“ТЕПЕРЬ МЫ БУДЕМ СТРЕЛЯТЬ НА ПОРАЖЕНИЕ”, — говорят спецназовцы, атаковавшие Выборгский ЦБК

21 октября 1999 в 00:00, просмотров: 2989

Неделю назад в России, как и в начале века, вновь заговорили об "организованном рабочем движении". Словно из учебников по истории КПСС всплыли, казалось бы, уже канувшие в Лету понятия: "стачком", "бунт", "Ленский расстрел"... Конфликт на Выборгском целлюлозно-бумажном комбинате, едва не вылившийся в самый настоящий бой, спровоцировал волну разборок между рабочими и собственниками предприятий по всей стране. Ряд крупных производств объявил о своем желании вернуть "народную" собственность под собственный контроль. Но, как показывает исторический опыт, пролетариат с булыжником всегда остается лишь орудием в руках истинных хозяев положения. Секретное оружие "Фашисты", "бандиты", "силовая структура, вставшая на защиту интересов иностранных собственников" — как только не называли в последние дни бойцов отряда специального назначения "Тайфун" в газетах и с экранов телевизоров. "Ублюдки!" и "Нахлебники!" — брызгая слюной, кричали им в лицо рабочие Выборгского ЦБК. И это были лишь самые мягкие выражения народного гнева. О существовании "Тайфуна" до событий в поселке Советский 14 октября почти никто не знал. Питерские спецназовцы не давали интервью журналистам, не мелькали по ТВ. Сейчас, "ославленные" на всю Россию, они сидят на своей базе на окраине Питера, в заброшенном здании бывшей войсковой части, и строчат объяснительные одну за другой. "МК" стал единственным изданием, с которым в "Тайфуне" согласились побеседовать. 29 тысяч зэков, "мотающих срока" в 17 исправительных учреждениях (из них более 10 тысяч — в знаменитых "Крестах"), раньше были основными подопечными "Тайфуна". "Тюремного спецназа" сидельцы боятся как огня — и правильно делают. События 7-летней давности, когда в "Крестах" был жестоко подавлен массовый тюремный бунт, надежно отложились в головах самых отчаянных, но временно изолированных от общества граждан. Во всяком случае, с тех пор количество побегов и захватов заложников в Питере резко пошло на убыль. Сейчас бойцы "Тайфуна" навещают СИЗО нечасто — и то лишь в качестве "учебного пособия". Время, проведенное вдали от подследственных, не прошло для их усмирителей даром. Незаметно для всех "тюремный спецназ" стал самым крутым в России. И первыми это, как всегда, осознали на Западе наблюдательные коллеги из аналогичных структур. "Морские котики" (подводные диверсанты) из немецкой антитеррористической ГСГ-9 специально приезжали в Питер посмотреть на работу "Тайфуна" и поучиться. А супермены из САСа (специальной авиадесантной службы, у которой берет "мастер-класс" американская "Дельта") за свой счет зазывали питерцев в гости — для обмена опытом. Увидев убогий спортзал с полом, разваливающимся по досточкам, да старенькую форму, англичане грустно заметили: "Вы нам напоминаете нас самих в 60-е годы: столько же энтузиазма и такое же оружие". Наши "комплимент" проглотили, но в Англию так и не поехали. А вскоре началась Чечня. Высотники, подрывники, снайперы, подводные бойцы и даже "форточники" (кстати, это абсолютное ноу-хау "Тайфуна", когда бывшие акробаты, гимнасты и борцы вырастают перед террористами прямо из-под земли, т.е. выныривают из канализационных люков), прошедшие Карабах, Осетию и Югославию, в декабре 1994-го штурмовали Грозный. Многочисленные командировки в Чечню чередовались со спецрейдами в Питере: в мирной жизни "Тайфун" теперь громит наркопритоны и ловит убийц вместе с "убойным" отделом. Но даже самая успешная операция, проведенная отрядом в Дагестане, лишь единой строкой промелькнула в теленовостях. Сообщалось, что офицеры спецгруппы ФСБ без единого выстрела выкрали из села Губден 10 самых активных ваххабитов, один из которых был членом шариатского суда. Теми самыми "эфэсбэшниками" на самом деле были офицеры "Тайфуна", а вся операция заняла всего пять минут. И последний показатель их профессионализма: за два года войны в Чечне "Тайфун" не потерял ни одного своего бойца. Этим могут похвастаться немногие подразделения. "Работать с приставами — сплошная скука" В августе прошлого года ГУИН РФ (Главное управление исполнения наказаний) вместе с "Тайфуном" и другими подобными отрядами по всей России из ведения МВД перешло в Министерство юстиции. А спустя месяц в Минюсте издали дээспэшный приказ №120, в котором говорилось, что основной