ДОКОЛЕ ЕВРЕИ БУДУТ НАМИ ПРАВИТЬ?

18 июня 1999 в 00:00, просмотров: 593

Антисемитизм был, есть и будет. Это факт. Прискорбный, не красящий человечество, но тем не менее факт, и спорить тут не о чем. Спорить можно о корнях антисемитизма и его неистребимой живучести. На этот счет имеется широкий спектр мнений, но вряд ли стоит заниматься здесь их изучением. Это такая тонкая материя, что невозможно взять ее в руки и не порвать. Как ни старайся выбирать нейтральные термины и деликатные формулировки, все равно кого-нибудь обидишь — или евреев, или русских. Поэтому не надо. Давайте сразу исходить из того, что антисемитизм — это реальность, данная нам в ощущениях. Не в самых, надо признаться, приятных. Антисемитские воззрения, как уже было сказано, штука непотопляемая. Они самовоспроизводятся из питательной среды стереотипов, создававшейся веками. Со стереотипами бороться бесполезно. Они фактически передаются с молоком матери, поэтому присутствуют в общественном сознании всегда, правда, в различной концентрации. Бывают периоды, когда они выражены очень слабо — разлиты этаким бледно-лимонным, житейским, циничным цветом. А бывает, наоборот, усугубленное ярко-желтое присутствие, выпирающее апельсиновыми пузырями. Такая степень антисемитизма чревата переходом в агрессивную, оранжево-алую стадию. Для евреев она обычно оборачивается погромами, Бабьими Ярами, чертой оседлости или в лучшем случае узаконенной социальной дискриминацией. Из-за чего усугубляется бытовой антисемитизм? Какие факторы вызывают его активизацию? Имеются ли они сейчас в России? Могут ли появиться? Есть ли опасность, что россияне в массе своей приобретут в скором времени неукротимый алый цвет? А не в скором? Вот на эти вопросы действительно интересно поискать ответ. n n n Нет в России народа, который не страдал бы той или иной этнической фобией. Благодаря ли ленинскому интернационализму или, наоборот, вопреки ему, но за последние восемьдесят лет россияне настолько преуспели в искусстве "не любить чужеродцев", что порой кажется, иноплеменники не бросаются друг на друга с ножами только потому, что за это в тюрьму сажают. Причем по силе чувств русские здесь отнюдь не на первом месте. Если бы можно было графически изобразить неприязнь, скажем, украинцев к русским, она получилась бы, наверное, раза в два больше, чем неприязнь русских к украинцам — маленькая такая, удивленная и немножко обиженная. А неприязнь к русским кавказцев даже неприязнью нельзя назвать. Это гораздо более мощное чувство, которое на сравнительной диаграмме выглядело бы, наверное, как турецкая сабля рядом с перочинным ножиком. Впрочем, с начала 90-х годов у ножика появилась хорошая тенденция к росту, а в связи с войной в Чечне антипатия к кавказцам еще больше усилилась. С евреями же все получилось наоборот. До середины 80-х они еще продолжали глотать остатки мощного урожая плодов антисемитизма, обильно посеянного властями в 40—50-х годах, и им не очень-то сладко жилось в братской семье народов. С началом перестройки евреи получили возможность эмигрировать, начался массовый исход. Их стало так мало, что в Москве и Питере, скажем, резкое сокращение числа евреев на единицу земной поверхности было заметно невооруженным глазом. В связи с отсутствием наглядного образа врага антисемитские настроения стали стихать и бледнеть, и за пару лет евреев затмили кавказцы, безжалостно оккупировавшие русские поселения своими кооперативами, рынками, банками и криминальными группировками. Подавляющее большинство российских военных, к примеру, сейчас представляют себе врага именно с лицом кавказской национальности. Впрочем, здесь дело не столько в рынках, сколько в "горячих точках". За последние десять лет военные нахлебались дерьма и в Азербайджане, и в Армении, и в Грузии, и в Чечне. Сейчас хлебают в Дагестане, и спроси практически любого из них: кто хуже — еврей или