принять своих украинских коллег у себя дома? Так сказать, по-семейному? Условия не позволяют. Вообще-то квартирным вопросом, который, по выражению профессора Воланда, всех нас сильно испортил, профессор Саратовского юридического института тов. Миронов начал заниматься давно. Считай, с 93-го года, когда он был избран депутатом Государственной Думы от КПРФ и поселился в Москве. Надо полагать, навечно. В депутатском районе Митино Олег Орестович получил трехкомнатную квартиру для себя и однокомнатную для сына. В Саратове у него оставались две кооперативные квартиры. Их, как гласит молва, тов. Миронов продал, а депутатские — приватизировал. Все это — обычное дело для рядового депутата из фракции КПРФ. Но не для омбудсмена. К обязанностям Уполномоченного по правам человека тов. Миронов приступил в конце мая прошлого года. А уже 19 июня на имя Управляющего делами Президента РФ поступила депеша за №ОМ 55: "В письме на имя Президента РФ Б.Н.Ельцина в числе первоочередных нужд, связанных с обеспечением деятельности Уполномоченного по правам человека в РФ, содержалась просьба о выделении квартир для Уполномоченного по правам человека в РФ О.О.Миронова: — одна четырехкомнатная и одна однокомнатная квартира. Убедительная просьба рассмотреть возможность ускорить решение данного вопроса. Оплата за приобретение данных квартир будет произведена при открытии финансирования деятельности Уполномоченного по правам человека в РФ Министерством финансов РФ. С уважением, О.О.Миронов". Ясное дело: без четырехкомнатной и однокомнатной квартир (в дополнение, напомню, к уже имеющимся) обеспечить деятельность омбудсмена невозможно. Первоочередная нужда. И с оплатой тоже все ясно: мы и оплатим. Насколько мне известно, Управляющий делами Президента пошел навстречу. Ну как не пойти? Права человека... Короче говоря, вроде бы выделены тов. Миронову требуемые каморки в суперэлитном доме по Трехгорному переулку. Дом этот вот-вот будет сдан, охотников до него много. Конституционный суд, к примеру, просил хотя бы одну квартирку для кого-то из своих, но суду обломилось. Ведь главное для нас что? Правильно: благополучие Уполномоченного по правам человека. Вышеприведенной заявкой на жилье Олег Орестович не ограничился. Спустя три недели омбудсмен настоятельно просит решить вопрос о предоставлении ему служебной зимней дачи. Ясно дело — "в целях обеспечения деятельности Уполномоченного по правам человека". Как я слышал, просьба не осталась без удовлетворения. Справедливости ради должен отметить, что тов. Миронов старался не только ради себя. В заявках относительно квартир и зимних дач фигурирует практически все начальство аппарата Уполномоченного: руководитель аппарата, руководитель секретариата, первый заместитель руководителя аппарата, руководитель пресс-службы. Но на первом месте, конечно же, — сам. Лично. Омбудсмен. Вроде бы у всех перечисленных с жильем и дачами теперь все в порядке. Относительно рядовых сотрудников аппарата Уполномоченного — не знаю. Но сомневаюсь. У них, у рядовых, вообще как-то не радужно. Настолько, что они собрались даже слиться в профсоюзе. Но тут тов. Миронов стоит насмерть и не допускает создания во вверенном ему коллективе профсоюзной организации. Оно и понятно: профсоюзы — школа коммунизма, поэтому права — только для однопартийцев. Остальные перебьются. Да, не забыть бы еще об одном: как тов. Миронов насчет личной охраны для себя хлопотал. Правда, тут у него тоже почему-то не вышло, как и с установкой "специальных сигналов" на его Audi. Не исключено, впрочем, что это так, временные чиновничьи игры. И в скором времени мы сможем наблюдать Олега Орестовича с "условными опознавательными знаками в виде фар синего цвета" и с охраной. Которая будет охранять Уполномоченного по правам человека от этих самых человеков. Чтоб не докучали.



    Партнеры