ЛАЙМА ВАЙКУЛЕ: “ПЛАСТИЧЕСКИЕ ОПЕРАЦИИ ОБЯЗАТЕЛЬНО БУДУТ. ПОТОМ”

26 ноября 1999 в 00:00, просмотров: 550

Мы встретились в бывшем доме Микояна, небольшом особнячке в центре Москвы. Сегодня это здание принадлежит городу, и его снимает бизнесмен из Риги. Лайма останавливается только у него. Несмотря на близлежащую дорогу, во дворе очень тихо. Наверное, из-за глухого забора вокруг дома и небольшого парка. Внутри — гостиничная мебель советских времен. Лайма только сегодня прилетела, а мы оказались уже третьими визитерами за вечер. Разговор растянулся на несколько часов. Мы пили кофе, Лайма много курила... А нашему шоферу, который ждал на улице, досаждали проверкой документов люди в штатском. — Вы не меняетесь с годами... — Мало лет прошло — всего только десять. — Ваш секрет красоты? Диета, массаж, косметика? — Возраст. Пока. Потом будет косметика и все остальное. — И пластические операции? — Обязательно. Я современный человек. Пока к хирургу мне обращаться не приходилось. Хотя обо мне ходят разные легенды. Так смешно... В Юрмале лет пять или шесть назад Шевчук — мы с ним только познакомились — гримировал меня и всячески рассматривал. Потом признался мне, что искал швы. Я сказала: Саша, не ищи, у меня ничего нет. И он теперь каждый раз, когда приходит, рассказывает: тебе вот это надо сделать и вот это еще. А я ему отвечаю: не надо гнать, придет время, мы все сделаем. — Много внимания уделяете своей внешности? — Как любая женщина. Проснуться и сразу выскочить в люди не могу. У меня есть утренний ритуал: душ, сок, крема. Ничего особенного. — А вот стричься, говорят, в США летаете... — Нельзя сказать "стричься". Когда придумываю какую-то прическу, доверяю ее исполнение только Фаберу. Он выходец из Санкт-Петербурга, сейчас работает в Америке с манекенщицами. — И в какую сумму выливается стрижка, учитывая перелет, гостиницу? — Она обычно с чем-то совмещается. Никогда не знаешь, что было сначала: идея стричься или идея полететь в Штаты. — Вы говорили, что ваш салон "Лайма-люкс" не приносит дохода. Так почему бы его не закрыть и не заняться чем-то другим — например, открыть свою студию звукозаписи или шоу-школу? — Но ведь салон — он уже есть. Куда его теперь? Не убивать же своего ребенка. А открыть еще что-то... У меня были такие мысли, но пока я на сцене — это невозможно. У меня нет на это времени — на свою семью, маму, на собак своих времени не хватает!.. — А сколько у вас сейчас собак? — Две. Американские бульдоги. Когда усыпили Кенди (говорит с трудом)... Она прожила семь лет и, к сожалению, сама подписала себе смертный приговор: очень сильно укусила мою маму. Когда Кенди усыпили — это был один из самых сложных моментов в моей жизни, — ни одна другая собака не могла мне ее заменить. Поэтому теперь у меня их две. Девочка — Фея, она родилась на Рождество, скоро год будет. А мальчик — Джимми, мой джинн, родился восьмого марта. Два таких праздничных ребеночка. — Когда вы уезжаете, ваши питомцы переживают? — Нет, они еще ничего не понимают. Но они так радуются, когда выхожу к ним из другой комнаты! Наверное, думают, что я куда-то уезжала и опять приехала. Они мои. Я ими занимаюсь, я их дрессирую... — Собаки этой породы считаются охранными? — Да. В Америке их используют в полиции. — Почему вы выбираете собак таких агрессивных пород? Может быть, вам хочется чувствовать себя защищенной? — Это я их буду защищать, если что. И они это знают. Полностью интервью с Лаймой Вайкуле читайте в №49 "МК-Бульвара".



Партнеры