задачей отрядов спецназначения является "оказание помощи судебным приставам". Через полгода последовал приказ №47, опять же под грифом ДСП, где разъяснялось, что спецназ должен "обеспечивать безопасность объектов и должностных лиц органов юстиции и оказывать им содействие при осуществлении действий, предусмотренных федеральным законодательством". На практике это означает следующее: если исполняющего решение суда пристава не пустят на порог предприятия, он в следующий раз придет туда в сопровождении спецназа — и на вполне законных основаниях. "Тайфун" начал работать вместе с питерскими судебными приставами в прошлом ноябре. И эти новые обязанности бойцов, мягко говоря, несколько разочаровали. — Если честно, мы не любим работать с приставами, — говорит спецназовец Денис. — Сидишь, как урюк, задницу морщишь... Иногда можно целый день ничего не делать — только смотреть, как они описывают документы. Скукаѕ Зато представители суда (а среди них около 90% — женщины) наконец-то вздохнули спокойно. Перед мощными парнями в камуфляже расступалась любая дорогостоящая охрана. Операция в Ленинградской области, состоявшаяся 9 июля, заставила Дениса и его товарищей о скуке забыть. Это был первый поход "Тайфуна" на Выборгский целлюлозно-бумажный комбинат. "С судебных приставов не должен упасть ни один волосок", — так проинструктировали бойцов. Из досье "МК". Конфликт на Выборгском ЦБК тянется уже не один год. В 1997 году предприятие было признано банкротом и выставлено на торги. Конкурс выиграла оффшорная кипрская компания "Нимонор Инвестментс" и купила контрольный пакет акций ЦБК примерно за 34 млн. долларов (почти в 15 раз дешевле его балансовой стоимости на конец 1996 года). Тогда же на предприятии объявили о сокращении штатов: новые хозяева из 2100 работавших ранее человек намеревались уволить 1200. С тех пор поселок Советский, в котором живут практически все работники ЦБК, трясет как в лихорадке. В январе 1998 года на заводе организуется стачком, который вскоре провозглашает комбинат "народным предприятием". С тех пор новые хозяева ни разу не переступили порог Выборгского ЦБК. Тогда "Нимонор" обратился в арбитражный суд и выиграл все разбирательства. Судебные приставы дважды пытались исполнить решение арбитража: 21 июля прошлого года рабочие ЦБК задержали троих судебных приставов и освободили их только после вмешательства прокурора, а 4 августа приставов даже не пустили в поселок: работники комбината просто перегородили им дорогу. В мае этого года "Нимонор" отказался от дальнейшей борьбы за ЦБК и продал акции британской оффшорной компании "Алсем", учредителями которой являются английская компания "Аймет" и швейцарская — "Сфинкс". Последняя компания принадлежит питерскому "водочному королю" Александру Сабадашу. Новый хозяин Личность нового владельца Выборгского ЦБК давно будоражит умы питерцев. 34-летний Александр Сабадаш, разъезжающий по городу на серебристом "Мерседесе" с 7-й степенью защиты (для сравнения: у "Мерса" грузинского президента Шеварднадзе, по которому стреляли, была лишь 6-я) в сопровождении бывших охранников Анатолия Собчака, раньше старался свою персону нигде не афишировать. Несколько лет назад Сабадаш построил самый современный в Питере ликеро-водочный завод. Предприятие быстро наладило выпуск популярных в народе "французских" сортов: "Наша водка" и "Спецназ". Завод работал не только по французской технологии, но и на привозимом оттуда сырье — вплоть до бутылок и пробок. Аналогичный комбинат Сабадаж открыл и в Калмыкии. Потом, неожиданно для всех и непонятно на какие деньги, он скупил акции нескольких гостиниц (в том числе старейшей "Астории"), казино и ликеро-водочных заводов (даже ЛИВИЗа, традиционно выпускающего не только лучшую в Питере "горькую", но и любимую "беленькую" президента Ельцина — "Пятизвездную"). Все свои предприятия г-н Сабадаш пометил загадочной аббревиатурой АФБ. Его бизнес процветал до тех пор, пока в Москве не сняли главного налогового полицейского генерала Алмазова — во всяком случае, сразу после этого у могущественного бизнесмена начались неприятности. Закрыт его главный водочный завод в Красном Селе, приостановлено производство на ЛИВИЗе, убит директор другого водочного завода — "Нива", контрольный пакет акций которого также принадлежал Сабадашу, прикрыт завод в Калмыкии... Но Сабадаш "держит удар" и тут же строит в Ленинградской области еще одно питейное