ПОСЛЕДНИЕ ИЗ НЮХАЧЕЙ

16 июля 1999 в 00:00, просмотров: 1961

Актеру Будрайтису довелось сыграть немало чудиков. Одним из них был "нюхач" — гений дегустации. Дегустировал он не дорогие вина и коньяки, а запахи. Ох и нелегкая у него была профессия. Выглядел он эдаким отрешенным от жизни субъектом с тампонами в носу. На фоне вошедшего в образ Будрайтиса в кадре, однако, мелькали самые настоящие "нюхачи", вернее, парфюмеры-дегустаторы — спина Марины Никитиной и профиль Жанны Гладковой. Для пущей достоверности фильм снимали во ВНИИ синтетических и натуральных душистых веществ. "Представляете, он герою нос заткнул ватой! — возмущалась замыслом сценариста заведующая парфюмерной лабораторией. — Я его категорически просила этого не делать!" В жизни никакие тампоны никто в нос не вставляет. Да и название профессии более благозвучно: "нюхач" тоже вольная авторская интерпретация нежного французского слова "парфюмер". Но сама профессия от этого не становится менее загадочной... Парфюмеров-то и раньше у нас в России можно было по пальцам пересчитать. А сегодня их вообще надо заносить в Красную книгу, как водяные лилии... "Один нос хорошо, а два лучше!" — считают последние стойкие из некогда всесоюзной парфюмерной лаборатории — Марина и Жанна. Жанна — яркая, полная жизненных сил, вся — как фейерверк. Марина — мягкая, спокойная. Пока речь не касается ее профессии. Тут уж она за себя постоять сможет! Ассистент одной известной телевизионной программы до сих пор, наверное, вспоминает отпор, данный Мариной, когда их вздумали пригласить в передачу о косметологах. Это ж надо косметику с парфюмерией спутать! Вместе они — такие разные — составляют одно гармоничное целое. И нюхают, или, по-научному, "проводят органолептический анализ по запаху" на пару. Сначала "повдыхают", потом посовещаются, проверят свои ощущения и выдают рецензию. "Одному человеку тяжело с ходу дать верную оценку. Всегда нужен "контрольный" нос", — объясняют они. Особенно советчик нужен, когда проходит какая-нибудь важная дегустация. Например, если требуется анализ в рамках уголовного дела по фальсификации изделий известных торговых марок. Главное в их работе — "нос" и память. "Человек, конечно, может приучить себя нюхать. Но у него должна быть "нюхательная" память. Запахи же надо ассоциировать, идентифицировать. А вот создать новую композицию — это чистое творчество. Здесь без таланта не обойтись. Здесь нужен "нос от Бога". Странно, но обе наши героини в парфюмерию пришли случайно. Марину — знакомая привела после школы, Жанну в лабораторию распределили после института. Но вообще-то задатки к этому делу Жанна проявила с ранних лет. Еще лет в восемь она "отдушила" свой детский крем, щедро набулькав туда маминых духов. Смесь получилась убойная, Жанну потом долго тошнило, но... первый опыт был. "Вся жизнь проходит через нос, — говорит Жанна. — У нас с Мариной уже привычка, что где увидели, сразу к носу тянем". Профессиональная особенность — определить запах и высказаться вслух. Сценарист был прав, когда заставлял своего героя оборачиваться вслед проходящим, с блаженной улыбкой приговаривая: "Одеколон "Саша", "Мажи нуар..." И не потому, что "они образованность свою хочут показать", а потому что это — постоянное самотестирование. Угадала, не угадала. Запахи ведь на разной коже воспринимаются совершенно по-разному. Нюансы зависят даже от погоды. А знаете ли вы, что запахи имеют цвет? В лаборатории висят спектрально-радужные окружности с надписями на латыни — цветовые таблицы запахов. Прочитала, все логично: желтый цвет — цитрусовый запах, зеленый — травянистый, оранжевый — цветочный. С голубым только непонятно — "альдегидный". Оказалось — химическое соединение, создающее ощущение свежести, некоей туманности... Классический пример "альдегидных" духов — "Шанель №5". Вернувшись из северных стран, их создатель, Эрнест Бо, решил воспроизвести свежесть утреннего озона, туманных испарений. Вот и изобрел новое вещество. Но сам шедевр получился благодаря ошибке лаборанта. Альдегид — очень сильное вещество, добавлять надо было маленькую толику. Помощник переусердствовал и забабахал дозу, в десять раз превышающую норму. Результатом этого промаха восхищаются и по сей день. Сколько может дегустатор "вынюхать" за день? Образцов тридцать—сорок, не больше. Потом острота