Песни Императора

15 сентября 1999 в 00:00, просмотров: 459

Гипермистическая личность, загрузочно-культовый беллетрист господин Виктор Пелевин (автор модно-фурористых "Чапаева и Пустоты", "Жизни насекомых" и "Generation П"), годами не появлявшийся на публике, не снимающий трубку домашнего телефона и агрессивно игнорирующий интерес средств массовой информации, как-то подозрительно быстро стал в последнее время рассекречиваться. Как минимум четыре больших интервью в глянцевых журналах в течение месяца! Сделанные как бы против воли фотосессии: с них на окружающий мир презрительно глядит самодовольный, бритоголовый сорокалетний дядька с отвисающим, чревоугодническим жирным подбородком, а вовсе не некое возвышенное существо, слагающее сложнопостановочные словесные сплетения! Видимо, у господина писателя появился жесткий менеджер, решивший вытащить пелевинские творения из богемно-продвинутого круга, внедрив их в самые широкие слои народонаселения. Еще один по-настоящему эксклюзивный шаг в деле продвижения культовый литературы в молодежные массы предприняла давеча группа "Ва-Банкъ", записавшая свой новый альбом в виде саундтрека к свежайшему пелевинскому творению — рассказу "Нижняя тундра". итайский император Юань Мэн, дабы спасти средневековый свой народ от происков колдуна Сонхамы (придумавшего адскую Музыку распада, селящую тоску и ужас в человеческих сердцах), съел по наущению мудреца Жень Ци игрушечную повозку, слепленную из небесных грибов и конопляной пасты. После чего и отправился в путешествие к духу Полярной звезды за спасительными волшебными созвучиями, но оказался по ошибке в заснеженной Нижней тундре среди чукчей и старика со странным именем Джоан Осборн... Чукчи, в свою очередь, отправили Юань Мэна за музыкой в далекий город Москву, где император чуть не пропал, был отравлен растворенным в водке клофелином, оказался в мрачном месте — Склифе, откуда выбрался токмо благодаря долгопрудненскому авторитету по кличке Вася Совесть... Дорогу же обратно в свою Поднебесную империю Юань Мэн нащупал, побежав за голубем с грязным пером в хвосте, издали похожим на гагару. А в Поднебесной тем временем все устаканилось, и страшный колдун Сонхама, превращенный в придворного пекинеса, был избит и заперт в клетку. Вот такая пелевинская история дико впечатлила музыкантов "Ва-Банка" и Александра Ф. Скляра в частности, и они наваяли цикл песен: "Вальс Чжень Чжао", "Вася Совесть", "За гагарою с черным пером" и т.д. Александр Скляр: — На самом деле этот рассказ "Нижняя тундра" был написан специально для нас. И вообще: сначала родилась кое-какая идея, и чтоб ее осуществить, я специально познакомился с Виктором Пелевиным, книги которого, конечно, читал запоем. Идея грызла нас давно: некое литературное произведение озвучить музыкальным альбомом. Конечно, можно было бы взять уже существующий рассказ или повесть, но нам показалось: для чистоты эксперимента следует работать с чем-то совсем свежим. Потому и обратились за помощью к Пелевину. — На Пелевине просто помешались все! Кроме него что, никакие другие писательские имена в голову не приходили? — Пелевин "Ва-Банку" ближе всех, особенно после романа "Чапаев и Пустота". — Ну и что он на ваше предложение ответил? Странно как-то, что не послал подальше при его характере... — Сначала Виктор насторожился, конечно, потом взял время подумать, а после начал нечто писать, но говорил, что неизвестно, мол, что в результате выйдет. Потом ему самому уже стало спортивно интересно, рассказ удаваться начал — так он нам сказал. Мы заценили — действительно, "Нижняя тундра", наверное, лучший из рассказов Пелевина. — А музыку "Ва-Банка" товарищ когда-нибудь слышал? — Очень мало. Говорил он что-то про нашу песню "Черное знамя", но сильно искажал ее смысл, из чего было понятно, что слышал он случайно и невнимательно совсем. Возможно, потом он и послушал "Ва-Банкъ" специально, но я чего-то не уверен. — И сколько длились ваши "экспириенсы"? — Года полтора. Рассказ в прошлом мае был написан, мы сразу начали сочинять на него музыку, и вот к концу этого лета получился альбом. — Ну, за такое долгое время вы небось с Пелевиным дружбанами заделались? — Я бы так не сказал, но общие взгляды на всевозможные вещи в этом мире мы обнаружили. Например, на перспективу того, что дальше-то будет в этой стране. Вернее, на бесперспективность... И "Ва-Банкъ", и вот Пелевин думают, что весьма мрачно все здесь будет, ничего хорошего в ближайшее время в этой стране не произойдет! А скорее всего, и не в ближайшее — тоже... — М-да, об этом лучше помолчим... А музыкой вообще г-н Пелевин интересуется или как? — Если б не интересовался вообще, вряд ли подписался б под наш проект. Виктор, я думаю, делает только то, что ему нравится. Хотя при мне своих взглядов на музыку Пелевин не афишировал. — Но плод ваших трудов сумел-таки заценить? — Горячо откликнулся, все понял. Альбом "Нижняя тундра" — по сути саундтрек к рассказу "Нижняя тундра". Это самое точное определение. Есть саундтреки к фильмам (ни один уважающий себя блокбастер не обходится без модного саундтрека), а это "звуковая дорожка" к рассказу. Альбом состоит из песен, стихи к ним мы делали сами, в них — ассоциации, впечатления, наша эмоциональная реакция на рассказ, на его образы, картинки. — Кто-нибудь еще в мировом шоу-бизнесе выдумывал такой "беллетристический" саундтрек? — Я не слышал. Может, лишь Том Вэйтс и его саундтрек к рок-опере "Блэк Райтер". Там так было: Уильям Берроуз написал литературное либретто, а Вэйтс сочинил музыку к опере. Но впоследствии Вэйтс выпустил еще и альбом "Блэк Райтер", где были песни, к опере не имевшие уже никакого отношения. Альбом был как бы по мотивам того либретто, но весьма отдаленным. — А не было мысли еще и всю эту вашу идею экранизировать? — Мне кажется, "Нижняя тундра" — безумно кинематографичная вещь, да и театральная тоже. И если б мы получили третью составляющую — визуальное воплощение рассказа-альбома, — мы были бы просто счастливы. Хотя не в фильме, не в спектакле на роли "Ва-Банкъ", конечно, не претендовал бы, но обязательно сидел бы в оркестровой яме. (Кстати, могли бы и попретендовать: из Скляра и император вполне достойный мог бы выйти, но в особенности романтический долгопрудненский авторитет Вася Совесть. — К.Д.) — Что все же из Пелевина тебя больше всего вдохновляет? — Из крупного люблю "Чапаева и Пустоту", но гораздо ведь сильнее пелевинские рассказы, особенно — "ОМОН РА". — А как, к примеру, "Generation П"? — Это новый пелевинский роман, и он совсем другой, чем "Чапаев и Пустота". Он, конечно, исключительно современен, потому и уникален. Я не встречал за последнее время другого произведения, которое отразило бы сполна весь этот бред, что нас окружает. — Знаешь, есть мнение, что Пелевин с некоторых пор совершенно сбрендил от Интернета, и именно в "Generation П" это четко ощущается... — Ну и замечательно. Творческое безумие — вещь исключительно полезная! — А ты, к примеру, погружаешься в Интернет? — Нет, не погружаюсь по причине отсутствия компьютера как такового. А вот в периоды творческого безумия бываю погружен вполне.Такие периоды возникают у меня все чаще, и углубляюсь в безумие я все дальше, чему необычайно, кстати, рад. — Ну если о безумии: у вас в альбоме есть песенка "Небесные грибы"... — В этом рассказе некие небесные грибы — очень к месту. Ведь речь идет о ментально-виртуальном путешествии главного героя, императора средневекового Китая. Как иначе-то можно отправить человека в подобное путешествие? Нужно сделать какое-то опьянение — об этом многие творческие люди говорили: Блок, Ницше, Гофман, По, Берроуз... Каким образом? Ну, например, через грибы! — Но в радиоротации песню про эти грибы вам вряд ли удастся пристроить! — Я думаю, что в нашем насквозь искаженном мире, где выпускаются альбомы гораздо более идеологически тенденциозные, "Небесные грибы" многими радиостанциями может быть расценена как просто красивая песня! Чем она и является на самом-то деле! С другой стороны, не будет эфира — ну и не в первой. У "Ва-Банка" вообще в эфиры попадает одна тридцатая из того, что он по жизни делает. — "Ва-Банкъ" в этом альбоме сменил стилистику: звук стал электронный, вам абсолютно не свойственный... — Этому рассказу электронное звучание более всего соответствует. Ты же сама говоришь, что Пелевин — человек крайне виртуальный. Самый интернетовский из всех современных российских писателей: ведь все его творчество засунуто в Интернет, причем — без его собственных усилий. Значит, он компьютерным людям особенно симпатичен! Значит, и наш саундтрек должен каким-то образом быть с компьютерным, электронным уклоном. — Ну этот ваш альбом, видимо, не для "ва-банковской" привычной аудитории, поскольку она вряд ли читает вообще и Пелевина в частности! Ведь он — все-таки продвинутое чтиво! — А ты считаешь, наша аудитория не включает в себя продвинутых людей? — Честно сказать, на концертах я вижу много лоховатых тинэйджеров. — А концерты — это совершенно другая публика. Я долго думал на эту тему и понял: люди, тратящиеся на альбомы, не посещают концертов, и наоборот. Поэтому: хоть за всю богему ответить и не могу, но знаю нескольких уважаемых богемных персонажей, которым весьма нравится наше творчество. Привести примеры? Скажем, Лаврентий Бруни — известный московский художник. Из артистов — Александр Лазарев-младший. Из киношной среды — режиссер Андрей И наш поклонник. — В своей культовой радиопередаче про экстремальный рок "Учитесь плавать" ты хоть иногда по литературе проходишься? По тому же Пелевину? — Иногда, когда меня потрясает что-то очень сильно или если имеется логическая связь с темой программы. Ну о Генри Миллере я что-то говорил, вспоминал Уильяма Берроуза опять же... Совершенно верно, молодежь нынче патологически книг не читает, к сожалению. Ну вот, возможно, в результате такого неожиданного хода "Ва-Банка" кто-то начнет читать чуть-чуть больше! Вот какие благородные помыслы роятся в головах экстремальных рокеров, однако. КАПИТОЛИНА.



Партнеры