предприятие. Одновременно он осваивает "новые территории": начинает заниматься лесом, бумагой и банковской деятельностью. Недавно организованный им Инвестэкономбанк возглавляет бывшая управляющая питерским Мост-банком Людмила Пониделко — жена экс-начальника ГУВД Санкт-Петербурга и области Анатолия Пониделко, печально прославившегося на всю Россию своими милицейскими нововведениями. Впрочем, свою блистательную трудовую биографию Александр Сабадаш начинал совсем в другом стиле, типичном для сына военнослужащего. После школы он поступил в военно-морское училище им. Ленинского комсомола — единственное в России, где готовят командиров атомных субмарин. А за три года учебы предприимчивый юноша параллельно освоил более прибыльную специальность — фарцовщика. В начале 90-х Сабадаш уехал покорять Америку. Начал он с торговли подержанными автомобилями. Тогда же у него появилась настоящая американская мечта: собственный дом в Беверли-Хиллз, не хуже, чем у обожаемой им Шэрон Стоун. Прошло несколько лет. В Беверли-Хиллз действительно появился новый роскошный особняк, в котором живет семья уважаемого бизнесмена Александра Сабадаша. И построил его тот же архитектор, что сооружал и виллу голливудской звезды. А заодно архитектор спроектировал другой сабадашевский дом — в Царском Селе. На этом объекте ударно трудились финские и американские строители. В любой другой стране, узнав обо всех этих трогательных штрихах к портрету нового хозяина, работники предприятия хотя бы захотели с ним познакомиться. На Выборгском ЦБК начали делать дубинки и собирать булыжники... Последний шанс Итак, 9 июля, в сопровождении девяти бойцов "Тайфуна", прокурора и понятых, судебные приставы в третий раз пришли на ЦБК и предложили председателю профкома г-ну Кирякову исполнить наконец решение суда. — Через несколько минут о нашем визите узнал весь завод, — рассказывает старший судебный пристав Выборга и Выборгского района Тамара Веселова. — Было слышно, как на 4-й этаж несется разъяренная толпа. Они там буквально передавили друг друга — потом мы узнали, что одной пожилой женщине прямо на лестнице стало плохо. В комнату тут же набились десятки рабочихѕ В тот день мы просидели запертыми в кабинете 8 часов. Если бы не "Тайфун", нас бы просто убили!.. Однако цепкий предприниматель Сабадаш не оставил попыток подружиться с работниками, причем делал это типично американскими методами. Для начала он расплатился с частью долгов ЦБК двухгодичной давности, потом заслал агентов, которые раскидали на комбинате листовки. В них г-н Сабадаш клялся никого не увольнять, запустить производство и даже повысить зарплату. Но в народе ходили упорные слухи, что на самом деле предприятие продадут на металлолом, а печатать все будут в соседней Финляндии. На новое АО "Выборгская целлюлоза", зарегистрированное в поселке Советский по адресу ЦБК, начали нанимать людей — всего около 700 человек, среди которых оказались и "перебежчики". Надо ли говорить, что это вызвало еще большее раздражение старожилов. И тогда г-н Сабадаш обратился в арбитраж, который снова подтвердил его законные претензии на комбинат. Судебных приставов в четвертый раз снарядили в поход на ЦБК. Учитывая опыт предыдущих походов, теперь решено было выдвигаться ночью. За день до операции Управление юстиции оповестило о ней руководство ГУВД и попросило обеспечить надлежащий порядок в поселке Советский. В официальной заявке у "Тайфуна" для охраны судебных приставов попросили полсотни бойцов. Но большая часть отряда находится сейчас в очередной командировке в Чечне, и для работы на ЦБК смогли выделить только 23 спецназовца. Хроника событий глазами настоящих заложников 14 октября. 1.45. Восемь судебных приставов (шесть из них — женщины) в сопровождении бойцов "Тайфуна", заместитель Выборгского прокурора Павлов, четверо понятых и представители Сабадаша подошли к административному зданию ЦБК. Трое охранников без сопротивления пропустили представителей закона внутрь. 2.00. Над поселком раздался гудок. К административному зданию начал стекаться народ. 3.00. Описаны и опечатаны все административные этажи. 3.05. Здание администрации передано новому владельцу. Он выставляет свою охрану. 