восприятия притупляется. После каждой дегустации надо "продыхиваться", прочищать нос, дабы осевшие на слизистой молекулы не портили картину. Если насморк, то ты уже временно профнепригоден. Но ничего: "Ментольчику кристаллического понюхаешь, хорошо прошибает", — делится опытом Марина. Вообще-то в кабинете дегустаторов должна быть идеальная вентиляция, чтобы ни-ни — никаких посторонних запахов. Но это из области теории и фантастики. Комната Никитиной — Гладковой — метров тридцать. Здесь тебе и шкафы, где вперемешку в страшной тесноте стоят масла, и лабораторный стол, где "капают", и рабочие места, заваленные протоколами, и дегустационный зал. И аромат в комнате — увы, очень далекий от легкого цветочного. На Западе под каждую стадию выделяют отдельное помещение: в одном — лаборанты образцы капают, в другом — хранят душистые вещества, в третьем — парфюмеры мыслят, изобретают, в четвертом — дегустируют. Нашим о таких условиях остается только мечтать. Российская парфюмерия сегодня — в загоне. А потому о творчестве и изобретательстве только вспоминают. Вспоминают, как еще десять лет назад ежегодно устраивали всесоюзные дегустационные советы парфюмеров, где "давали путевку" новым изобретениям и обсуждали мировые новинки. Сегодня — никто не собирается, каждый крутится как может. Вспоминают три союзные фабрики, у каждой из которых была своя "школа". Ленинградское "Северное сияние" — под стать северной столице. Композиции элегантные, строгие, холодноватые, с альдегидными "затуманенными" тонами. "Новая заря" держала марку столичной фабрики. И духи выпускала соответствующие — яркие, жизнеутверждающие, обволакивающие. В них ощущался этакий купеческий размах. Прибалтийская фабрика "Дзинтарс" была истинно латышской — славилась духами острыми, терпкими, немного "шипучими", прохладными, как воздух Балтики... Были у нас когда-то свои плантации в Крыму и Краснодаре, свои фабрики по производству душистых веществ. И во ВНИИ кипела работа — делали искусственные эфирные масла и композиции, даже на космос работали. "Отдушкой", созданной в институте, пропитывали гигиенические салфетки для космонавтов. Сейчас аппараты экспериментального завода при ВНИИ выброшены, на фабриках намешивают-размешивают парфюмерию из импортных ингредиентов по рецептуре заказчика. Конъюнктура... Впрочем, год назад случился счастливый момент. В лабораторию к Никитиной — Гладковой пришел представитель одного известного российского модельера. Кутюрье решил заказать под свою новую коллекцию свежие композиции. Хотелось ему чего-то особенного, оригинального. Женщины вдохновились, на работу неслись, как на свидание. Вместо четырех заказанных создали пятнадцать образцов. Но... за ними никто не пришел. Правда, пожаловаться на полное забвение наши парфюмеры не могут. К ним частенько обращаются за помощью. Психологической. Просят оценить, кому какой запах подойдет. В передаче "Тема" Гусман, например, выпытывал, какой ему нужен аромат. Сам при этом восхищался Кельвином Кляйном. "Ну что вы, какой Кляйн, — посоветовала ему Жанна. — Вы мужчина восточный, темпераментный, габаритный. Вам нужен "Поло" Ральфа Лоурена". И дала ему две бумажки для закрытой дегустации, на одной из которых был "капнут" его любимый Кляйн, на другой — "Поло". Гусман выбрал "Поло". А намедни журналистка городской газеты интересовалась, какой запах подойдет нашему мэру Лужкову. И тут же получила "ароматно-психологический" портрет Юрия Михайловича: "Он человек стремительный, живой, не сидит на месте. Ему нужен запах деловой, свежий и в то же время терпкий, с оттенком зелени, потому что человек он — не простой. Но не должно быть никаких тяжелых нот... И — ничего слащавого...Представляете себе Юрия Михайловича, пахнущего пряностями?" У самой Жанны дома, кстати, целая коллекция духов. Под погоду, под время года, под настроение. "Между прочим, запах может устранить моральный дискомфорт, — убеждает она. — Мне плохо, подхожу к своей коллекции, начинаю нюхать, потихонечку настроение улучшается". Марина более консервативна. Предпочитает классические женские шипровые направления — "Мисс Диор", "Кориандр", особая любовь у нее к аромату "Шанель №5". Неважно, что им разное нравится. "Ничего. Главное, чтобы наши носы нюхали в унисон" — такой вот девиз у этого "тандема". Девиз последних из "нюхачей".



Партнеры