СЛЕЗЫ КРОКОДИЛА АЯЦКОВА

29 мая 1999 в 00:00, просмотров: 283

–Самое печальное, что представители нашего ведомства по существующему ныне законодательству даже не имеют возможности прийти и выяснить условия жизни этого крокодила, — кипятился в разговоре с репортером "МК" эксперт российского Госкомитета по охране окружающей среды Валерий Орлов, комментируя телерепортаж о мини-зверинце г-на Аяцкова, губернатора Саратовской области. Не далее как в четверг вечером саратовский правитель, поглаживая детеныша крокодила, объяснял с телеэкрана всей стране, что держит его у себя в офисе. Помимо крокодила под личным покровительством г-на Аяцкова, как выяснилось, находится еще несколько экзотических зверюг, и все они проживают у него на правах домашних питомцев. — Дело в том, — объяснил нам весьма неоднозначную ситуацию с содержанием в неволе г-ном Аяцковым диких животных Валерий Александрович Орлов, — что действующая на нашей территории "Конвенция о международной торговле видами флоры и фауны, находящимися под угрозой исчезновения" регламентирует лишь перемещение диких животных через границу, а если ты уже успел поселить животное дома, то становишься неуязвимым перед законом. Проще говоря, г-н Аяцков, отправляясь с крокодилом в международный аэропорт, становится невыездным, документы на пресмыкающееся ему никто не оформит, а вот, например, гулять по улицам с крокодилом на поводке он может сколько угодно, никто и слова не скажет. — Плохо еще и то, — продолжал вводить нас в курс дела Орлов, — что те экзотические звери, которых продемонстрировал Аяцков, в основном не попадают под нашу, так сказать, юрисдикцию. Безусловную юридическую силу на территории России имеет лишь отечественная Красная книга. Занесенные туда животные находятся под нашей охраной. Международная же Красная книга носит лишь рекомендательный характер, защищать ее "обитателей" намного сложнее. Более того, не попадают аяцковские звери и под закон "О содержании домашних животных", поскольку он еще толком и не разработан. А вот торговать своим питомцем, а равно дарить его Аяцков права не имеет, иначе ему придется предъявить массу документов, подтверждающих законность появления у него экзотического зверя. Впрочем, реализовать зубастого всегда можно за наличный расчет или передарить по-тихому, тогда опять же комар носа не подточит. — Если бы Аяцков хотя бы этого крокодила в квартире держал, — вздыхают в комитете, — можно было бы сделать ставку на интересы соседей. Скажем, те бы жаловались, что крокодил громко топает или периодически выскакивает в коридор и пугает других жильцов. Тогда можно было бы сделать попытку изъять крокодила, а в резиденции... Ну кто из подчиненных заявит, что ему мешает любимец шефа? И последнее, самое, на наш взгляд, парадоксальное. — В России многие сейчас пытаются заниматься выращиванием экзотических животных, например страусов, — пожимает плечами Орлов. — Правда, я про крокодиловые фермы не слышал, но чем черт не шутит! А если аяцковский крокодил действительно россиянин, у него вообще нет никаких прав. Вот так! Если крокодил губернатора родился за границей, теоретически можно-таки доказать, что он — контрабандный, и тогда пресмыкающееся еще может рассчитывать на какую-то защиту. Если же детеныш появился на свет в России, то будь он хоть трижды крокодил, останется до конца бесправным. Как инкубаторский цыпленок.



    Партнеры