3.10. В судебных приставов полетели камни. — "Чтобы ваши дети сдохли! Катитесь в Чечню, нахлебники, — что вы здесь с народом сражаетесь?!" — кричали нам с улицы, — вспоминает Тамара Веселова. Через разбитые стекла полезли мужики с кусками арматуры и дубинками в руках. — У нас оставался только один путь — наверх, — говорит заместитель командира "Тайфуна" Алексей Махонин. — Мы успели перекрыть три входа и забаррикадировали двери. 3.30. Отчетливо чувствуется запах аммиака, который влили через вентиляционную трубу. Пристав Веселова начала задыхаться и упала в обморок. Со стороны улицы послышались выстрелы из мелкокалиберных винтовок. Прокурор Павлов прямо на месте по факту оказания активного противодействия судебным приставам возбуждает уголовное дело по ст. 315 УК РФ (неисполнение приговора суда). — Пули свистели и справа, и слева. Думаю: е-мое! Я, что же, меньше месяца назад вышел живым из Карамахов, чтобы умереть здесь от рук "мирных рабочих"?! — злится "тайфуновец" Тимур. — Ребята со всех сторон закрыли нас своими телами. Если бы не они, нас бы просто убили! — в один голос утверждают судебные приставы. С санкции прокурора "Тайфун" открыл ответный огонь... 3.45. На 2-й этаж через лифт прорвались семеро рабочих с железками в руках. Это их потом упорно везде будут называть "заложниками". Спецназовцы забаррикадировали их в конце коридора. — Вы задержаны в порядке 122-й статьи по подозрению в совершении преступления в рамках возбужденного мной уголовного дела, — тут же заявил прокурор. Двое из задержанных были ранены: Валерию Кремову пуля прошила левое плечо, а у Александра Огурцова оказались прострелены два пальца на левой руке. Им тут же сделали перевязку. Стоп. А что же все это время делала милиция? Если верить официальным милицейским отчетам, в самом начале погрома их сотрудников возле комбината было всегоѕ 10 человек. О том, как обычно встречают приставов на ЦБК, они отлично знали. И об этой готовящейся операции были проинформированы еще 13-го числа. — Менты нас предали, — возмущены в "Тайфуне". — Их было гораздо больше, но они просто не стали во все это вмешиваться. Если б они действовали хотя бы по инструкции, то беспредела не случилось бы. Они обязаны были оцепить здание и вывести вооруженных людей из толпы. И тогда бы приставы наконец смогли закончить свою работу. В конце концов все видели, как в толпу ящиками сгружали водку. Хоть кого-нибудь задержали? Нет. Пока рабочие дерутся Впрочем, в поселке Советский ни для кого не секрет, за что именно так отчаянно бьется стачком и почему бездействует местная милиция. В народе поговаривают, что в недрах гигантского ЦБК уже давно исправно функционирует собственный ликеро-водочный завод — с него-то все и поятся-кормятся. Но это так, мелочь. На самом деле никакой "битвы за народную собственность" на Выборгском ЦБК и в помине нет. Просто некогда крупнейший отраслевой комбинат сейчас делят между собой две мощные группировки, чьи "короли" уже давно легализовали и себя, и свои доходы. Один — водочный, — избитый рабочими, лечится сейчас в Германии. Имя другого "короля" — бензинового — тоже знает в Выборге каждый. Это вполне уважаемый ныне человек, депутат Законодательного собрания, негласно владеющий и выборгским портом, и нефтеналивной базой, и, конечно же, бензоколонками. Вот подкармливаемые им рабочие как раз и делают погоду на ЦБК. Большинству же работников давно наплевать, на кого работать. Лишь бы получать за это деньги. Чтобы не было, как прошлой зимой, когда в поселковые магазины по просьбе мам практически перестали привозить конфеты: малыши бьются в истерике, а купить им сладости не на чтоѕ — Вы знаете, нам уже два года плюют в лицо, — говорит судебный пристав Тамара Веселова. — Нам так это надоело! Надоели это вечное унижение и проклятия... Ну почему они нам, представителям закона, кричат в лицо: "Даем вам 15 минут, а потом начнем вас убивать!"? У нас 20 тысяч судебных производств в год, мы — служба принудительная и никогда решение суда не обсуждаем. А сейчас нам звонят злостные должники: "Если вы к нам придете, мы устроим вам такой приемчик — похлеще, чем в Советском..." — На ЦБК сейчас как в Чечне: российские законы не действуют, — хрипит один из немногих оставшихся на базе "тайфуновцев" Тимур. На прошлой чеченской войне его буквально нашпиговали металлом, а один из 54 осколков застрял в гортани. — В следующий раз мы возьмем с собой "Черемуху" и, если нас так же встретят, будем стрелять на поражение. Положим два десятка "мирных рабочих" — небось, остальные образумятся! Похоже, на Выборгском комбинате все еще только начинается...



Партнеры