кавказец, за редчайшими исключениями вам ответят: "Конечно, хачики хуже во много раз". А евреи? Евреи для военных — это как раз то, что объяснял Макашов: "Евреем мы называем, ну, просто плохого человека. Кто-нибудь пожадничает, к примеру, или исхитрится, увильнет от общих обязанностей, так ему скажут: "Ну ты еврей!" n n n Простодушное хитрованство современных коммунистов-националистов: "Среди евреев, как и среди всяких народов, есть разные люди. Мы вовсе не называем всех евреев плохими людьми, поэтому не надо нас обвинять в антисемитизме. Мы называем плохих людей евреями — это совсем другое дело". Но почему же тогда они не называют евреями хороших людей? Вот их любимый вождь Лев Яковлевич Рохлин, светлая ему память. Что же они никогда и нигде не сказали, что вот, есть и хороший еврей? n n n Затухание антисемитизма продолжалось, однако, очень недолго. Как показывают опросы ВЦИОМ, уже к 97-му году евреи снова стали будоражить воображение россиян — причем более энергично, чем в 90-м, и уж тем более в 92-м, который скорее можно охарактеризовать как год рекордного равнодушия к евреям. Почему антисемитизм к концу 90-х стал набирать вес? Первое, что приходит на ум: потому что у руля провалившегося режима оказалось слишком много евреев. Министры, теневые деятели, банкиры, олигархи... В общем, кругом одни евреи. Этот старинный мотив как раз и стараются сейчас эксплуатировать коммунисты, игнорирующие факт наличия "хороших рохлиных". Чтоб победить на выборах, им надо убедить население в том, что во всем виноват прогнивший ельцинский режим. Почему он виноват? "Не будем пускаться в сложные разъяснения, — считают коммунисты, — все равно никто ничего не поймет, тем более мы и сами толком не понимаем. Лучше так: режимом управляют евреи. Евреи плохие, поэтому и режим плохой. А коммунисты, если придут к власти, всех евреев повыгоняют, и, конечно, у них тогда получится хороший режим". n n n На самом деле подобные объяснения, мягко говоря, поверхностны. Взять, к примеру, нынешнюю ситуацию. Просветленное средствами массовой информации население возмущено тем, что в Кремле заправляют Борис Березовский и Роман Абрамович. Население негодует и задается заветным "доколе нами будут править евреи?", не задумываясь, а было бы ему легче, если бы абрамовичи носили хорошие русские фамилии. Типа Распутина, скажем, или на худой конец Меншикова. А легче бы не было. Потому что не в абрамовичах дело, а в президенте, который позволяет обращаться с собой, как с цирковым медведем. Потому что не было бы Березовского и Абрамовича — были бы другие. Русские, татары, грузины... Свято место пусто не бывает. Если президент позволяет собой манипулировать, значит, обязательно найдутся люди, которые будут им манипулировать. n n n Дело в том, что у русских и евреев разные ценностные ориентации. Для русских очень важно осознавать себя частью "великой державы" с героическим прошлым, с богатым набором всяческих реликвий, символов, знамен, легендарных подвигов и преданий. Для русского человека жить правильно — значит служить Отечеству, и нет большей доблести, чем честно исполнить свой долг перед Родиной, каким бы он ни был. В глубине души своей они исповедуют идеологию героичности и самопожертвования, идеологию общего долга, заставляющего сплачиваться перед общей угрозой, идеологию служения государству, лояльности, подчиненности власти. А у евреев ценностные ориентации совсем иные, куда более прагматичные. Карьера, профессиональные успехи, материальное благополучие, образованные и удачливые дети, обеспеченная старость. У них правильно живет тот, кто во главу угла ставит такие вот простые человеческие радости, а вовсе не принесение себя в жертву ради Отечества. ...