КТО СКАЗАЛ "НУ, ПОГОДИ!"?

20 ноября 1999 в 00:00, просмотров: 900

30 лет назад спокойствие советских голубых экранов было возмутительным образом нарушено. В телевизоре появились титры "Ну, погоди!" — и забегали какие-то неугомонные звери: тощий растрепанный волк и мелкий шустрый заяц... Тогда еще режиссер Вячеслав Михайлович Котеночкин не подозревал, что эпопея со зверями затянется так надолго. Все началось с карусели Скептики говорят, что если бы 30 лет назад советский зритель уже видел творения Диснея, то мультфильм режиссера Котеночкина прошел бы незамеченным. Но существует достоверный факт: американские астронавты, которые в 1975 году участвовали в совместном проекте "Союз-Аполлон", после просмотра "Ну, погоди!" захотели увезти с собой все существовавшие в то время серии. А ведь им-то прекрасно было известно творчество Диснея. Более того, позже в видеомагазинах США вовсю продавались пиратские кассеты с записью и этих, и последующих серий. Хотя поначалу делать сериал никто не собирался. Просто однажды в планах студии "Союзмультфильм" появилась тема "Не обижай маленьких". Сценаристы Александр Курляндский, Аркадий Хайт и Феликс Камов должны были написать коротенький сюжет на тему для мультальманаха "Веселая карусель". Самый первый мультфильм с названием "Ну, погоди!" снял режиссер Сокольский, и шел он примерно 2-3 минуты. Но неугомонная компания сценаристов не удовлетворилась показанным скромненьким сюжетом. В писательской троице назревала идея: поскольку конфликт между Волком и Зайцем остался неразрешенным, их приключения могут быть продолжены. И один из сценаристов, Феликс Камов, обратился с предложением к своему другу и коллеге еще по киножурналу "Фитиль" — Славе Котеночкину... Тлетворный Высоцкий Безумная, на первый взгляд, идея Котеночкина задействовать Высоцкого в детском мультике, если подумать, не так уж и странна. В то время он был в зените своей подпольной славы, его сильный хриплый голос звучал из всех магнитофонов страны. Казалось, что лучшего исполнителя на роль Волка не найти... — Вячеслав Михайлович, а Высоцкий сразу согласился озвучивать Волка? — Я приехал к нему в театр перед началом спектакля. Встретились. Он стал отнекиваться: "Что ты, у меня сейчас репетиции, концерты ночные, а тут еще куда-то ехать — не могу". Я говорю: "Ты все-таки почитай сценарий — у тебя там только два слова. На обороте есть мой телефон..." Утром — в 8 часов! — звонит: "Слушай, я прочитал — блеск! Только у меня одно условие: я напишу песню Волка". А я ведь только мечтал об этом, но не решался попросить. Но тут некстати грянул пленум ЦК комсомола, на котором много говорили о тлетворном влиянии Высоцкого на молодежь. "А вы предлагаете Высоцкого в фильм для детей!!!" — возмутился директор "Союзмультфильма" Михаил Михайлович Вальков, узнав о затее режиссера... Прошло два месяца. Уже вовсю шла озвучка с Папановым. В Доме кино Котеночкин случайно повстречал Высоцкого: "Ну, когда мы начнем работать?.." Вячеслав Михайлович развел руками: "Я же не знал, что ты одиозная фигура и тлетворно влияешь на молодежь". Тот сразу все понял: "Ой-ё... Ясно. Ну, жалко..." И все же Высоцкий внес свой вклад в первую серию хитового мультфильма. Помните, когда Заяц безмятежно поливает цветы на балконе, а к нему по веревке пытается вскарабкаться Волк? В это время за кадром раздается знакомая мелодия: "Парня в горы возьми — рискни. Не бросай одного его..." Волчий ярлык для Папанова Котеночкин вспоминает, что жалко было смотреть на лицо Папанова, когда в роли Волка он обнаружил всего два слова: "Ну, погоди!". Долго вздыхал: "Где же тут артисту развернуться?.." Но обижать режиссера отказом не стал. Позже у Папанова появилась еще одна реплика: "Ну, Заяц, погоди!". В "морской" серии, когда на палубе Волк сражается с чемоданом, репертуар артиста разнообразился: "Ну, чумадан, погоди!" — неожиданно для всех завопил папановский персонаж. Но апофеозом стала волчья песня в обличье Деда Мороза: "А ну-ка, давай-ка плясать выходи..." — Знай я о его вокальных способностях пораньше, — говорит режиссер, — он бы у меня давно запел, но мне это стало известно только после выхода на экран фильма "Маленькие истории большого города", где Папанов неотразимо исполняет известный романс "Пой, ласточка, пой"... "Что же ты мне такую нездоровую популярность создал? — пожаловался однажды Папанов Котеночкину. — Стоит мне выйти из подъезда, как ребятишки нашего двора начинают кричать: "Ну, Волк, погоди!", прохожие оборачиваются... Иду, пряча лицо в воротник. Процедура, заметь, повторяется ежедневно, и не только в нашем дворе". Это явление называли "феноменом Папанова в истории киномультипликации". В СССР не было другого актера, которого бы так узнавали на улице и любили за роль, состоящую только из голоса с одной репликой. — С Папановым было легко работать? — Когда Анатолий Дмитриевич приходил на студию, там всегда стоял хохот. Две трети его рабочего времени занимала разминка: он собирал народ и травил анекдоты, байки... А во время записи я частенько приглашал художников-мультипликаторов понаблюдать за его неподражаемой мимикой, за жестами. Потом они использовали это в своей работе, когда рисовали Волка. Забавная история случилась в Болгарии, куда приехал на гастроли Театр сатиры, в котором играл Папанов. Когда группа артистов подъехала к центральной площади города Враца, там уже собралась толпа встречающих. Русским были рады: оркестр, митинг, много детей... Правда, актеров театра никто не знал, зато мультфильм "Ну, погоди!" все смотрели и очень любили. Директор театра выступил с приветственной речью, в конце которой опрометчиво произнес: "А еще с нами приехал замечательный артист, исполнитель роли Волка в известном мультике. У него там есть знаменитый монолог, и мы сейчас попросим Анатолия Дмитриевича произнести его!" Папанов аж покраснел. "Сейчас, — бормочет про себя, — я вам скажу монолог". Напрягся и заорал: "Ну, Заяц, погоди!!!" Началось народное ликование, все в восторге... Надо сказать, что народного артиста Папанова эта ситуация разозлила: к тому времени он сыграл огромное количество других ролей, а народ оценил только Волка. И в течение всех гастролей Анатолий Дмитриевич стал везде орать свое "Ну, погоди!". Регулярно в пять утра вся гостиница просыпалась от того же крика. Он так часто это орал, что Ширвиндт пошутил: "Надеюсь, на куранты они это успели записать". Место действия по заказу Вскоре создателям сериала стало понятно, что важное значение для поклонников картины имеет ее место действия. Письма и телеграммы со зрительскими пожеланиями приходили даже с танкеров в Атлантике. От военных косяками шли письма с одинаковой просьбой: снять серию об армии. Причем все солдаты единодушно предлагали сделать Волка наголо постриженным новобранцем, а Зайца — сержантом. — Почему же вы не сняли "армейский" мультфильм? — Армия и космос для меня было святое: это нельзя трогать. Хотя однажды я случайно встретился с одним генералом из Политуправления, и он просто умолял меня сделать такую серию. Я с сомнением поинтересовался: "Что ж тогда, Бегемота придется делать офицером?.." — думал, что тут он начнет активно возражать. Но обладатель высокого звания лишь расцвел в улыбке и клятвенно пообещал помощь в создании фильма. Правда, больше я его никогда не видел... Кроме того, существовала вполне реальная опасность быть