Идеология общего долга идеально подходила для социалистического строя, но переход к рынку потребовал от людей изменения их жизненных ценностей. Закономерно, что евреи в большинстве своем приняли новую жизнь легко и непринужденно, тогда как для русских приспособиться к новым условиям оказалось проблемой. Нет, далеко не для всех русских, конечно. Масса народа преуспела "на рынке" не хуже евреев, но при всем их нынешнем благополучии, имениях и банковских счетах они продолжают в глубине души ностальгировать по великой державе и общему долгу, хотя разумом прекрасно понимают — живи они по-прежнему в великой державе, у них не было бы ни счетов, ни имений. Эта иррациональность, по-видимому, и составляет основу "загадочной русской души", а представление о себе как о заложниках государственной воли является стержнем русской национальной идеи, которую нынче многие ищут да все никак не найдут. И в вопросе, и в ответе звучит укоризна: "Это плохо, это стыдно, когда выгода важнее. У нас, у русских, не так". Но ведь все преуспевающие западные государства построены именно на том, что деньги — самое важное. "Пусть. Мы пойдем другим путем". n n n В русском национальном сознании евреи играют роль активных и агрессивных "чужих", пытающихся занять в обществе позиции, имеющие ключевое значение для национального самосохранения русских. Национальное самосохранение и есть та струна, на которой следует играть, чтоб добиться апельсинового разбухания антисемитизма. Это будет грамотно. Говорить надо так: "Русские люди! Хотите остаться навеки русскими и гордиться, что вы граждане великой державы и служить ей на благо, не жалея живота своего, потому что стоит на том наша матушка Русь?" И пока русские люди отвечают: "Хотим, ой хотим", им можно без колебаний указывать: "Тогда не пускайте к власти инородцев, гоните взашей все нерусское, а евреев впереди всех". И если данное указание будет сделано в интонационно верной форме, они послушаются. Только кажется, что лютую ненависть к инородцам трудно разжечь. История знает немало примеров, когда у правителей это выходило на два счета. Но когда-нибудь случится так, что русские люди в ответ скажут: "Да не хотим мы служить великой державе. Мы хотим, чтоб она нам служила. Мы хотим делать любимую работу и получать хорошие деньги, и жить в своих домах и квартирах. А если России будет угрожать враг, мы хотим, чтоб наша армия достойно и быстро умела с ним справиться, а сами идти воевать и выполнять священный долг мы не хотим. У нас один священный долг — перед своими детьми и родителями, а все остальное, в том числе и защита нашей безопасности, — священный долг правителей, которых мы себе нанимаем на свои деньги". И если они так скажут, их житейский антисемитизм уже невозможно будет разжечь, растравить до погромов — так же, как это невозможно сделать, к примеру, в Великобритании или Франции. Это будет означать, что у россиян появилось новое самосознание и новая национальная идея. Впрочем, справедливости ради следует предупредить: того, что мы нынче понимаем как "русское национальное", в этой новой идее будет крайне мало. Она будет просто универсальной такой, общечеловеческой идеей. 1990 1997 Часто можно слышать мнения, что в кругах, близких к руководству страны, к правительству, очень много евреев. Согласны ли вы или нет с этим мнением? Так и есть, и не вижу в этом ничего плохого 3 18 Так и есть, и мне это не нравится 8 23 Это не имеет никакого значения 35 8 Затрудняюсь с ответом 40 17 Как бы вы отнеслись к тому, чтобы еврей был президентом России... Положительно 22 21 Отрицательно 53 64 ...действовали еврейские общественно-политические организации и партии Положительно 25 22 Отрицательно 31 52 Согласны ли вы с тем, что для евреев деньги, выгода важнее человеческих отношений (в процентах к числу опрошенных, 1997 год)? да нет мужчины 49 22 женщины 52 25 В статье использованы материалы Мониторинга общественного мнения, №2(34) март-апрель 1998. Л.Гудков "Параметры антисемитизма. Отношение к евреям в России 1990—1997 гг."



Партнеры