обвиненным в клевете на наши Вооруженные Силы. По неписаному советскому закону острить насчет "могучей и непобедимой" армии нельзя было даже в детских мультфильмах. — А это правда, что серию о цирке вас просил сделать сам Юрий Никулин? — Отчасти правда. С Никулиным мы познакомились в Кишиневе, когда приехали туда с Уфимцевым (режиссер, который сделал "38 попугаев" и др.) на какой-то фестиваль. Стоим около гостиницы, ждем такси. Вдруг рядом тормозит желтая "Волга", вылезает водитель в кепке-восьмиуголке. Мы направились к машине, думая, что приехали за нами. Пригляделись — ба! Это же Никулин! Вечером, сидя у него в гостях, я сказал, что мечтаю сделать какой-нибудь цирковой фильм, и предложил ему стать сценаристом. Он ответил: "Нет, я не умею писать. Если хочешь, я буду рассказывать байки о цирке, а ты выбирай и сочиняй что хочешь..." Мы так и не собрались, но после этого разговора я сделал 11-ю серию, где наши персонажи оказались в цирке. Show must go on Несколько раз сериал был на волосок от закрытия. В 1973 году, закончив работу над 7-й серией, один из сценаристов сериала, Феликс Камов, эмигрировал в Израиль. Работу над мультфильмом сразу прикрыли, а вся съемочная группа была автоматически зачислена в "друзья врага народа". Этого телеруководству показалось мало, и кое-кто позаботился о том, чтобы серии шли без титров. Хотя сначала должны были убрать только фамилию Камова, потом решили на всякий случай вырезать всех авторов сценария разом. Ситуация разрешилась благодаря одному почти анекдотичному случаю. В том же году Папанову присвоили звание народного артиста СССР. Официальную церемонию награждения в Кремле проводил Подгорный. Он и спросил Папанова при вручении звания: "Ну, что там с "Ну, погоди!"? Почему не продолжаете?" Анатолий Дмитриевич мрачно ответил: "Да у них там кто-то в Израиль уехал". Подгорный чуть наклонился и доверительно вполголоса шепчет: "Но кто-то ведь и остался? Вы учтите, что мне этот фильм нравится. — Наклонился ближе: — Моим детям нравится. — И еще ближе, пожимая руку: — И моим товарищам тоже". Все тут же представили "товарищей" Подгорного, и после этого мультфильму дали зеленый свет. А в 1987 году, после выпуска 16-й серии, у создателей фильма родилась новая идея, более масштабная: объединить в большой сборник несколько сюжетов, но через некую забавную историю. Папанов заинтересовался сюжетом и при встрече спросил Котеночкина: "Ну хоть там-то я немного поговорю?" Режиссер успокоил: "Да, там будет текст". Через несколько дней великого артиста не стало... Моменты славы Съемочная группа "Ну, погоди!" объездила, наверное, всю страну, выступая во всевозможных кинотеатрах, ДК и клубах перед зрителями и показывая им новые серии мультфильма. Однажды после одной такой встречи в Ташкенте группа попросила узбекское руководство организовать им поездку в Самарканд — посмотреть, что осталось от киностудии, эвакуированной в годы войны, и заодно устроить показ в местном кинотеатре. Позвонили директору этого ДК. Тот уперся: "Нет, у меня завтра фильм индийский. Я не могу его отменить". Но руководство все-таки настояло на единственном сеансе в 10 часов... В 8 утра у перрона съемочную группу встретил всклокоченный узбек с вытаращенными глазами и воплями: "Скорее, скорее! Там уже зал полный собрался, все вас ждут". Киношники удивились: "Ведь мы договаривались о 10 часах!" Примчались — зал забит битком, и это рано утром в воскресенье... Сеансы шли до самого вечера с интервалом в два часа, последний сделали уже в восемь вечера. И если поначалу шло в основном русскоязычное население, то где-то ближе к обеду у дверей стояла толпа узбеков: ведь в "Ну, погоди!" можно обойтись без перевода. Конечно, об индийском фильме никто и не вспоминал. — За границей мультик пользовался таким же успехом? — Я знаю, что где-то к 1990 году его закупили 110 стран. Как-то в Софии мы с директором местной мультстудии прогуливались по улицам. Вдруг он говорит: "Стой! Теперь повернись направо". Я поворачиваюсь и вижу небольшое стеклянное заведение, на крыше которого двухметровыми буквами написано: "Ну, погоди!". Оказалось, что это детское кафе, с маленькими столиками и стульчиками. А в Германии мы с художником участвовали в аукционе: сидели на Александр-плац, рисовали наших волков и зайцев, а потом продавали их тому, кто больше заплатит. Правда, все деньги шли тогда в Никарагуа — в помощь зарубежным друзьям (тогда там шла война). Пираты нашего времени Тот, кто думает, что видео- и прочие пираты — болезнь нашего времени, сильно ошибается. Злостные нарушители авторских прав существовали и раньше. А впрочем, Союз и права человека — вещи с трудом совместимые. Конечно, не обошла эта напасть и "Ну, погоди!". Дело было так. Некие ушлые личности со студии "Экран" решили снять продолжение сериала собственными силами. Котеночкин в тот момент находился в Болгарии, преподавал на Софийской киностудии. Тем временем в "Экране" подсуетились: пригласили художников-мультипликаторов, привлекли сценариста Курляндского. Румянова заартачилась, когда узнала, что настоящий режиссер не в курсе этого дела. Позвали и Папанова — человека честного и прямолинейного. Как рассказывал потом Котеночкину Анатолий Дмитриевич, "я их послал на три буквы, когда узнал, что это делается без тебя". Тем не менее были сделаны и показаны по телевизору два пиратских выпуска — довольно невысокого качества. Закончилась эта неприятная история тем, что авторы решились все-таки отстоять свое детище, и полуподпольную лавочку прикрыли. — Наверное, за много лет мультфильм заработал кучу денег? — Наверное, но все деньги у нас всегда шли в государство и на "Союзмультфильм". Даже сейчас нам не выплачивают причитающиеся по закону авторские гонорары... Когда-то в Америке мне довелось встретиться с самим Фрэнсисом Фордом Копполой. Я его спросил: "Мы уже несколько дней живем в Америке, вечером включаем ТВ — идет интересный фильм, но все время прерывается рекламой. Вот вы как автор не протестуете? Ведь из-за этого размывается впечатление от фильма". Фрэнсис с улыбкой ответил: "Видите ли, у нас в Америке уже привыкли к рекламе. В то время, когда она начинается, зритель может встать, пойти попить водички или наоборот и потом продолжить смотреть фильм. А во-вторых, автоматически три тысячи долларов капают на мой счет. Поэтому я спокоен". 30 лет спустя... В этом году, аккурат к юбилею мультшедевра, Вячеслав Михайлович выпустил книгу "Ну, Котеночкин, погоди!". Помимо описанной увлекательной истории жизни режиссера в книге есть глава: "Как самому снять мультфильм". В ней раскрываются все таинства изготовления мультиков: оказывается, практически каждому вполне по силам сделать это при наличии видеокамеры, некоторых подсобных материалов и запаса терпения. Чем же еще занимается режиссер? — Уже три года я невостребован и весной даже пришел на "Союзмультфильм" и написал заявление об уходе на пенсию. Теперь сижу дома, пытаюсь поправить здоровье. С 1968 года и по сей день я являюсь президентом ежегодного Фестиваля детской мультипликации "Золотая рыбка". — А у вас сейчас нет желания снять еще одну серию? — Сейчас все зависит не от желания, а от денег. Одна серия стоила бы сейчас около 500 тысяч рублей. Не так давно мы хотели сделать новую серию, посвященную 850-летию Москвы, обращались за помощью в различные банки, но денег так никто и не дал.



Партнеры